Цхинвальский Соловей: Алла Кокион о классической музыке, городской песне и спасении языка

15-01-2024, 15:15, Интервью [просмотров 100] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Цхинвальский Соловей: Алла Кокион о классической музыке, городской песне и спасении языкаВ конце декабря 2023 года в Москве прошла церемония вручения VII Международной литературной премии «Булæмæргъ». «За существенный вклад в развитие и пропаганду осетинской городской песни и национальной поэзии» дипломом третьей степени в тот день наградили Аллу Кокион – хорошо знакомого и нежно любимого цхинвальской публикой автора и исполнителя. Мы воспользовались этим поводом, чтобы напроситься в гости к лауреату премии, и за чашкой чая побеседовали о песне, поэзии, осетинском языке и планах на будущее.

В квартире на четвертом этаже на южной окраине Цхинвала каждый сантиметр дышит теплом и уютом, исходящим от ее хозяйки. На стенах – подаренные друзьями картины, рисунки самой Кокион, афиши с прошедших концертов, фотографии, плакаты, переписанные от руки стихотворения любимых авторов... Кокион заваривает чай из розовых лепестков, разливает по нежным чашкам, и мы начинаем беседу, почти забыв включить диктофон.
– Поздравляем Вас с наградой!
– Это на самом деле было очень неожиданно. Еще и под Новый год! Настоящий подарок. Когда мне позвонили, я вообще подумала, что это шутка такая. У меня был тяжелый год, проблемы со здоровьем, и я даже не думала, что мне вообще удастся поехать на церемонию вручения. Но в итоге все получилось, чему я очень обрадовалась. Очень благодарна организаторам за такое внимание!
На самом деле премия «Булæмæргъ» очень важна еще и потому, что уделяет дополнительное внимание творческим людям. Я не говорю, что мы творим ради премий и пишем песни ради аплодисментов, но если твое творчество оценивается кем-то еще, отзывается в другом сердце, если это ценят – это очень приятно.
У нас огромное количество талантов, чуть ли не каждый – самородок. Может, где-то в многомиллионных городах таких талантов, как наши – пруд пруди, но у нас каждый талант уникален, и каждый человек на вес золота. К сожалению, мы не всегда понимаем, какой это дар, а потому не умеем ценить. Даже наши творческие таланты сами не всегда могут оценить важность своего дарования. Удивительно, кстати: я заметила, что порой человек либо очень талантливый, но ленивый, либо безумно хочет творить, писать, петь, играть – но ему это дается тяжелым ежедневным трудом. Среднего не дано. Но надо понимать, что когда есть дар – его нельзя упускать, нельзя лениться, опускать руки. Результат бывает только когда объединяются талант и трудолюбие.
– Как Вы сами пришли к творчеству?
– Я всегда хотела заниматься музыкой. Мой отец играл на балалайке – до сих пор играет. А еще на аккордеоне. Когда я была маленькая, он подзывал меня, чтобы я с ним пела. Он играл, а я пела. Не потому, что он меня учил, занятия какие-то проводил по вокалу или музыке – нет, он делал это всегда от души, от сердца, искренне, потому что хотел со мной вместе заниматься любимым делом.
А вот с учебой мне не везло – все мое обучение всегда было вопреки обстоятельствам. При этом у меня были самые лучшие учителя, о таких можно только мечтать. Первые шаги в музыкальной школе я делала с Усович Мариной Михайловной, зову ее моей музыкальной мамой. Ее любовь и чудесное отношение к ученикам – что-то совершенно особенное. Она меня познакомила с Тиной Джандеровной Кумаритовой в музыкальном училище. И еще я отдельно занималась на гитаре у Инны Гучмазовой... Все это, правда, недолго – нам пришлось переезжать во Владикавказ. А там было не до музыки. Но я не бросала мечту. И вот однажды по местному ТВ показывали концерт какого-то джазового ансамбля, я посмотрела на гитариста, и откуда-то у меня взялось в голове его имя – Сурен Саркисян. До сих пор не знаю как, откуда – поскольку ни подписи, ни титров не было. Я мечтала попасть к нему на занятия, но возможности не было. И только много лет спустя, по чистой случайности это свершилось. Признаться, до последнего не верила – ведь он лучший гитарист в Северной Осетии, непревзойденный! Я очень хотела изучать классическую гитару и классические произведения, полноценным курсом. И на третьем занятии у Саркисяна я уже почувствовала результат... Мы мало с ним позанимались, но до сих пор общаемся.
– Тернистый путь к музыке...
– Да, бывали моменты, когда я вообще зарекалась играть, петь... Но это невозможно, я каждый раз сразу об этом решении забывала. Потому что... Вот Вы можете сказать, как рождается песня? У меня она именно рождается, приходит ко мне и все, вот она готовая. Я не могу специально сесть и писать, подбирать рифмы и аккорды. Они просто берутся у меня в голове, причем порой без предупреждения. И приходится бросать все дела и бежать к инструменту... Руки сами играют, я пою, а откуда я знаю, что и как петь и играть – не понимаю. Честно. И рождение новой песни во мне всегда вызывало сравнение с новой жизнью. После чего и дышится легче...
Конечно, очень многое зависит от стихотворений: у меня так с Сергеем Хацырты, с Таймуразом Хаджеты, Алиханом Токаты, Исидором Козаты... Они же вообще невероятная плеяда, у каждого своя душа. Мне кажется, человек, на родном языке которого рождается такая поэзия, которая вдохновляет жить и любить, должен быть по-настоящему счастлив.
– Да, они многих вдохновили именно на написание песен. Хсар Джыгкайты, Сауасса, Анна Чочиева, Лаура Джабион...
