Гиви Гатикоев о борьбе народа Южной Осетии за свою свободу в первой половине XIX века

В Цхинвале под грифом Комитета информации и печати РЮО вышла в свет книга кандидата исторических наук, профессора, заведующего кафедрой всеобщей истории Юго-Осетинского Государственного университета Гиви Гатикоева «Южная Осетия в народно-освободительной борьбе первой половины XIX века». В своей работе ученый исследует народно-освободительное движение южных осетин в указанный исторический период. В интервью нашей газете он рассказал о том, почему решил посвятить монографию этой тематике и о происходивших в то время на юге Алании событиях.

–Гиви Романович, расскажите, что Вас побудило написать данную книгу?

–В истории осетинского народа существует достаточно много переломных моментов, которые предопределили дальнейшую судьбу нашего этноса. Одним из них считается 1774 год, когда единая Осетия вошла в состав Российской империи, что является эпохальным актом. Хотя при этом надо указать, что растянувшийся на десятилетия данный процесс включал в себя не только благоприятные последствия, но и трагические моменты, которые выражались в карательных мерах, насилии, произволе в отношении горцев. Стремление разобраться в этом противоречивом явлении побудили меня написать монографию и довести свою точку зрения до читающей публики. Кроме этого, существуют утверждения, что в рассматриваемое время южные осетины являлись подданными грузинских тавадов, кротко выполняя все их прихоти. Эти высказывания представляются безосновательными и неверными. Подтверждением тому является то, что в 1791 году царь Ираклий II признавал, что с осетин нельзя было брать ни «саупросо», ни «сауплисцуло», то есть налоги. И высказывания о том, что южные осетины являются подданными Грузии явно несостоятельны. Сравнивая возможности противостояния угнетению феодалов со стороны осетинских горцев и грузинских селян, учёный исследователь З. Чичинадзе отмечал, что грузинские крестьяне были ослаблены помещиками. Осетинские были сильнее, более свободолюбивые. Выдающийся историк Юрий Сергеевич Гаглойты писал, что на протяжении почти 4-5 веков до присоединения к Российской империи история южных осетин представляет собой почти непрерывную борьбу за национальную и социальную свободу. Южная Осетия, особенно её горная и высокогорная зоны были полностью независимы от грузинского господства. Отзываясь о чесельтских осетинах, газета царского времени отмечала, что они много столетий составляли буйное общество, презиравшее слабых правителей Грузии. В историческом сборнике сведений о Кавказе, изданном в XIX веке, написано: «Осетины в разное время оттесняли грузин все дальше на юг, пока, наконец, была определена граница, дальше которой грузинам запрещено было ходить. Черта эта несколько выше Цхинвала». Здесь зададимся риторическим вопросом, как подданные могли запрещать своим хозяевам передвигаться в пределах их владений? Что касается России, то до 1801 года Южная Осетия входила в состав империи формально и говорить о господстве здесь русских помещиков не приходится. Только отдельные путешественники появлялись в горном крае, которых население встречало с особым гостеприимством. Как отмечал Коста Хетагуров, осетины на Кавказе никогда не служили враждебным элементом для русских.

В начале XIX века в состав России по частям входят грузинские земли, в результате чего местные князья и феодалы обрели для себя нового могущественного покровителя в лице царского самодержавия. Этот хозяин с особым усердием оправдывал надежды своих сатрапов. Царские власти посчитали Южную Осетию составной частью Грузии и с целью обеспечения собственности начали здесь насаждать крепостнические порядки, которых в свободолюбивом крае никогда не было. Осетины не могли мириться с утверждением помещичьего произвола. В горном крае начинается настоящая перманентная война на десятилетия. Произошло до двадцати крестьянских восстаний, из которых девять считаются крупными восстаниями против чужеземного ига. Русские войска совместно с формированиями грузинских тавадов изуверскими методами подавляли освободительное движение горцев. Тысячи повстанцев погибли или вынуждены были бежать с близкими на Северный Кавказ, в другие регионы России. Были сожжены многие селения, разрушены почти все родовые башни. Доктор исторических наук Руслан Дзаттиаты пишет: «В Южной Осетии давно уже нет целых башен. Немые свидетели прошлой жизни осетин безжалостно подверглись разрушению». Борьба с завоевателями достигла такого размаха, что царские власти на самом высоком уровне с прошения грузинских феодалов несколько раз рассматривали вопрос о депортации южных осетин с исторической Родины.

