Мелитон Казиты: «Писатель обречен на одиночество среди тех, кто не в состоянии читать его произведения»

22-09-2021, 15:58, Интервью [просмотров 1072] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Мелитон Казиты: «Писатель обречен на одиночество среди тех, кто не в состоянии читать его произведения»Художественное слово на родном языке всегда было маяком для осетинского народа, а строчки бессмертных стихов Коста и сегодня становятся лозунгом момента в сложных ситуациях жизни общества. Поэт – нерв народа, а писатель – его мудрый наставник. Так было. Но так ли это сейчас? Осетинская литература пережила тяжелейшие этапы в своем развитии – отрепрессий против писателей до смены алфавита и запрета родного языка. Все это не могло не отразиться на духовном состоянии народа. Но даже в сложнейших условиях создавались блестящие произведения, оставившие след в осетинской литературе. Может быть, их было немного, но что ж, шедевры не рождаются на конвейере. О тесной связи причин непопулярности писательского ремесла сегодня с состоянием осетинского языка в стране – наш разговор с поэтом и прозаиком, переводчиком и драматургом, общественным деятелем, председателем Союза писателей РЮО Мелитоном Резоевичем Казиты.

– Мелитон Резоевич, очень приятно, что Вы снова в строю, готовы делиться знаниями с молодежью в Университете и продолжать научную работу в области литературоведения на благо осетинского языка и литературы.

– Спасибо!

– Если говорить о влиянии художественного слова на умы, о силе и значении литературы сегодня, как Вы считаете, поэт все еще больше, чем поэт или нет? Писатель все еще пророк?

– Жизнь постоянно меняется, это ее сущность. К тому же, она редко меняется к лучшему. Если присмотреться внимательно, то большая часть людей занята лишь своей жизнью, их мало что волнует, люди обособились в собственном благополучии и некоторых не волнуют даже собственные дети или родители. Как такому человеку строить хорошую жизнь? Я не молод, мне 73-й год идет, но я не помню, чтобы когда-нибудь жизнь была так цинична, как сейчас. Люди всегда стремились к лучшему будущему, строили это будущее, но, смотрите, какие ценности сейчас превалируют – в основном культ денег, пропаганда богатства, блеск славы, навязывание чуждых ценностей... Иногда думаешь, может, что-то в этом есть, в том, что жизнь коротка и человек хочет прожить ее красиво и с комфортом? Но в том-то и дело, что мы потеряли представление о красоте жизни, более того, перестали ценить саму жизнь.

Невольно вспоминаешь слова Сталина о том, что, когда страны перестанут воевать с помощью огнестрельного оружия, перестанут бояться войн, они начнут истреблять друг друга болезнями. В этом он был прав, не откажешь ему в прозорливости и уме, хотя мы знаем прекрасно, что он сотворил с осетинами. Очень многих хороших людей истребляли в его время, но он и пальцем не шевельнул, чтобы не допустить этого... У нас сегодня сложная ситуация, мы перестали понимать, кто мы, куда идем. Люди дезориентированы, и разве могут они в такой ситуации думать о литературе и понимать ее? Влияние искусства всегда было огромно, но в век, когда люди посвятили себя соревнованию во всем, а не только в спорте, литература и искусство оказались не в почете. Да, вы правы, когда-то литература имела первостепенное значение по силе влияния на умы, но наше сегодняшнее положение показывает, что не только у нас, но и во всем мире литература теряет позиции.

В год, когда распался Советский Союз, в Москве в издательстве «Советский писатель» у меня готовилась к выходу книга, и редактор издательства, Лев Анисов, сказал тогда, что завидует мне, потому что, когда повесть «Алмас» будет издана, ее переведут и меня узнают во всем мире. Но скажите, если бы вот сейчас Коста написал свой «Ирон фæндыр», его перевели бы на языки мира? Вряд ли, потому что литература сейчас никому не нужна. Она, конечно, необходима, потому что должна учить людей добру, справедливости, достоинству. Но сегодняшнее отношение к духовным ценностям не способствует ее развитию. Если так продолжится, то будущее литературы представляется тревожным. Кто думает о будущем и понимает значение художественного слова, тот задается вопросом, почему сегодня в осетинской литературе нет молодых талантливых писателей, нет хороших писателей, ведь раньше они были? Такое же положение на севере Осетии. Посмотрите, уже и здесь начали писать по-русски, чего раньше не было, та же картина и на севере, потому что так легче публиковаться. У нас еще недавно было три перспективных молодых автора, они свободно писали на осетинском языке, печатались, я всегда им радовался, но, увы, все трое переехали в Северную Осетию, так как здесь работы не нашли. Обидно, мы рассчитывали на них, помогли встать на ноги, но даже самому талантливому писателю надо думать о хлебе насущном, содержать семью.