–Как ни странно, я песни Хсара Джыгкайты до недавнего времени просто не знала, и стала слушать их уже в сознательном возрасте, буквально лет десять назад, благодаря Азау Хачировой – она публикует песни Зармон на YouTube. И сейчас я без этих песен не могу представить не только свою жизнь, но и осетинскую современную культуру в целом. В творчестве Хсара самое важное – то, что все песни у него осетинские. И я не про язык, а про дух, звучание. Поэтому к его творчеству нельзя остаться равнодушным, и поэтому он так важен для нашего общества. Его песни – родные.
– И еще, не в последнюю очередь, важно, как Хсар и вся команда Зармон своим творчеством увековечивают и популяризируют наших поэтов. Ведь именно через их музыку многие познакомились с этими стихами.
– Верно. Говоря о спасении языка, всегда в первую очередь обращаются к государству, говорят, что должны быть программы, поддержка... Конечно, с этим никто не спорит, и без государственной поддержки сохранять и развивать язык невозможно. Но значение такого «открывания» языка через музыку, через песни, колоссально, с этим ничего не сравнится. Ведь музыка сразу отзывается в сердце, и отношение к языку становится более трепетным. В этом, мне кажется, была одна из целей Адæмон Ныхас и Алана Чочиева – спасти язык через искусство.
Считаю, что современные музыканты, которые пишут песни на слова поэтов-классиков, делают великое дело. Наша Мария Кодалаева, Влад Хохойти, который пишет по Коста и Георгию Малиты, Диана Бесолти... На слова Исидора Козаты есть песни у Лауры Джабион, у Сауассы – на стихи Алихана Токаты и горячо мной любимые песни на стихи Азау. В первую очередь, конечно, это «Ноггæнæн суадон», «Урс зарæг»... Да и мне многие говорили, что узнали какие-то стихи и авторов благодаря моим песням.
Кстати, одна из причин этого – школьная программа. Да, в ней представлены все классики, но, мне кажется, она не сбалансирована. В осетинской литературе и поэзии много трагичного, и особенно в старших классах именно трагичных произведений в школьном курсе становится большинство. Это может вызывать отторжение у детей, и они уже не увидят прекрасный юмор Арсена Коцойты, трогательные четверостишия Алихана, любовную лирику Хаджеты...
Я вот говорю-говорю, и, кажется, что представляю себя каким-то мастером, знатоком. А, на самом деле, когда я читаю наших поэтов, я иногда каких-то слов не понимаю. Очень стыдно признаться, но вот так. В таком состоянии у нас язык, на таком уровне. Хотя – и это очень много говорит о масштабе таланта авторов – несмотря на то, что отдельные слова могут быть незнакомы, общий смысл понимается правильно. Это же высший пилотаж – так написать стихотворение, чтобы одно только его звучание правильно передало атмосферу, посыл, суть всего текста!
– Говоря, кстати, о песнях Зармон в сети – многие записи классиков Цхинвальской песни можно действительно найти только на YouTube и других площадках. Полноценные альбомные записи есть, но их мало. Вы сами планируете записать альбом?
– Давно хочу записать. Точнее, чувствую, что это надо сделать. Но для этого нужна студия, хорошие музыканты, профессиональная аппаратура... Пока у меня такой возможности нет.
То же самое с концертами. Да, можно делать классические маленькие квартирники, скажем, в Портале или в доме-музее Бориса Галати. Но мне хочется сделать настоящий концерт, полноценный, опять же – с музыкантами, с ударными и перкуссией, со второй гитарой, с бас-гитарой... Нужно помещение, нужен хороший звук, аппаратура. Надо найти музыкантов – а сессионных музыкантов в Цхинвале, к сожалению, нет. Нужно долго репетировать, сыграться вместе, потом готовить помещение, программу... Это сложно, гораздо сложней, чем кажется. Хочется сделать именно так, как и полагается, на высоком уровне. А возможностей, опять же, нет…
Вообще у меня много планов. Некоторые в образе мечты: например, я очень давно мечтаю создать осетинский мультфильм. Не перевод, а полноценный мультфильм, написанный с нуля, нарисованный, сделанный профессионально. Еще мечта, которая от меня мало зависит – чтобы у нас в городе прошел настоящий концерт классической гитары. Чтобы играли Баха на гитаре. Все думаю, кого бы можно было пригласить, как это можно организовать... А я очень люблю Баха, особенно в исполнении Гленна Гульда...
– Насколько нам известно Вы сами тоже преподаете, верно?
– Да, я работаю в Лицее искусств, а также принимаю учеников на дому. Вот еще, кстати, в планах – организовать детский концерт, поставить «Алоллай»... Это очень любимая мной песня – мне ее отец в детстве часто пел. Видите, как важно то, что в детстве в ребенка закладывается – вроде бы мелочь, колыбельная, но до сих пор мне душу греет, и я ее стараюсь дальше передать.
А еще я недавно стала писать детские стихи. Случайно получилось – подруга показала рисунки своей дочери, а у меня строчки в голове родились. Четверостишие тут, двустишие – там... Начала их потихоньку в Instagram выкладывать, но, надеюсь, в будущем опубликуем книгу, когда и рисунков, и стихов станет достаточно J.
– Мы желаем Вам успехов и с нетерпением ждем и альбома, и концертов, и книгу!
Александра Цховребова
Цхинвальский Соловей: Алла Кокион о классической музыке, городской песне и спасении языка

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Февраль 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
26272829 

Популярно