Южная Осетия. Хроника повседневности

Южная Осетия. Хроника повседневностиИстория нашей страны состоит не только из событий вооруженного противостояния внешним силам, внутренних раздоров и политических пертурбаций. В канву сменяющихся эпох вплетены и факты из жизни простых людей: рождение и смерть, радости и переживания, любовь и верность, мелочи быта и жизненные свершения. Обо всем этом в нашей рубрике – повседневная жизнь жителей края в исторической ретроспективе (начало в №1-44).

 

«Немцы в селении Схлит будут строить мельницу», – весть об этом разнеслась по всей округе. Жители соседнего селения Зивлет очень удивились. Мельницы в этой местности строили на реках, а в селении Схлит был только родник, которого едва хватало на хозяйственные нужды. А тут мельница! Впрочем, скоро все объяснилось. В селение приехали Иоахим и Франц из Германии, они планировали создать сельхозартель, чтобы внедрить передовые методы ведения сельского хозяйства. В 30-х годах в СССР было много приглашенных немецких специалистов, среди них и герои нашего рассказа. Братья волею судьбы оказались в Тифлисе, а после и в приграничном с Грузией осетинском селении Схлит, что в Знаурском районе.

В числе технических усовершенствований они высказали намерение построить мельницу. На вопрос озадаченных сельчан, где взять воду для того, чтобы работал мельничный механизм, они ответили: «Жернов будет крутить дер Винд, это ветер-ветер». Немцы излучали уверенность. Иоахим и Франц выяснили, есть ли в селении плотники и, найдя таковых, провели с ними беседу. Диалог был непростой: жители Германии плохо говорили на русском, да к тому же их русский, для не искушенных в языках деревенских жителей, звучал как тарабарщина. Помог учитель школы селения Зивлет Гриша Кулумбегов, он пришел в Схлит, прослышав о немцах-экспериментаторах. Дело в том, что, помимо математики, Гриша преподавал в сельской школе и немецкий, так, что худо-бедно, используя набор русских и немецких слов, сельский учитель смог наладить первичный диалог.

А дальше дело пошло легче. Из леса у селения Цорбис завезли на быках бревна, распилили их на доски и просушили. После деревенские умельцы Иуане и Георгий Пухаевы с плотником Ило Козаевым по нарисованному братьями чертежу соорудили деревянный корпус мельницы. Установили механизм, прикрепили лопасти и вскоре по округе разнесся ритмичный шум работы движителя ветряка.

Удивлению жителей селения Схлит, впервые лицезревших такое механическое устройство, не было предела. Последний раз они так удивлялись, когда у их односельчанина Кола Пухаева свиноматка опоросилась 21 поросенком.

Вскоре к мельнице организовалось настоящее паломничество из соседних сел. Люди приходили посмотреть на работающую на ветру мельницу. Вертящиеся крылья ветряка вызывали искреннее восхищение крестьян, не меньше было удивления, когда они входили внутрь мельницы и видели, как резво крутится жернов, а зерно обмолачивалось и белоснежной мукой ссыпалось в короб.

Через месяц исчезли сложности и в общении между немцами и осетинами. Теперь в разговоре сторон немецкие слова гармонично сочетались с русскими и осетинскими. И все друг друга при этом прекрасно понимали. А то, что не получалось объяснять на словах, дополняли жестами и мимикой. Возможно, стиранию языковых препон способствовали и ежевечерние посиделки с добрым красным вином, которое развязывало языки даже у глухонемых.

Информация о ветряной мельнице вскоре дошла и до районного начальства. Как-то в обеденное время к мельнице подъехал легковой автомобиль. Из него вышел человек в белой шляпе и в парусиновом костюме, за ним из салона выгрузился плотный мужчина в кителе и брюках-галифе.

Оба, встав у автомобиля, внимательно рассматривали ветряную мельницу. Мужчина в военном френче снял свою фуражку защитного цвета, вытер платком пот пока со лба, потом протер свой головной убор изнутри. Одел фуражку и вертикально поставленной ладонью выровнял горизонт козырька. Проделав эти манипуляции, мужчина в кителе изрек: «А почему крылья мельницы не вертятся, это что вредительство?».

Его собеседник, секретарь райкома Знаурского района, очевидно привыкший к излишней подозрительности начальника местного отделения ОГПУ, обоснованно ответил: «Видишь, нет ветра, вот они и не крутятся». Но собеседник был непреклонен: «А если целый день не будет ветра, а муку для колхоза надо будет смолоть. И что же, мельница не будет работать? Опять же вредительство!».

Тут же были вызваны братья Иоахим и Франц, поселившиеся в доме неподалеку. От разноса районного начальства их спасло только то, что к их приходу подул легкий ветерок и ветряк заскрипел своим механизмом. Братья, наслышанные о крутом нраве начальника районного отдела госбезопасности, перевели дух. Наверное, в тот момент легкий свист крыльев ветряной мельницы звучал для них мелодичнее музыки из водевиля берлинского кабаре «Шаль унд Раух».

Впрочем, неодобрение по поводу диковинного механизма высказывал не только руководитель госбезопасности. В сторону ветряка посылал проклятия и бывший священник Бардзим Пухаев. «Не к добру эта дьявольщина, не к добру!», – ворчал бывший поп, которого советская власть не только лишила возможности служить в церкви, но и заставила сменить рясу на цивильный костюм. По этой причине Бардзиму не нравилось ничего из перемен нового времени: ни трактор, ни пионеры с их барабанами и горнами, ни колхозы с общей собственностью и трудовой повинностью. А особенно его приводили в ярость члены «Общества безбожников», ходившие по селам и заявляющие громогласно, что Бога нет. Единственная была радость для Бардзима – он спускал на них с цепи свою дворняжку, обладающую неимоверной злостью и кусачестью.

Не чувствовал радости он и от новой мельницы, проклиная все советское. И небеса его услышали. Как-то вечером к мельнице забрела корова. Животное проявило слишком большое любопытство и подошло близко к ветряку. И тут же была сбита с ног крутящейся с большой скоростью лопастью. Уже в тот же вечер хозяин буренки потребовал от братьев компенсации, в противном случае обещав спалить инженерную конструкцию. Прижимистые немцы платить отказались, в свою очередь, потребовав от хозяина коровы возмещения ущерба, – ведь лопасть ветряка была сломана… Когда сельский учитель Гриша Кулумбегов услышал о происшествии, он произнес с улыбкой: «Ветряная мельница убила Росинанта!». Сельчанин, сообщивший ему новость, возразил: «Какой там Росинант, корову звали Машо». Откуда было знать крестьянину, что Гриша говорил о лошади Дон Кихота, рыцаре печального образа, имевшем неосторожность сражаться с ветряными мельницами.

 

Р.Кулумбегов

(продолжение следует)

Фото из фондов Национального музея


Опубликованно: 20-06-2022, 11:29
Документ: История > http://respublikarso.org/history/4292-yuzhnaya-osetiya-hronika-povsednevnosti.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.

Вернуться назад