–В Вашей книге описываются все восстания в Южной Осетии в первой половине XIX века, или только наиболее крупные?

– В книге описываются почти все восстания в Южной Осетии первой половиныXIX века. И эти выступления являлись массовыми, в них проявлялось необыкновенное мужество, отвага и смелость простых горцев во имя защиты своей независимости. Несмотря на подавляющее превосходство агрессора в вооружении и организации войск, ни одна из экзекуций не закончилась абсолютной победой вражеских сил, а некоторые из них сравнимы с поражениями.

–Расскажите об этих событиях, пожалуйста, подробнее.

– В первой попытке покорения горцев, датированной 1802 годом, по утверждению известного историка Г. Кокоева, в центральной части Южной Осетии, регулярным войскам противостояло 35 000 повстанцев, бои продолжались четыре дня и закончились компромиссом. При главнокомандующем кавказским направлением генералом П. Цициановым, грузином по происхождению, начинается настоящая война с северными и южными осетинами в 1804 году. В одном из сражений в ущелье Большой Лиахвы южные осетины разгромили полк царских войск, погибло 250 солдат. В отместку Цицианов послал против повстанцев крупные воинские части, которые начали жестокую расправу над непокорными. Но захватчики смогли достигнуть только селения Кусчита. Как отмечает грузинский автор Батонишвили, Цицианов желал навредить осетинам и изгнать их. Осетины оказали мощное сопротивление. Испытав на себе стойкость горцев, Цицианов повернул назад и возвратился в Тифлис. Летом 1810 года две тысячи вооружённых крестьян начали наступление на Цхинвал и в течение нескольких дней вели ожесточённые бои с находящимися там грузинскими вооруженными формированиями. Им противостояли более 300 егерей и грузинская милиция с артиллерией. В своём историческом сочинении один из представителей грузинской царской династии Т. Багратиони отмечал, что «Губернатор Картли, генерал Ахвердов прибыл с русским войском в Цхинвал, однако, не выдержав сражения с осетинами, укрылся в цхинвальской крепости. Тогда осетины сожгли и разграбили город, его окрестности и повернули обратно».

В том же году в боях в ущелье Малой Лихвы погибло свыше 100 осетин. Сражения происходили и в ущелье Большой Лиахвы, где врагу противостояло две тысячи бойцов.

Следует уделить внимание восстанию в Кахетии 1812 года, в которой самое активное участие принимали местные осетины. После чего восстание охватило значительную часть Осетии. Первыми поднимают знамя борьбы осетины востока нашей Родины,захватив практически всю Военно-грузинскую дорогу. Численность одного из отрядов повстанцев, действовавшего на севере, превышала три тысячи бойцов. Они двинулись на юг и, как отмечает военный историк царского времени В. Потто: «Дерзость осетин дошла до того, что они угрожали самому Тифлису. И генерал Симонович, вызванный из Имерети, должен был принять деятельные меры для охранения столицы». Отметим, что этот эпизод получил широкое звучание в грузинской исторической литературе, но без упоминания осетин. В связи с этим укажем, что грузинские исследователи очевидным образом принижают роль южных осетин в народно-освободи-

тельном движении против царского самодержавия не только первой половины XIX века, но и в последующих событиях,происходивших на территории тогдашней Грузии. Во всех серьёзных монографиях, статьях, учебниках если упоминаются осетинские повстанцы, то эпизодически и не как самостоятельная сила, мощная составляющая борьбы с угнетением, а побочный фактор освободительного движения грузинского народа против помещиков и царской администрации.

