Владимир Алборов: «Если общество хочет изменить СМИ, оно сначала должно измениться само»

17-07-2023, 13:16, Интервью [просмотров 1059] [версия для печати]
  • Нравится
  • 2

Владимир Алборов: «Если общество хочет изменить СМИ, оно сначала должно измениться само»Июль знаменателен для Южной Осетии двумя важными датами: Днем миротворца и Днем национальных СМИ. 14 июля 1992 года в Республику, истощенную двухлетней войной, были введены миротворческие силы на основе Дагомысского соглашения о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта. Контингент был трехсторонний, он включал в себя, помимо российского батальона, подразделения, состоявшие из непосредственных участников конфликта, осетины и грузины в голубых касках должны были сами разводить воюющие прежде стороны. В этом состояла уникальность миротворческой операции и высокая ответственность российской стороны, которая руководила процессом. Стороны договорились о прекращении вооруженных столкновений и полномасштабном прекращении огня, но не все было так просто в регионе, где оружия к тому времени стало больше, чем хлеба. Стороны не доверяли друг другу, грузинский батальон в начале операции набирался из местных жителей – из тех же боевиков, что вчера еще учиняли зверства против мирного населения, в северо-осетинском батальоне большей частью были южане, защитники Отечества, кроме того, грузины не доверяли российскому командованию, осетины тоже требовали от российской стороны более жесткого отношения к грузинским вооруженным группировкам, просто сменившим тактику открытой войны на терроризм и диверсии. Для широкого информирования общественности о ходе миротворческого процесса при Объединенном штабе ССПМ был создан трехсторонний Пресс-центр, в который вошли и журналисты из Южной Осетии – представители местных СМИ с богатым опытом работы в военных условиях.

Собственно, с началом борьбы за независимость и ковались национальные средства массовой информации Южной Осетии, профессиональный праздник которых отмечается в Республике 23 июля. Дата основана на дне выхода во Владикавказе первой осетинской газеты «Ирон газет» и объединяет журналистов севера и юга Осетии. Но, несмотря на стремительное развитие современных СМИ, электронных ресурсов, соединяющих в себе информационные технологии и формы работы социальных сетей, основная задача средств массовой информации остается неизменной – правдиво информировать общественность о событиях, происходящих рядом и далеко за пределами Родины, объективно отражать мнение разных сторон в происходящих процессах и способствовать достижению интересов Отечества. «Жизнь меняется, скорость и способы распространения информации растут с каждым днем, и роль качественных СМИ в таких условиях имеет огромное значение», – говорит наш сегодняшний собеседник, Владимир Феликсович Алборов, член Союза журналистов РФ, член Международной федерации журналистов, один из основателей телевидения Южной Осетии, редактор самой популярной в те времена газеты «Вестник Южной Осетии», который, кроме того, отслужил два года во главе Пресс-центра Миротворческих сил в зоне грузино-осетинского конфликта.

 

– Грузинская сторона на уровне президента Шеварднадзе признала в свое время, что информационную войну в ходе событий 1990-х годов Грузия проиграла. Владимир Феликсович, Вы один из тех журналистов, благодаря кому это стало возможно. В одном из интервью Вы упоминаете «опыт работы в Сухумской газете», он отличал Вас от всех «дилетантов», которым пришлось стать основным костяком новых СМИ Южной Осетии. При этомжурналистского образования у Вас не было, а был истфак ЮОГПИ?

– Я тогда перевелся с дневного отделения историко-филологического факультета Юго-Осетинского Госпединститута на заочный истфак, сдал экстерном четвертый курс и поступил на пятый. В общем, окончил институт за четыре года вместо пяти – не хотелось терять время. Собственно, журналистом я тоже не собирался становиться, но все решил, как всегда, случай – один близкий родственник, узнав, что я перешел на заочное обучение и пытаюсь трудоустроиться, предложил мне попробовать написать что-нибудь. Сам он работал тогда заведующим отделом республиканской газеты в Абхазии, но не стал меня брать к себе, а отправил к знакомому редактору в Гульрипшский район. И это было мудрое решение. Там началось мое становление как журналиста. Чтобы было понятно, Гульрипшский район – это территория от побережья Черного моря до горной Абхазской Сванетии. Я, конечно, с радостью принял это предложение, тем более что через эти горы мы проходили в походах с клубом «Аполлон». Я был молодым корреспондентом, много приходилось бегать по заданиям, ездить по району, общаться с разным людьми – это была очень полезная школа для молодого, делающего первые шаги, журналиста. Хотя я пока не считал себя журналистом – очень серьезно относился к этому званию.

