Жизнь и невероятные приключения Кола Габараева

Жизнь и невероятные приключения Кола ГабараеваИстория, подобно капризной даме, имеет обыкновение выделять отдельных личностей, чтобы запечатлеть их славный образ для потомков. На них равняется молодежь, приводят в пример старшие. Но жизнь состоит не только из легенд о героях, есть в ней место и простому человеку. Другое дело, что эти истории, как правило, хранятся лишь как семейные предания.

 

Станционные часы Бакинского железнодорожного вокзала пробили ровно полдень. Вдали раздался гудок паровоза, устало тащившего к станции серую долготу пассажирских вагонов. В это время на перроне царило оживление, но связано оно было не с прибывающим составом. Двое жандармов вели худенького парня, всего измазанного в угольной пыли. Его голубые бездонные глаза, выделявшиеся на замызганном лице, впивались цепким взглядом волчонка в каждого встречного.

Жандармов остановил изысканно одетый господин: «Вы что, черта поймали, Откуда этот фрукт?». Служители закона рассказали, что дети заметили, как черный человек вылез из вагона и сообщили об этом в полицейский участок. Выслушав ответ, мужчина пристально посмотрел в глаза задержанному, и неожиданно даже для самого себя обратился к нему с вопросом: «Ирон дæ? – Ты осетин?». Тут на черном лице парня проступила белозубая улыбка, сопровождавшая утвердительный ответ.

Важный господин, наскоро переговорив с жандармом, легким и привычным движением руки сунул тому в карман крупную купюру. Неформальная сделка состоялась и уже через пару минут мужчина и юноша зашли в станционный ресторан. Так завершилась первая часть долгого пути домой Кола Габараева, юноши из селения Кватетри Южной Осетии.

Перед тем как оказаться в Баку юноша служил в имперских войсках в городе Сызрань, куда был призван в 1912 году. Но вскоре был вынужден бежать из расположения своей воинской части. Однако не тяготы и лишения солдатской службы подвигли его на дезертирство. После того, как унтер-офицер ударил его по лицу, сопроводив рукоприкладство матом по матери, Кола попросту не сдержался и дал тому сдачу. Поняв, что сурового наказания не избежать, молодой солдат, воспользовавшись возникшей суматохой, перемахнул через забор – и был таков.

К этому времени он уже хорошо освоился в городе и первым делом пробрался на железнодорожный вокзал. На его счастье тут стоял товарный состав, идущий на Баку. Купив хлеба и наполнив бутылки водой, он забрался в вагон с углем. Через час товарняк двинулся в путь, громыхая колесами на стыках.

На каждой станции Кола осторожно высовывал голову над краем открытого вагона, всматриваясь в указатели. А надписи «Баку» все не было. Состав то стоял на путях часами, пропуская пассажирские поезда, то вагоны загоняли в тупик. Уже и хлеб закончился, и воду приходилось брать только в ночное время – а заветной станции все не было.

Когда железнодорожный состав прибыл на запасной путь в Баку, Кола уже был на пределе своих сил. С трудом смог перелезть через край открытого вагона и спуститься на землю. Свое задержание жандармами Кола воспринял отрешенно.

Станционный ресторан принадлежал Аз-Гирей Туганову, уроженцу Владикавказа. На втором этаже была его же гостиница. Кантемиров, зайдя в питейное заведение, позвал администратора и велел отвести Кола помыться, переодеть и накормить.

Вечером Туганов вызвал Кола к себе в кабинет и потребовал рассказать о своих приключениях. Выслушав рассказ внимательно, и узнав, что у молодого человека нет документов, он предложил ему остаться у него. «Будешь пока работать на кухне, ведь стоит тебе выйти за пределы ресторана, как тебя опять арестуют жандармы», – от такого предложения Кола не смог отказаться.

Так началось пребывание Кола Габараева в далеком Баку. Работа для привыкшего к труду юноши была несложная: порубить дрова, растопить печь, принести воды. Денег ему не платили, но хорошая кормежка, одежда и ночлег были обеспечены.