Между тем, не рассчитывая в полной мере на дислоцированные в Южной Осетии карательные силы, на их возможности и боевой дух, в Тифлисе решили осуществить широкомасштабное вторжение. Генерал Сталь с подразделениями регулярной армии предпринял поход по ущелью Большой Лихвы. Здесь царские войска встретили упорное сопротивление вооружённых крестьян, которые мужественно защищали свои деревни, не щадя ни себя, ни противника.

Агрессоры смогли дойти до селения Уанел Дзауского района юга Осетии, но были остановлены решительными действиями повстанцев. Ситуация для карателей складывалась неблагоприятная, к обороняющимся горцам прибывало новое пополнение из разных осетинских деревень. Мятежники были решительно настроены стоять до конца. Командующий экспедицией генерал Сталь дал приказ войскам отступить, понеся большие потери. Таким образом, очередное наступление на мятежных южных осетин захлебнулось и закончилось поражением...

–Одним из тех, кто в те времена проявлял особую жестокость против осетин, считается генерал Ермолов.

– Он более десяти лет был главнокомандующим на Кавказе. Еромолов снискал среди горцев имя русского Чингисхана. Именно он утверждал, что для горных осетин, которые выделялись беспрецедентным упорством, следует установить особый порядок наказания. В частности, за убийство осетин грузин не подвергали преследованию законом. При Ермолове было проведено несколько широкомасштабных походов против непокорных осетин. Один из них против населения Магландвалети через Дзимырское ущелье. Об этом бесславном нашествии с глубокой скорбью писал грузинский автор Т.Багратиони: «Генерал Ермолов направил сына эристава, генерала Георгия с тремя сотнями русских солдат, одной пушкой и тысячью грузинами. Достигнув Магландвалетского озера (Кельское озеро – прим.ред.), они подверглись нападению осетин и были разбиты. Было убито не менее ста сорока русских солдат и трехсот грузин, осетины также захватили пушку, которую позже смогли вернуть назад за сорок туманов серебра».

В начале двадцатых годов XIX века по указанию Ермолова майор Титов провел несколько вооружённых экспедиций, которые оказались провальными. В последней из них, имея под командованием более тысячи русских солдат и их грузинских приспешников, Титов атаковал центральную часть юга Осетии. Врагу противостояло свыше полутора тысяч отборных бойцов из разных ущелий края. Опасаясь полного разгрома, Титов отступил в Грузию. Оправдывая своё бегство с поля брани, он утверждал, что против его отряда сражалось три тысячи вооружённых осетин. Здесь отметим, что тяжёлую ситуацию, в которой оказались каратели, подтверждает и уже известный нам В. Потто. Историк пишет: «И действительно, положение майора Титова было очень опасное, так как осетины в числе нескольких тысяч стали окружать его отряд».

Неудачные походы против осетин позднее были предприняты по указанию Ермолова и по ту сторону Кавказского хребта, в частности, в селение Тиб. Причем, осуществлялись они из Цхинвала, но минуя центральную часть юга Осетии, где им противостояли значительные силы повстанцев. Таким образом, в первой четверти XIX века южные осетины с неимоверной решительностью, несмотря на лишения и огромные жертвы, смогли отстоять свою свободу и независимость.

– Какие еще примечательные события тех лет Вы бы выделили?

–Одним из самых крупных выступлений рассматриваемого времени является восстание 1830 года, в котором принимало участие свыше восьми тысяч осетинских бойцов. Это событие ранее достаточно основательно было изложено в вашей газете и не будем повторяться («Республика», №6, 2025 г.). Укажем лишь то, что многие историки рассматривают его вне происходившей тогда Кавказской войны, что является неверным. По плану боевых действий, разработанного военным командованием, предусматривалось проведение пяти экспедиций, из которых две против осетин-тагаурцев и южных осетин.