Вообще, во многих странах журналистика – это, как правило, вторая профессия – по крайней мере, так было лет 40 назад. Ну что может написать человек, только прослушавший курс о том, как строится газета или выпуск радио или телевидения? Да и у нас в стране раньше в СМИ брали людей со специальным, как правило, высшим, образованием: в отделе промышленности работали дипломированные инженер-механик и прораб-строитель, в отделе культуры – музейный работник или театральный режиссер, в спортивном отделе – мастер спорта по какому-нибудь виду спорта, то есть люди, погруженные в тему, знающие ее изнутри, а вдобавок наделенные даром легко писать, говорить в микрофон или сидеть в кадре. А еще коммуникабельные, настырные, если не упрямые. У меня не было специального журналистского образования, но было все остальное. И когда цхинвальские друзья позвали меня организовать в молодой Республике новую газету, у меня за плечами уже был хороший опыт журналистской работы: после районной газеты я успел поработать в республиканской «Советской Абхазии», а партийная газета в то время была очень сильной школой – учила не только журналистике, но и формировала навыки аналитической работы, понимания текущего момента, вариантов развития ситуации.

– В 1991 году начинает выходить «Вестник Южной Осетии». Газета делалась профессионально, со сбалансированной подачей информации от аналитики до острых репортажей и колонки юмора с картинками. Как в тогдашних условиях Вам удалось создать столь успешную газету, к тому же, довольно влиятельную?

– В условиях экономической и информационной блокады Южной Осетии одним из самых насущных вопросов было донести информацию о происходящих в Республике событиях до широкой общественности за ее пределами. Идея создания независимой газеты возникла у руководителей сформированного в том же году Фонда «Возрождения Южной Осетии» Григория Котаева, Ибрагима Джиоева и Коста Дзугаева. Одно дело быть корреспондентом, когда концепцию работы газеты строит руководитель, он же определяет рамки и форму подачи материалов, а другое – самому быть редактором и отвечать за государственную политику на собственном фронте работы. Я согласился взяться за это новое для меня дело, понимая его важность. Кстати, именно в момент, когда я составлял Устав газеты и готовил регистрационные документы, в Цхинвале произошло то самое сокрушительное апрельское землетрясение 1991 года. Это немного оттянуло выход первого номера газеты.

Взвесив возможности Фонда, который взялся финансировать газету, с учетом затрат на бумагу, печать, доставку, было решено, что это будет двуязычное издание на восьми полосах и выходить будет один раз в неделю. Редактором назначили меня. В газете действительно работали профессионалы: Виктор Бабаев – бессменный ответственный секретарь «Вестника», Мулдар Кулаев в должности заместителя редактора – оба они не только писали статьи на осетинском языке, но и занимались оргвопросами. Позже к нам пришел Роберт Кулумбегов с карикатурами на злобу дня. Он не собирался заниматься журналистикой, ему хватало научной работы в области этнографии. Предложил ему опубликовать в нашей газете какой-нибудь свой материал, отражающий современные реалии с исторической точки зрения. Получилось. И он стал писать не только исторические материалы, но и статьи на злободневные темы.

Главный вопрос, ради чего, собственно, создавалась газета – ее распространение за пределами Республики! Пришлось ездить во Владикавказ, договариваться с «Союзпечатью», здесь искать водителя, который бы еженедельно возил газету в Северную Осетию. Несколько раз нам удавалось вывозить тираж на вертолете, вместе с ранеными. Периодически нас просили дать несколько экземпляров кому-то, кто едет за границу. Спустя время выяснилось, что благодаря Терезе Битаровой, нашей соотечественнице, многие годы жившей во Франции, подшивка «Вестника Южной Осетии» попала в Институт документов современной истории в Париже, где, думаю, хранится и сегодня.

Слышали о «Вестнике» и в Грузии, и даже читали и анализировали его материалы. Интересный момент имел место однажды на заседании тогдашнего Верховного Совета Грузии, когда депутат, он же председатель «Народного фронта» Грузии Нодар Натадзе тряс «Вестником» перед Звиадом Гамсахурдиа и кричал: «Вот где пишут правду о происходящем!»… Это говорит о том, что свою задачу газета выполняла.