– Из тех, кто пишет сейчас, нельзя взрастить будущих гениев?

– Речь даже не о гениальности. Приходят к тебе и говорят, примите меня в Союз писателей, а при этом некоторые из них вообще не понимают, что такое писательство, двух строчек не напишут сносно, но при этом считают себя поэтами. А надо либо бросить это дело, либо учиться всерьез, стремиться к этому. Процитируешь такому «поэту», к примеру, Коста, а он понятия не имеет, откуда это, может сказать, что это строки Сека. Или как назвать осетинским поэтом того, кто не слышал о Георгии Бестауты? И это при том, что выдающийся поэт Плиты Грис в свое время сказал, что после Коста у нас никто не владел таким поэтическим слогом, как Георгий.

– Раньше был определенный путь для молодых поэтов и прозаиков – их стихи и проза публиковались, затем литературные критики обсуждали их творения, и это обсуждение, это внимание становилось для них стартовой площадкой. Сейчас этого механизма нет. Куда нести свои стихи и прозу, чтобы получить признание или критику, прежде чем пойти в издательство?

– Пожалуйста, Союз писателей всегда готов принять их произведения и выразить свое мнение. Если мне присылают из Владикавказа, Москвы, из других мест, просят почитать и оценить, то я тем более помогу тем, кто здесь, рядом со мной. Произведения молодых авторов, к слову, все же иногда публикуются, но мало что из них заслуживает внимания, пишут очень слабо – ни рифмы, ни ритма, ни мысли вообще.

– В 2016 году во Владикавказе вышел сборник «Проба пера» с произведениями молодых авторов. Никто из них не привлек Ваше внимание?

– Наш объединенный Союз писателей Осетии при финансовой поддержке мецената Ахсарбека Царукаева выпустил сборник «Æрфæны фæд» («Млечный путь»), там около двадцати авторов, среди которых пять поэтов с Юга. Мне, как одному из составителей, прислали пятьдесят экземпляров, я связался с авторами и ждал почти два года, чтобы они забрали свои экземпляры. Одна так и не пришла. В чем там было дело, не знаю, может, творческие амбиции вымерли у современных авторов... В мое время мы обычно шумно отмечали свои опубликованные произведения, собирались компанией, немедленно тратили полученный гонорар автора, но при этом бурно обсуждали его творение, критиковали, хвалили.

– Но они продолжают писать? Где публикуются сейчас эти пятеро наших соотечественников?

– Одна из них, Залина Догузова, публикуется, пишет она неплохо, работает над собой, недавно принесла стихи для детей, я подготовил их к публикации, сказал, чтобы она отнесла их в издательство, и если понадобится рецензия, я напишу. Но ее стихи так и не дошли до издательства, то ли у нее нет времени, то ли просто лень. Возможно, если бы это приносило какой-то серьезный доход, они бы не ленились писать и пробивать свои произведения.

– Корифей современной русской прозы Виктор Пелевин, автор глубоких философских романов, ставших символами эпохи, однажды случайно узнал, сколько зарабатывает Дарья Донцова на своих детективах, которые пишет в диком количестве. И был потрясен, потому что он, по его словам, света белого не видит, работая над книгой, и получает примерно столько же, сколько корректор, потому что у издательства монополия на тираж. Ему пришлось прибавить в количестве, но потерять в качестве своих произведений. Писательством на жизнь не заработаешь, это с одной стороны. Другая проблема – кто сегодня может писать по-осетински?