В дальнейшем активная борьба против существовавшего режима продолжалась и не без успеха. В середине 1836 года карательный отряд под командованием майора Гелича, в состав которого входило четыреста солдат и офицеров с горной артиллерией, пополнив свои ряды грузинской милицией в количестве ста человек, напал на мятежный аул Сба в Дзауском районе юга Осетии. Фамилия Абаевых с приверженцами мужественно оборонялась, а затем перешла в наступление. Каратели, отбиваясь ружейными выстрелами и гранатами из мартирок, спешно отступили с боями и вернулись в Грузию.

Решимость горцев в их стремлении жить по своему усмотрению и не подчиняться диктату грузинских князей и царской администрации проявлялась и в других горных районах юга Осетии. В одном из исследований 1836 года отмечается, что осетины, живущие в отдалённых ущельях, не признавали над собой власти грузинских помещиков, не исполняли никаких их требований, при этом далее указывается, что они также никаких податей в казну не платят и не отбывают повинностей.

Заслуживает внимания героическое противостояние небольшой фамилии Тотоевых из селения Мзиу Дзауского района, которые в 1840 году противостояли карательным войскам полковника царской армии грузинского князя Андронникова. Эти отважные горцы вступили в сражение с двухтысячным отрядом и все погибли, в том числе старики, женщины и дети. По сей день в народной памяти сохранилась легенда об их мужестве и самоотверженности, непреклонной воле противостоять превосходящим силам иноземных захватчиков. В настоящее время у входа в Мзиуское ущелье построен детский лагерь отдыха, и было бы приемлемо установить здесь памятную доску об этих патриотах Осетии.

В конце сороковых годов XIX века в Южной Осетии, особенно в северной и центральной её частях, по прежнему действовали законы гор, необузданная вольница, неимоверное мужество, взаимовыручка населения. Грузинские тавады даже со своими вооружёнными отрядами не решались появляться в местах их обитания, рассчитывали только на содействие регулярных царских войск. Состояние войны, в которой по существу оказалась эта территория, заставила кавказского наместника генерала М. Воронцова самому явиться в Дзауский участок в 1849 году. Он доехал до селения Уанел и лично приказал осетинам внести в течение двух недель полагающиеся повинности. Но большинство жителей не подчинилось этому распоряжению. В Тифлисе полагали, что для усмирения осетин широкомасштабные боевые действия не потребуются, повстанцы будут сломлены малой кровью без существенных потерь со стороны карателей. Однако дальнейшие события в корне опровергли предположения верхушки правителей Кавказа. На юге Осетии начинается одно из самых крупных вооружённых восстаний крестьянских масс.

Уже в мае 1850 года начинается концентрация сил карателей в селении Дзау. Сюда было направлено несколько тысяч солдат регулярной царской армии и сотни милиционеров, разбойничьи формирования грузинских тавадов. Осетины решили дать отпор агрессору, во всех деревнях организовали боевые отряды повстанцев, были избраны командиры отдельных подразделений, сотники, а само восстание возглавлял прапорщик царской армии Махамат Томаев.

Здесь надо отметить, что разразившееся народно-освободительное восстание по сравнению с предыдущими выступлениями осетин имело более организованный характер. Беспрерывные сражения развернулись по обе стороны Рукского перевала и в бассейне реки Большая Лиахва. Они сопровождались разрушением, сожжением осетинских селений, убийствами, грабежами, отходом мирных жителей в глубь лесов и высокогорные вершины, захватом пленных и заложников.

Боестолкновения происходили и в Магландвалети (Урс-Туалтæ), где жители населённых пунктов оказали оккупантам героическое сопротивление, но вынуждены были бросить свои дома и с семействами уйти на возвышенности.