– Жизнь в Республике менялась быстро, создавались государственные структуры, в том числе Комитет информации и печати. После ввода миротворческих сил в 1992 году требовалось обеспечивать мировую общественность информацией о «самой уникальной миротворческой операции». Вы работали в Пресс-центре, вернее, служили, так?

– Был создан Пресс-центр ССПМ – Смешанных сил по установлению мира и поддержанию правопорядка в зоне конфликта, он был тоже трехсторонний. Это была служба, но мы не входили в состав Осетинского батальона. Может, поэтому мы до сих пор не можем оформить полагающуюся нам пенсию, потому что нас не могут найти в списках. Пресс-центр был при Объединенном штабе ССПМ, и мы были тесно связаны с наблюдателями ССПМ – они первыми узнавали о возникавших происшествиях, выезжали на место, разбирались в случившемся, когда надо было, успокаивали людей, в общем, действительно разводили стороны. Мы также имели право передвигаться по всей зоне ответственности миротворческих сил. Готовили сообщения для СМИ, работали с иностранными и российскими журналистами, которые в большом количестве приезжали в зону конфликта. По факту получалось так, что в Пресс-центре от Южной Осетии вместе со мной работали Василий Гаглоев и Роберт Кулумбегов, был видеооператор-журналист из Северной Осетии Исмель Шаов, и в первое время начальником Пресс-центра был российский представитель, сотрудник МИД РФ Никита Матковский. От грузинской стороны, насколько я помню, приезжал один журналист и то всего один раз за все время.

– Принято было подчеркивать уникальность Миротворческой операции в Южной Осетии, и то, что в первые годы не погиб ни один миротворец, но нападения на миротворцев случались. Известно, что в 2004 году погибли трое военнослужащих Осетинского батальона МС при нападении на патрульную машину, о пятнадцати погибших российских миротворцах официально говорят в ходе войны в августе 2008 года, а спустя два месяца в результате теракта погибло девять бойцов Российского батальона. То есть статус миротворцев не гарантировал безопасности. Вы носили форму, вам выдали оружие?

– Журналисты, понятное дело, мирные люди. Наше оружие – объективы, диктофоны, авторучки, поэтому конечно, никакого огнестрельного оружия нам не полагалось, хотя военную форму мы носили, как все миротворцы. Опасности подвергались в той же мере, что и другие сотрудники Пресс-центра.

– В тот же период Вы работали в Комитете информации и печати РЮО. Как там строилась работа? В батальоне вы принимали иностранных журналистов, сопровождали их на позиции и т.д., а потом они шли в Комитет информации, и там их снова принимали и сопровождали вы? Как вы успевали?

– До ввода Миротворческих сил я был редактором газеты «Вестник Южной Осетии» и еще работал начальником Пресс-центра в Комитете информации и печати РЮО. Естественно, когда во время боевых действий в Южную Осетию приезжали журналисты, как правило, из российских газет и ТВ каналов, мы с видеооператором Василием Гаглоевым их встречали, регистрировали в Комитете информации и сопровождали по городу, насколько позволяла ситуация. После ввода миротворческих сил Пресс-центр ССПМ принимал все съемочные группы и представителей печатных СМИ, регистрировал их и сопровождал к месту съемки. И это понятно, так как миротворческие силы – зона ответственности Пресс-центра ССПМ, и это входило в наши обязанности как работников этого Пресс-центра. Если же приехавшим журналистам необходимо было побеседовать с кем-либо из руководства Республики, то вопрос этот решался через Комитет информации РЮО, он брал на себя организацию встречи. Но сопровождали журналистов опять же мы.

– Это был период роста и развития национальных СМИ, появилось Независимое телевидение. Вы готовили свой телевизионный выпуск «Миротворец» и монтировали сюжеты на телевидении, которым тоже руководили Вы. Вот этот момент четко характеризует то время – сотрудничество в сфере СМИ, основанное на интересах государства. В феврале 1993 появилась еще одна негосударственная газета – «Ард», оппозиционная, более острая на слово, с резкими оценками. Вы конкурировали?

– Я не был директором Независимого телевидения – эту идею организационно и технически продвинул в жизнь Темо Цховребов. Мне он доверил руководство всем внутренним процессом – от творческого контента до структуры и сетки вещания. И весь энтузиазм, которым горели тогда работники не только телевидения, но и всех СМИ Республики, имел только одно объяснение – всем хотелось сделать что-то полезное для молодой страны и еще больше – для людей, переживших тяжелые годы грузинской агрессии. Поэтому никакой конкуренции между республиканскими СМИ в то время не было, все были объединены в едином порыве. Были необыкновенные скорости жизни, которые объяснялись энтузиазмом, все хотели внести свою лепту в строительство государства.

