Археология – наука строгая и точная

6-06-2021, 19:11, Интервью [просмотров 467] [версия для печати]
  • Нравится
  • 2

Археология – наука строгая и точнаяСчитается, что лопатка археолога часто важней исторических трактатов и исследований, особенно, когда политическая ситуация требует заполнить пробелы в спорах о принадлежности территории. В археологии редки однозначные ответы, но все же найденные при раскопках погребения людей, следы быта, остатки жилищ, фрагменты утвари и оружия часто ставят точку в вопросах о следах той или иной культуры, миграции народов или военных союзах. Недостающий пазл дополняет общую картину модели прошлого не только этой определенной местности, но, возможно, и всего региона. Важна каждая найденная булавка, бусина, монета, каменная или керамическая чашка, также как бронзовый топор или шлем Александра Македонского. Археология – наука строгая и требует бережного отношения к артефактам древней истории, находящимся в собственности государства – тем, что выставлены в музеях или еще даже не обнаружены. На вопросы о том, насколько строго соблюдаются требования закона и порядок проведения археологических раскопок в Южной Осетии, отвечает директор ЮОНИИ, археолог, кандидат исторических наук Роберт Хазбиевич Гаглойты.

 

– Роберт Хазбиевич, обнаруженные недавно на территории Цхинвала погребения вызвали большой интерес общественности. Каково Ваше мнение и предварительная оценка находок?

– В конце мая во время рытья котлована под строительство частного дома по улице Чочиева были обнаружены погребения. Это не первое место захоронения, открытое в ходе строительных работ. На объекте работала группа студентов под руководством преподавателя Н.Г. Табуевой, заведующей отделом охраны памятников истории и культурного наследия Министерства культуры РЮО, научный сотрудник ЮОНИИ И.Т. Маргиев. Что я могу сказать? Крайне нежелательно было делать поспешные заявления прессе и телевидению о найденных ценных предметах, которых фактически не было.

– Там могут быть другие погребения поблизости?

– Не сомневаюсь. В обнаруженных в процессе работы трех погребениях выявлены раздавленные керамические сосуды кухонного и столового предназначения, погребения закрыты выкладками из речного камня. Три костяка сохранились относительно сносно, четвертый предельно раскрошен тяжестью каменных глыб. Скелеты находятся в скорченном положении, на правом или левом боку. Никаких ценных предметов там не оказалось. По найденным нескольким бусинам, бронзовым булавкам, накоснице, фрагменту керамики, двусторонне изогнутой бронзовой спирали, а также положению костяков и некоторым другим моментам, найденный объект можно отнести к эпохе поздней бронзы - раннего железа (± 8-6 вв. до н.э.). Тем не менее, находки требуют изучения, хотя СМИ уже заявили, что с предметами работают профессионалы. Возникает вопрос, кто имеется в виду?

Мои коллеги из Северной Осетии – Алании и Москвы звонили мне, интересовались происходящим на объекте. И тут следует сказать четко: нарушен порядок проведения археологических работ.

– Нужен был Открытый лист? Кто его выдает и каким законом утвержден порядок полевых археологических работ?

– Правительство РЮО утвердило «Положение о порядке проведения археологических полевых работ и составления научной отчетной документации». Оно разработано в соответствии с Законом от 2007 года «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народа РЮО». Любые раскопки без Открытого листа и проводимые лицами, не имеющими на это права, считаются уголовным преступлением. Открытый лист это разрешение на производство археологических разведок, раскопок, проведение топографической съемки, фотографирования и зарисовок древних объектов, а также любых земельных работ, связанных с изучением древностей на основе существующих положений. Он выдается комиссией из деятелей науки, состав которой известен: Р.Х. Гаглойты – председатель, директор ЮОНИИ, Р.Г. Дзаттиаты – д.и.н., профессор, ст. научный сотрудник ЮОНИИ, А.А. Туаллагов – д.и.н., профессор, зав. отделом археологии СОИГСИ, И.Т. Маргиев – научный сотрудник отдела археологии ЮОНИИ, Н.Г. Табуева – зав. отделом охраны памятников культурного наследия Министерства культуры РЮО. Научную регламентацию всех археологических разведок и раскопок, производимых на территории Южной Осетии, осуществляет ЮОНИИ по согласованию с Министерством культуры РЮО. Комиссия выдает разрешение, а Министерство культуры его регистрирует. Точно такая процедура существует в Российской Федерации. Институт археологии РАН дает заключение, после чего федеральный орган по охранепамятников культуры выдает Открытый лист. Если научный отчет по окончании работ составлен неправильно, то в следующий раз Открытый лист не выдается.

