Договор об углублении союзнического взаимодействия между РФ и РЮО породил на юге Алании надежды. Среди них – перспектива объединения южной части нашей Родины с северной путем вхождения в состав России. Поскольку ответственность за реализацию соглашения возложена на нового премьер-министра Марата Камболова, его имя теперь ассоциируется в юго-осетинском обществе с реализацией этой национальной идеи. Впрочем, М.А. Камболов – не первый представитель северной части осетинского народа, чье имя связывают с чаяниями об объединении двух частей Осетии.

2 октября 1924 года состоялось заседание Северо-Осетинского областного оргбюро партии большевиков. В повестке заседания был вопрос «об объединении Южной и Северной Осетии, возбуждаемый беспартийными трудящимися массами». Докладчиком выступил руководитель северо-осетинских коммунистов Симон Такоев. С этого дня начинаются активные действия по объединению Осетии; с юго-осетинской стороны этот процесс возглавлял Александр Джаттиев.

Если об А. Джаттиеве на юге Осетии известно достаточно много, то о С. Такоеве – преимущественно историкам. Родился он в Дигории, в селении Христиановское (сегодня г. Дигора, РСО-Алания), населенном православными осетинами. Получил редкое для горца того времени образование – учился в Московском университете, на юридическом факультете (1902-1904 гг.). Уже тогда увлекся революционными идеями, участвовал в событиях Первой русской революции 1905 г. Неоднократно арестовывался, подвергался ссылке. После свержения царизма в 1917 году вернулся в Осетию, где принял активное участие в организации советской власти в должности военного комиссара Владикавказского округа, а после – заместителя председателя народного совета Терской области.

После оккупации Северной Осетии войсками белогвардейского генерала Деникина С. Такоев вместе с однопартийцами был вынужден эмигрировать в Грузию. Однако и там он не прекратил свою революционную деятельность. В Тифлисе его организаторские способности проявились не впервые. Еще в январе 1918 года осетины, проживающие в столице Грузии, основали «Тифлисский осетинский революционный комитет». Вскоре на его основе была организована партия «Чермен». С. Такоев, представлявший созданную в Дигории партию «Кермен», стал одним из инициаторов создания одноименного политического объединения. Оба названия – диалектные формы имени народного героя Чермена (Кермена).

После изгнания белогвардейских войск с Северного Кавказа С. Такоев возвращается в Осетию. Летом 1920 года, во время геноцида осетинского народа, он принимает деятельное участие в размещении юго-осетинских беженцев, спасающихся от грузинских карателей. Часть из них по его инициативе направляется в его родное село – Дигору. Из рассказа Ксении Бязровой:«Дигорцы подогнали брички и всех больных, раненых посадили на них, а детей всадники взяли на руки, и мы отправились в Дигору. Здесь нас встречали так, что мы этого никогда не забудем. Местные женщины бежали с ведрами, наполненными водой и едой. Они подбегали к каждому из нас, чистили раны и перевязывали своими платками. Разжигали костры, варили мясо, бульон давали детям, раздавали горячие лепешки. Все жители Дигоры не отходили от нас все время».

Но куда более значительными являются усилия С. Такоева по объединению двух частей Осетии. Заседание Северо-Осетинского областного Оргбюро партии большевиков 2 октября 1924 года было только первым этапом. В начале к этой идее положительно отнесся и сам Иосиф Сталин. Правда, объединенную Осетию он видел исключительно в составе Грузии. В Осетии же превалировала идея вхождения единой Осетии в состав РСФСР. Сохранилась и телеграмма того времени, посланная на имя Сталина С. Орджоникидзе, в которой указывалось: «Сегодня приехал ко мне Такоев и показал решение Крайкома Северного Кавказа, в котором говорится, что старое решение (вхождение Осетии в состав Грузии – прим. автора) отменяется и они согласны на объединение Осетии, но при условии вхождения объединенной Осетии в РСФСР. Более никчемного и неосуществимого решения трудно придумать, здесь дается пища для всякой болтовни о том, что Россия хочет отнять у Грузии Цхинвал. Такоев их запутал, и они не знают, что и как делать».

Несмотря на то, что уже к исходу 1925 года вопрос объединения Осетии был снят с текущей повестки советского руководства, сами осетины эту проблему продолжали актуализировать.

В этой связи в июне 1926 года в Цхинвал приехали представители ЦИК Грузии С. Орджоникидзе и М. Орахелашвили. Состоялась встреча с активом автономной области. Гости объехали ближайшие села, встречались с населением. И хотя их везде принимали радушно, грузинские представители остались недовольны. Везде – и у партийного руководства, и у простых людей – они отмечали «непреодолимое стремление к объединению двух частей Осетии».

В 1927 году прошла VIII областная партконференция. В повестке дня собрания был вопрос о воссоединении двух частей Осетии. «Не так, как предлагают в Москве и Тбилиси – культурное объединение, а объединение политическое», – было записано в резолюции конференции.

В Тифлисе все это вызывало беспокойство. Грузинские власти через московское руководство настояли на нейтрализации действий, прежде всего, северо-осетинских инициаторов. В 1927 году С. Такоева переводят в Москву, где он занимает ответственные должности в системе советской власти – лишь бы подальше от Осетии и вопроса объединения.

А после наступил период политических репрессий, когда в борьбе с инакомыслием можно было не церемониться. С. Такоев был арестован по стандартному обвинению в антисоветской деятельности. Однако приговор ОГПУ не был приведен в исполнение – С. Такоев умер в тюремной больнице в 1938 году, куда он попал после допроса с пристрастием.

Не избежал трагической участи и Джаттиев, который был также арестован, осужден по обвинению во вредительстве и умер в исправительно-трудовом лагере.

Р.Кулумбегов

На фото: Симон Такоев и Семён Будёный (в центре)