– И на юге и на север ситуации схожи: не только пишут по-русски, но и говорят в основном уже по-русски. И на мой взгляд, пока руководство не начнет говорить по-осетински и там, и здесь, ситуация не исправится. Когда я был депутатом Парламента, приходилось видеть, каких людей принимали на работу. Было очевидно, что пользы от них не будет, но мне отвечали, что, по крайней мере, они хорошо владеют русским языком. Но ведь это же не прибавит ума и профессионализма? Чтобы соответствовать такой работе, надо хорошо знать свой народ, и свой родной язык. Может, кто-то думает, что Расул Гамзатов не знал русского языка? Ошибаетесь! Блестяще знал, но никогда не стремился скрывать акцент, не стыдился национального стиля разговора. А у нас почему-то, если человек говорит по-русски с акцентом или ошибками, то это чуть ли не высший показатель отсталости! Руководитель – это лицо народа, на него равняются другие чиновники, и когда осетинский язык звучит во властных кабинетах и с трибун, это во многом способствует его утверждению и сохранению. Писатель обречен на одиночество, особенно среди тех, кто не в состоянии читать его произведения.

– После Коста было много блестящих писателей, по которым огнем и мечом прошел 1937-й год. После Великой Отечественной войны тоже была выдающаяся творческая интеллигенция, но на каком-то этапе преемственность прервалась. Кого Вы можете назвать из корифеев, каких уже не будет, на кого равняются сегодняшние?

– Коста – выдающийся человек, основатель нашей современной литературы, мы всегда будет гордиться им. Но нельзя сказать, что до Коста у нас не было писателей. Они были. Во времена царицы Тамары при грузинском дворе было два придворных поэта, которые посвящали царским особам свои произведения, они переведены на русский язык, но из них были изъяты все упоминания о Сослане-Давиде, как осетине. Известно, что Сослан-Давид открыл школу, в ней учились осетинские парни, по-осетински и по-грузински, но о них не говорят грузинские исследователи. Осетинская литература, которая, несомненно, была у нашего народа, потерялась, исчезла, когда в XIV веке монголо-татары напали на Аланию. Численность нашего народа тогда сократилась, по некоторым данным, с двух с половиной миллионов до двух тысяч. Им выживать надо было, а не о литературе думать. Но спустя столетия, когда население увеличилось и стало развиваться, у нас появились великие писатели. После Коста это были Гæдиаты Секъа, Коцойты Арсен, Гæдиаты Цомахъ... Следующее поколение писателей – это самая трагическая страница в истории нашей литературы – Чермен Бегизов, Созрыко Кулаев, Коста Фæрниаты… Один лучше другого. Грузинские власти их преследовали, и здесь и на севере, задержали по доносам и судили. Суд устраивали три человека, т.н. «тройка», все трое грузины, они выносили приговор к расстрелу. По сегодняшний день неизвестно, где они похоронены. И все же потом, уже после Великой Отечественной, у наших писателей нашлись силы, чтобы заговорить во весь голос. Нафи Джусойты сказал тогда: «Мы не можем писать, как прежде». Уже было видно, что Гафез, Плиты Грис, Царукаев Александр и другие стали писать открыто. Прошедшая война дала им силы не думать о 1937-м годе, они уже не боялись доносчиков. Хотя каких только жалоб не писали против Гафеза, когда он был ответственным секретарем Союза писателей! Я был молодым тогда, только закончил институт, но помню все это. Мне тоже угрожали, видя, что я был к нему близок, мы дружили. Но я тогда только начал публиковаться и не представлял для этих людей интереса. Я восхищаюсь Гафезом и сейчас, когда понимаю его еще сильней... Я приезжаю на лекции в Университет, мне выбрали вот эту аудиторию на первом этаже, создали условия для работы, искренне радуюсь, что я остался среди них. И вспоминаю, что Гафез работал буквально лежа на спине, он получил на войне столько ранений, что организм его постепенно разрушался. Он держал на груди фанерную подставку с привязанной к ней ручкой, пристраивал на нее тетрадь и писал. Он был очень гостеприимным и хлебосольным человеком. Но когда был уже тяжело болен, тостал очень одинок.Я иногда приходил к нему, обычно с бутылкой коньяка. У него был очень слабый голос, и поэтому свою жену, Надю Цховребову, он звал свистком, висевшим у него на шее, она накрывала нам скромный столик...