– Разрешение выдается на один объект, на какой срок?

– Открытый лист выдают конкретно по определенному объекту на один год одному человеку без права передачи. Руководитель группы представляет на утверждение список членов экспедиции. Собрать полноценную экспедицию у нас очень трудно, потому что не хватает компетентных специалистов. Обычно у меня в состав группы входят: начальник экспедиции, замначальника, два лаборанта-препаратора, фотограф/художник, водитель. Я всегда приглашал топографа. Но если кто-то из членов экспедиции может осуществлять топографическую съемку, он может совмещать эту работу. Получалась группа из 6-8 человек. Мы имеем право нанимать землекопов для самой простой работы, но начальник экспедиции внимательно наблюдает за их работой до того момента, пока не появится что-нибудь в раскопе. Потом землекопы отдыхают, специалисты производят очистку каменной выкладки, если она имеется, затем зачищается пространство погребения в вертикальной проекции послойно до выявления костей погребенного. Погребение надо очистить таким образом, чтобы даже фаланги пальцев не сдвинуть с места, иначе это уже грубое нарушение. Участок, на котором проводятся работы внутри города, следует охранять. У нас, как известно, не редкость «черные копатели».

– Кто может подать заявку на получение разрешения на раскопки?

– Для того чтобы получить Открытый лист, надо работать в организации, в Уставе которой прописана возможность проведения таких работ. Кроме того, надо иметь соответствующее образование, археологическое или музейное, а также несколько сезонов быть вписанным в Отчеты уже практикующих археологов, как участник раскопок и обработки материала.

Открытый лист выдают сначала только на разведки, без права проведения земляных работ, затем на разведки с локальными земляными работами (как в описываемом случае) и только потом – на раскопки небольшими площадями. Согласно Положению, по завершению работ обязательно составляется полноценный научный отчет установленной формы, а находки (после их изучения и анализа учеными – специалистами) сдаются в Национальный музей, соответствующий всем требованиям хранения, температурного режима, охраны и ведения научной работы по исследованию предметов культурного наследия.

Таким образом, все перечисленные работы имеют право проводить только профессиональные археологи, имеющие соответствующие дипломы и работающие в системе высшего образования или НИИ. Направлять людей на проведение археологических работ имеют право только Министерство культуры РЮО и ЮОНИИ. Конечно, к археологическим работам могут привлекаться и сторонние работники, не имеющие образования (в данном случае студенты) для выполнения земляных работ, но руководят работой и отвечают за результат только археологи!

– В том числе за информацию, сообщаемую СМИ?

– Уважающий себя археолог придерживает до последнего такую информацию и тщательно продумывает ее, прежде чем обнародовать. Ошибки в оценке найденных артефактов наносят существенный урон репутации ученого, поэтому надо всегда контролировать, что сказали СМИ, и с чьих слов они это сказали. «Обнаружены ценные предметы… с ними работают профессионалы… останки людей в могильниках…»! Не могильники обнаружены, а отдельные погребения и без ценных предметов. И зачем подчеркивать в СМИ, что предметы обязательно передаются в музей этнографии, краеведения и зоологии ЮОГУ? Какие профессионалы будут над ними там работать, студенты? Почти все экспонаты (артефакты) музею ЮОГУ переданы нашим Научным институтом по актам. Там они представлены фактически, как в выставочном зале. Но найденные в погребениях на ул. Чочиева предметы требуют исследования, и выставлять их нет необходимости. Руководство ЮОГУ распорядилось создать группу из студентов и начать работу без разрешения, считая достаточным то, что руководитель группы, преподаватель ЮОГУ Н. Табуева, заведует отделом охраны памятников истории в Министерстве культуры РЮО. Группе был выдан автомобиль и обеспечено питание. ЮОНИИ поставили в известность постфактум. Во всей этой истории с найденными погребениями четко прослеживается некомпетентность. Нужно было должным образом оформить проведение работ, а находки следует проанализировать и написать научный отчет. Предполагаю, что у них будет простая констатация фактов: сколько чего найдено и что где лежало.

– Бывает ситуация, что при строительных работах ковшом экскаватора уже повредили находку, и чтобы спасти объект, приходится начинать работы немедленно, не дожидаясь Открытого листа. Как быть в таких случаях?