– Как был ориентирован в политическом смысле «Вестник»? Уже происходило какое-то внутреннее политическое размежевание в Республике, создавались подобия альянсов? Как вам удалось избежать политизированности?

– Я уже говорил о цели создания газеты «Вестник Южной Осетии» – в первую очередь, информирование широкой общественности за пределами страны о происходящих событиях, о грузинской агрессии, о становлении молодого осетинского государства на южных склонах Большого Кавказа. Вот и вся «ориентация». К тому же к 1994 году и государственное, и независимое телевидение РЮО уже достаточно крепко стояли на ногах, и многие в Республике увидели в них доступный, легко управляемый информационный ресурс, который можно было использовать в предстоящих выборах в Парламент (он тогда назывался Государственным Ныхасом). «Вестник» выходил к тому времени уже с нарушением графика, поскольку финансирование Фондом прекратилось, и с точки зрения агитационного предвыборного ресурса не был востребован, потому и не был вовлечен во внутриреспубликанскую предвыборную борьбу.

– Помню нашумевшее интервью с Олегом Тезиевым про «грязную бомбу», которая якобы имелась у Южной Осетии. Оно произвело тогда эффект и к югу, и к северу от Южной Осетии.

– В Грузии тогда сильно разволновались. Да, это был неожиданный материал, с ним связано много кривотолков, слухов, но я не буду здесь касаться истории его публикации.

– Кажется, что в самом начале пути к строительству независимой республики, в Южной Осетии больше понимали значение СМИ. «Адӕмон Ныхас» начинал свою деятельность с идеологической работы, с просвещения масс. А в последующие годы понятие негосударственного СМИ стало приравниваться к оппозиционному, то есть фактически к враждебному.

– Прошло более тридцати лет. Мир изменился. Посмотрите, что происходит вокруг – то, что раньше скрывалось, делалось втайне, сегодня вышло на передний план и эпатажно провозглашается чуть ли не нормой человеческой морали: политика двойных стандартов, разрушение семейных ценностей, поддержка откровенной лжи в отношении действий одних и запрет на законные действия других и т.п. И это происходит по всей планете, в большинстве государств. Мы не живем в замкнутом пространстве, мы волей-неволей реагируем на все происходящее вовне и допускаем это в себя. Тем более СМИ – они зеркало происходящих в обществе событий, а кроме того они зависят от финансирования. Нет независимых СМИ – кто платит, тот и заказывает музыку. Ни одно СМИ не будет выступать против своего кормильца. Журналист может не согласиться с этим, но тогда он вынужден будет уйти из СМИ и потеряет работу. Проблема СМИ не в журналистах, не в редакторах – такова система. Везде на на-шей планете. СМИ, которые будут ставить острые вопросы перед обществом, всегда будут оппозиционными, и в зависимости от уровня своей смелости и настырности – нежелательными. В этом нет ничего нового. Если общество хочет изменить СМИ, оно сначала должно измениться само.

– Спасибо за интервью, Владимир Феликсович!

– Хочу поздравить с Днем осетинских СМИ своих соратников по перу, видеокамере и микрофону, тех, кто остался – к сожалению, некоторых уже нет, но они вместе со своим бесценным вкладом в общее дело Южной Осетии всегда в нашей памяти. Поздравляю также российских и осетинских миротворцев, которые несли службу в Южной Осетии в составе ССПМ в разные периоды с 1992 по 2008 год. Всегда вспоминаю их с большим уважением за ту благородную работу, которую они делали, оберегая хрупкий мир на нашей земле.

Инга Кочиева

 

 

 

Владимир Алборов: «Если общество хочет изменить СМИ, оно сначала должно измениться само»
Владимир Алборов: «Если общество хочет изменить СМИ, оно сначала должно измениться само»

 

 


 

 

 


1. Владимир Алборов с подшивкой газеты «Вестник Южной Осетии»

2. Владимир Алборов, Мулдар Кулаев, Василий Гаглоев и Роберт Кулумбегов

3. На территории миротворческого батальона (слева направо): Филипп Хачиров, Казбек Фриев, Владимир Алборов и Алан Джиоев (Парпат)

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Популярно