Гафез писал замечательно. Так же отлично работал Грис Плиты. В 1968 году он написал стихотворение «Рагон Ир» («Древняя Осетия») и опубликовал его в газете «Рæстдзинад». Там есть такие строчки: «Ирон кард бæрзонд фæхæссы æмæ ирон сæрæн дзæхст». Это было в обычае осетин – их мог нанять в свое войско царь одной страны для войны, но часто случалось, что и второй царь нанимал осетин, потому что они были хорошими воинами. Это факты истории, но Грису стали предъявлять, что он пишет неуважительно об аланах, что это неуважение к истории народа. Дело же в том, что Гриса не любили за необычайный талант, ведь он писал намного сильнее своих завистников. И в итоге они добились того, что его сняли с должности редактора журнала «Мах дуг». То, что имел в виду Нафи, когда сказал, что мы не можем продолжать писать как раньше, было воспринято его поколением писателей, такими как Дзуццаты Хаджи-Мурат, Алборты Хаджи-Умар, Кодзаты Ахсар, Ходы Камал, Джиккайты Шамиль и т.д. это были очень сильные поэты и прозаики. Наше поколение писателей было следующим – Хаджеты Таймураз, я, Гучмазты Алеш, Кокайты Тотрадз, Агнаев Гастан, Касаев Батрадз... А из тех, кто идет за нашим поколением сейчас можно назвать Кочиеву Лизу, Габараева Юрия, Бязрова Роланда... Видите, все меньше и меньше. И опять возвращаемся к тому, что творчество не должно быть предметом заработка, иначе оно скатывается к конъюнктуре.

– Есть литературные премии, которые, казалось бы, должны поощрять стремление к творчеству, но их денежное содержание довольно скромное – к примеру, премия «Булæмæргъ». Что же касается государственной премии имени Коста Хетагурова, то ее стали присуждать раз в пять лет. Может быть, это вообще не очень логично – пытаться связать высокое творчество с деньгами?

– Меня пригласили возглавить премию «Булæмæргъ» в самом начале, но представленных на конкурс работ я не видел, поэтому отказался участвовать в присуждении премии. Что касается премии Коста, мне кажется, что ее слишком легко присуждают, независимо от реальных заслуг, да и номинаций как-то слишком много – не только за литературные достижения, но и в области истории, культуры в целом… Так нельзя, надо все же знать художественное творчество и ценить очень строго. Я считаю, что стоит оставить только литературу и изобразительное искусство – то, чем занимался сам Коста, а для других сфер культуры учредить другую премию. Но как бы ни развивались обстоятельства, к чему бы ни вело нас время, я все же надеюсь, что, если осетинский народ сумел выжить и возродиться, то и литература наша должна снова дать ростки. Я верю, что появятся хорошие писатели, их только надо заинтересовать достойным вознаграждением, соответствующим писательскому труду. Это необходимая составляющая.

– Как работает объединенный Союз писателей Осетии и какие у него есть возможности для того, чтобы преодолеть проблемы, стоящие в этой области?

– Возможностей нет никаких, потому что наш Союз писателей, на Юге, является, по сути, хозрасчетной организацией. Я обычно обращаюсь к каким-нибудь деловым людям, прошу у них поддержки, и часто такой человек обещает мне решить наши финансовые проблемы, перевести нас на бюджет, как только станет президентом, а между делом просит стать его доверенным лицом. Северо-осетинский Союз содержится на бюджетные средства, хотя и там небольшие возможности. Но мы должны быть едиными и сплочёнными, это наш долг перед осетинской литературой, языком и всем осетинским народом. Издательства должны выпускать настоящую художественную литературу, а писатели должны получать за нее настоящие гонорары. Вот увидите, сразу вернется конкуренция, и хорошие писатели не заставят себя ждать. Что в итоге окажет содействие развитию осетинского языка.

– Что Вы можете сказать о собственном творчестве, как Вам кажется, Вы справляетесь со своей миссией, Вы успешный писатель?