Крестьянское восстание 1850 года под руководством Махамата Томаева явилось последним в XIX веке крупным выступлением южных осетин. Оно закончилось поражением, однако это восстание имело положительное последствие. Сам император Николай I вынужден был заявить: «Опытом доказано, что горные осетины никогда не будут без употребления военной силы исполнять следующие от них повинности и что, с другой стороны, нельзя же допустить мысль, что через каждые два или три года необходимо снаряжать туда отряды экспедиций». Правительственный Сенат выносит постановление о том, что у грузинских феодалов «никаких уверительных доказательств в действительности владения осетинами на крепостном праве нет». Какое ещё требуется доказательство, что южные осетины не являлись подданными грузинских тавадов?

Таким образом, южные осетины своей героической борьбой продолжавшейся полвека отстояли личную свободу от грузинских феодалов. Известный русский учёный царского времени М. Ковалевский, принимая во внимание общегосударственные интересы, признавал освобождение от крепостничества «Самой удачной сто-роной русской политики на Кавказе». При этом отмечал, что начало ему было положено, прежде всего, в Южной Осетии.

– Гиви Романович, сейчас в Алании из героев народно-освободительного движения в первой половине XIXвека люди в основном знают только Бега Кочиева и Махамата Томаева

–В монографии упоминается немало героев народно освободительного движения. Однако следует обратить внимание и на женщин, которые беззаветно сражались с врагом. На странице 151 книги приводится невероятный подвиг осетинской женщины-воительницы на горе Зикара. Окружённая врагами она бесстрашно погибла в неравной схватке. В достоверности изложенного поступка простой девушки не должно быть сомнения, так как составитель этих строк являлся непосредственным свидетелем описанного в газете того времени трагического события. Во время одного из сражений у селения Кола царские войска окружили бойца, оказавшегося без патронов. Завязалась рукопашная схватка с переменным успехом, в ходе которой с головы повстанца слетела шапка, и когда на плечи упали длинные волосы, солдаты оторопели, воин оказался женщиной. В том неравном противоборстве воительница зарубила топором двух карателей. Эти события происходили во время нашествия многочисленного отряда генерала. Ренненкампфа на центральную часть Южной Осетии в 1830 году…

Ожесточённые боевые действия шли и в Дзимырском ущелье, куда вторглись полторы тысячи оккупантов. Много местных жителей погибло или попало в плен, среди них оказалась и израненная молодая осетинка, которой была оказана помощь. Присутствовавший при этом анонимный автор с нескрываемым восхищением писал: «С двумя пулями в груди и в левом плече, которое было раздроблено, несмотря на сильную боль и на истёкшую кровь от сих жестоких ран, она имела довольно силы и мужества, чтоб пройти ночью более десяти вёрст через ужасные скалы. Во время операции, произведённой нашим медиком, она показала также удивительную твёрдость духа, ни один болезненный вздох не вырвался из растерзанной её груди». Дальнейшая судьба этой воительницы по историческим документам не прослеживается, но можно предположить, что она была незавидна.

–Гиви Романович, напомните, пожалуйста, читателям, какие еще книги Вы написали ранее и над чем сейчас работаете.

– За последние семь лет я написал пять книг, в том числе монографии, среди которых «Герои Советского Союза из Южной Осетии», «Южная Осетия в борьбе за национальное самоопределение в1917-1922годах», «Южная Осетия в народно-освободительной борьбе первой половиныXIX века». В настоящее время работаю над монографией «Южная Осетия в Великой Отечественной войне1941-1945годов».

Гугули Валиев

На фото:

1. Репродукция утерянной картины М. Туганова «Генерал Тормасов и пленные вожди-повстанцы в 1810 году»

2-3. Репродукции картин Г. Котаева «Бега Кочиев» и «Махамат Томаев»

Опубликованно: 23-03-2026, 12:09
Документ: Интервью > https://respublikarso.org/interview/6400-givi-gatikoev-o-borbe-naroda-yuzhnoy-osetii-za-svoyu-svobodu-v-pervoy-polovine-xix-veka.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.