– Это был именно такой случай, как раз нужны были спасательные археологические работы. Они должны были обратиться к нам, тем более что в Министерстве культуры прекрасно знают о порядке проведения таких работ. Я принял участие в проводимых работах, потому что разведочную работу можно начать, когда ситуация безвыходная и надо спасать объект – констатировать факт его наличия и интереса к нему, а затем решать вопрос о проведении полноценных работ. ЮОНИИ обеспечил группу инструментарием. Я сам был заинтересован принять участие в разведочных работах и обеспечить сохранность обнаруженных объектов, несмотря на то, что порядок проведения археологических работ был нарушен однозначно. Это не формальное утверждение. Тогда для чего Правительство РЮО принимало Закон об объектах культурного наследия?

Я ученик доктора исторических наук, профессора Баграта Виссарионовича Техова, чьим отличительным качеством была скрупулезность. Именно у него я учился всем азам археологии, которые нужно знать при проведении раскопок. Например, на препарирование одного скелета у меня уходит 3-4 часа. Студентам тоже, безусловно, надо на чем-то учиться, но в данном случае, они должны были наблюдать за работой специалистов, так как есть много закономерностей, например, с чего начинать препарировать – с фаланг пальцев или с черепа. Очень несерьезным считаю работу в ночное время вообще, а тем более – демонстрировать это в Интернете. В ЮОГУ практикуется участие студентов в проводимых разведочных работах археологического характера. Хочу подчеркнуть, что этот вопрос также должен быть согласован с Министерством культуры и с ЮОНИИ. На сегодня самостоятельно ни одна организация или учреждение без соответствующих специалистов не может проводить раскопки. Было бы желательно, чтобы в единственном ВУЗе Республики была открыта кафедра археологии, что намного облегчило бы решение поднятых выше вопросов.

– Деликатный вопрос: куда деваются скелеты, которые обнаруживают при раскопках, особенно в черте города?

– Смысл передавать скелеты в музей имеется в том случае, если они имеют какие-то специфические особенности – череп с искусственной деформацией, кости с признаками заболевания или хирургического вмешательства и т.д. У этих скелетов, во всяком случае, у тех, которые я осмотрел, не было никаких особенностей. Они были раздавлены каменной выкладкой над погребениями. Этот погребальный ритуал связан с имевшим место культом мертвых – чтобы покойник не мог выйти из могилы и не беспокоил живых. Отголосок этого ритуала проявлялся еще недавно при захоронении усопшего, когда заколачивали гроб гвоздями. Скелеты изымаются для перезахоронения, их нельзя оставлять там, где живут люди. Такие находки обнаруживали и раньше в разных частях города в частных владениях.

– В сообщениях СМИ о найденных погребениях говорится, что это первые археологические раскопки в Южной Осетии за последние 20 лет.

– Это, мягко говоря, не соответствует действительности. Раскопки проводились, более того, в них участвовали мои коллеги из СОИГСИ. Я сам совсем недавно выезжал в селение Едыс на разведочные работы вместе с сотрудниками прокуратуры, собственноручно очистил два погребения XIV-XVвеков, это тоже был вынужденный случай проведения раскопок. Такой же случай был близ села Хеит в этом году.

– Были и международные проекты?

– В 2020 году должны были приехать ученые из Института историиматериальной культуры РАН вместе с французскими и немецкими археологами. У нас была договоренность, составлен план работ, но ситуация с пандемией помешала. У нас работали сотрудники Института востоковедения во главе с Александром Скаковым, нынешним замдиректора института. Они и раньше были здесь по сбору материала по архитектурным сооружениям, исследовали все районы республики. Представители СОИГСИ и Института Востоковедения РАН участвовали в ряде археологических работ на территории нашей Республики. В 2011 году мы проводили разведочные работы на Тбетском кургане вместе с археологами из Москвы и Словакии. В 2012 году были проведены разведочные работы на месте погребения эпохи средней бронзыблиз Монастерского храма XIII-XIV веков. В 2016 году – раскопки в с. Морго Дзауского района, в 2017-18 годах – в селениях Жакулта, Сба и Стыр Фæз. В 2018 – разведочные работы в Хетагурово и Дампалет. У ЮОНИИ широкие международные связи, мы заключили договоры с научно-исследовательскими институтами: Русенским университетом им. А. Кынчева в Болгарии, Институтом Востоковедения РАН, Арцахским университетом, Абхазским Институтом гуманитарных исследований, Кабардино-Балкарским НИИ, Институтом археологии РАН, Институтом истории материальной культуры РАН, Институтом языкознания РАН и т.д. У этих исследовательских учреждений огромный интерес к Южной Осетии, где есть огромное поле для археологических изысканий.

 

Инга Кочиева

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Июнь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930 

Популярно