Были и редкие развлечения. Рядом находился бордель, окнами, выходящий во двор ресторана. Вечерами в доме терпимости играла громкая музыка граммофона, раздавался звонкий женский смех. До поздней ночи Кола вглядывался в окна, где мелькали силуэты мужчин и женщин… Спустя годы, когда он уже жил в родной деревне, услышав громкий смех не к месту, всегда делал замечание: «Что за смех, вы как будто в Бакинской борделии!»

Так прошло два года, началась Первая мировая война. Кола решил, что настало время менять свою судьбу. Несмотря на уговоры своего покровителя, он сел на поезд до Тифлиса, благо Туганов перепоручил его проводнику вагона. Прибыв в столицу Грузии, Кола направился к генералу Воронцову-Дашкову, главнокомандующему русской армии в Закавказье.

Удивительно, но получилось так, что простого парня пропустили к высочайшей особе. Куда больше удивления у командующего вызвала просьба самого Кола. Честно рассказав о своем проступке, парень попросился на фронт. Добровольцем и немедленно. Наместник царя был поражен: «Тут в Закавказье все мужчины по лесам и горам попрятались от призыва, а ты сам идешь воевать!». Но распорядился зачислить Кола в маршевую роту.

Спустя неделю юноша был уже на Турецком фронте в пехоте. За всевремя, проведенное на войне, он не получил не только ранения, но даже не разу не заболел. Во сне к нему являлся его сосед по деревне, седобородый Шамель, который успокаивал солдата: «Не бойся Кола, тебя ни пуля не возьмет, ни штык!». А опасность сложить голову в далекой Туретчине была. В январе 1915 года на турецком фронте главные сражения разгорелись у города-крепости Эрзерум. Вражеская твердыня после многомесячной осады пала, но и потери русских войск были большие. Убитые солдаты лежали длинными рядами. Здесь Кола встретились осетины, переселившиеся в 19 веке из Осетии, те его все переспрашивали: «Остались ли еще в России мужчины или они все погибли под Эрзерумом?!»

Свершилась революция. Российская армия стала разлагаться. С офицеров солдаты срывали погоны, генералы попрятались, Турецкий фронт рухнул. Все решили: «Штык в землю, все по домам!». Солдатский комитет разделил имущество войсковых складов – Кола забрал мешок гранат, кожаные ремни для упряжи плуга и пять винтовок. Больше унести на себе было невозможно.

Все это вооружение пригодилось летом 1920 года, когда Кола Габараев в составе отряда Митта Хасиева брал Цхинвал. Вечером 7 июня долго не удавалось подавить пулемет грузинских гвардейцев, оборонявших город. Тогда Кола швырнул в сторону огневой точки свои гранаты. Урона большого врагу он не нанес, но от грохота бомб расчет пулемета разбежался...

Через пару дней грузинские правительственные войска подтянули к Цхинвалу свежие силы, артиллерию, авиацию. Бои разгорелись с новой силой, и в них весь свой фронтовой боезапас Кола Габараев израсходовал.

После было отступление из Цхинвала с боями на север Осетии, где Кола слег от тифа, возвращение в родное село, организация колхозов, мирная жизнь. Еще раз ему пришлось брать в руки оружие в 1924 году, когда меньшевики, которых Кола называл «кадетами», подняли контрреволюционное восстание в Западной Грузии.

Больше судьба не испытывала нашего героя. Уже в летах он поднимался на пригорок над селом, садился на большой камень и устремлял взгляд своих синих глазвдаль. В эти короткие мгновения Кола мысленно возвращался в свою юность, наполненную переживаниями и невероятными приключениями.

 

Р.Кулумбегов


Опубликованно: 11-10-2021, 15:57
Документ: История > http://respublikarso.org/history/3894-zhizn-i-neveroyatnye-priklyucheniya-kola-gabaraeva.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.

Вернуться назад