– Не знаю, что ответить. Написал я много. Может быть, больше чем все остальные осетинские писатели. Один поэт однажды похвастал мне, что написал около ста стихотворений! Я же написал более ста книг, но мне не кажется, что это большое достижение. Конечно, все зависит от того, какие это сто стихотворений и сто книг! Коста после «Ирон фæндыр» мог уже ничего не писать, это все равно было бы блестящим достижением в жизни. А молодой поэт должен работать над собой, писать постоянно и только таким трудом достичь высот поэзии. Еще раз повторю, я всегда готов помочь, прочитать творения, подсказать, что хорошо, а что стоит доработать. Молодым часто кажется, что они создали шедевры. Я, к примеру, о своих произведениях так никогда не думаю, всегда остается место для сомнений, что можно было больше поработать над ними. Всё всегда можно улучшить, особенно в творчестве.

– Считается что детская литература – трудный жанр, но Ваши сказки читаются легко и с удовольствием, к тому же, они развивают интерес и любовь к родному языку у детей.

– Не только маленьким детям нужна литература на родном языке, но и в школах. Издательства должны следить за тем, какие книги они выпускают, в том числе учебники. Тут нельзя руководствоваться принципами «хионизма», если произведения не стоят того, чтобы их издавали, а тем более, вносить в учебники, то этого не стоит делать. Стихи Исидора Козаева долго не включали в сборники, пока я не настоял. Я сказал: покажите мне из того, что вы отобрали, то, что было бы лучше стихов Исидора, и тогда можете не включать его в сборник. Или же бывает, что поэт не может превзойти строчки, написанные другим мастером слова, и он, не моргнув, вплетает их в свое произведение и выдает за собственное творение. Это банальный плагиат. Однажды Хаджеты Таймураз, не в силах преодолеть мучительный восторг от знаменитой строфы Коста «Весь мир мой храм…», перевел ее на осетинский и встроил в свое стихотворение, получилось очень органично. Он сказал, что ничего лучше этих строк не знает и хотел бы, чтобы они принадлежали ему! Человек может быть, конечно, сам себе очень строгим критиком, отмечая все слабые места в своем произведении уже после того, как книга вышла в печати. Но невозможно быть непревзойденным мастером слова и совсем не допускать погрешностей, это зависит от уровня, которого достиг писатель: неподходящая метафора, не соответствующая мелодия строки, неверно переданная эмоция – это все замечаешь только ты, потому что теперь уже знаешь, как было бы правильней написать. Хороший писатель никогда не доволен своим творением, но и бесконечное переписывание текста тоже только портит его. Отличный способ в таком случае – положить рукопись в стол и дать ей «настояться», а через два-три месяца прочитать свежим глазом. Монографию о Бестауты Георгии я закончил в 2002 году, но она до сих пор не издана, все время хочется вернуться к рукописи и что-нибудь поправить. Также еще не изданы мои монографии о Гучмазты Алеше и Хаджеты Таймуразе.

– Они будут здесь издаваться?

– Кто их издаст? Возможно, их просто выкинут после моей смерти...

– Давайте, уйдем с грустной темы. Расскажите о своих планах, над чем Вы работаете сейчас?

– Многие работали над историей осетинской литературы, но никто так и не смог ее составить в полном объеме. Это очень трудно. К тому же нужны соответствующие финансы. Я выпустил пять томов истории литературы, шестой готов к печати, но нет средств на издание. Надо издать также четвертый и пятый тома «Ирон хæзна». Кроме того, работаю над «Антологией осетинской поэзии».

– Вы были депутатом Парламента РЮО, занимались политикой, руководили СМИ. Какие на Ваш взгляд самые острые проблемы у нашего общества, если говорить очень коротко. Что мешает нам жить в мире и согласии, уважать друг друга и ценить вклад каждого в общее дело?

– Если коротко: нам мешает жить отсутствие элементарной справедливости в нашем обществе.

– Что ж, лаконично. Мелитон Резоевич, спасибо Вам за интервью, мы желаем Вам крепкого здоровья и больших творческих успехов.

Инга Кочиева

Фото из открытых источников

Мелитон Казиты: «Писатель обречен на одиночество среди тех, кто не в состоянии читать его произведения»
Мелитон Казиты: «Писатель обречен на одиночество среди тех, кто не в состоянии читать его произведения»

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Октябрь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Популярно