В советский период между автономиями Северной (в составе РСФСР) и Южной (ГССР) Осетии никаких актов дружбы и сотрудничества не существовало; в этом не было практической значимости. Лишь в первой половине 90-х годов прошлого столетия, когда развалился СССР, ликвидирована Юго-Осетинская автономная область, провозглашена Республика Южная Осетия, произошла военная агрессия против Южной Осетии, введены миротворческие силы, стало ясно, что с Грузией нам не по пути, стало возможным установление отношений на государственном уровне. Первыми установились отношения между Верховным Советом РЮО и Парламентом РСО-Алания (1995). За ним состоялось подписание договора о дружбе и сотрудничестве между Правительствами севера и юга Осетии (1996), открывшего широкие возможности для интеграционных связей между министерствами, молодежными, спортивными организациями, районами двух частей Осетии. К 1995-му же году относится и договор о побратимстве столиц республик. В те годы интеграция проходила очень активно, север и юг фактически жили одними проблемами, строили совместно планы на будущее. К сожалению, в последние два-три десятилетия, хотя межгосударственные законодательные акты продолжают функционировать, интеграционные связи двух республик далеко не на должном уровне.

В советский период истории Северо-Осетинская АССР и Юго-Осетинская автономная область находились в составе союзных республик (РСФСР и ГССР) и функционировали на базе общесоюзных законодательных кодексов. В СССР широко практиковалось подписание соглашений, договоров о дружбе и сотрудничестве областей, автономных и союзных образований. Однако никаких официальных соглашений между автономиями севера и юга Осетии не существовало и причиною тому – ревностное отношение грузинских властей ко всякого рода официальным связям между двумя частями Осетии.

Когда в начале 90-х начал разваливаться Советский Союз, и из его состава одной из первых вышла Грузия, она сразу же показала свое негативное отношение к автономным формированиям. Поэтому на фоне усилившегося ущемления прав автономной области и призывов к ее ликвидации, а также в целях укрепления статуса, сессия Совета народных депутатов Юго-Осетинской автономной области от 10 ноября 1989 г. приняла решение о преобразовании Юго-Осетинской автономной области в автономную Республику в составе ГССР. Верховный Совет Грузии отменил это решение, а грузинские боевики начали творить в Южной Осетии бесчинства, сопровождаемые бесчеловечной жестокостью. На фоне широкой антиосетинской компании 20 сентября 1990 г. ХIV сессия Юго-Осетинского областного совета приняло решение о преобразовании Юго-Осетинской автономной области в Юго-Осетинскую Советскую демократическую Республику. В ответ на эти акты нашего народа по защите своего статуса, депутаты Верховного Совета Грузии единогласно (с ликованием) проголосовали за упразднение Юго-Осетинской автономной области. Так началось необъявленное, но уже на официальном уровне грузино-югоосетинское вооруженное противостояние, которое грузины вели под лозунгом «Грузия для грузин». Поскольку действия грузинских верхов ни-

чего хорошего не сулили для осетин, вслед за провозглашением Республики Южная Осетия принялась за формирование государственных органов власти, установление взаимоотношений с Российской Федерацией, с Республикой Северная Осетия. В это же время, 29 мая 1992 года, был принят документ огромной политической значимости – Акт о провозглашении независимости РЮО.

До ввода миротворческих сил (1992), все внимание руководства Республики было сосредоточено на защите населения в вооруженном противостоянии с грузинскими неонацистами. После ввода миротворцев в Южной Осетии наступила относительно мирная полоса, которая позволяла заняться восстановлением разрушенного народного хозяйства, созданием институтов государственности, разработкой законов, установлением связей с Российской Федерацией.

Судьбе было угодно, чтобы именно в этот ответственный период новейшей истории юга Осетии 23 сентября 1993 г. я был избран руководителем Республики в качестве Председателя Верховного Совета РЮО, а затем, спустя 3 года (1996) – Президентом.

Новому руководству приходилось действовать одновременно в нескольких неотложных направлениях: узаконение Республики (принятие Конституции), укрепление правоохранительной системы, создание институтов государственности, мирные переговоры... Обо всем этом подробно писал в своих книгах. В данной же публикации речь пойдет о первых предпринятых нашей страной шагах по установлению осетино-осетинских отношений на государственном уровне.

Начнем с того, что до избрания А.Х. Галазова и меня Президентами двух частей Осетии (первыми по счету), мы оба работали ректорами: он Северо-Осетинского Государственного университета им. К.Л.Хетагурова (1976-1990), я – Юго-Осетинского Государственного педагогического института (1989-1993), ставшего с 1993 г. – университетом им. А.Тибилова. Мы оказались пионерами и по подписанию в 1990 г. Договора о дружбе и сотрудничестве между нашими национальными  ВУЗами. Первый же шаг по  установлению  отношений между севером и югом Осетии на государственном уровне был сделан в марте 1993 года. В начале 1993 г, по договоренности руководителей республик (Т.Г.Кулумбегов, А.Х.Галазов), были созданы рабочие комиссии, в обязанности которых входило: подготовить и вынести на очередное заседание Верховного Совета Северо-Осетинской Республики на предмет признания и принятия следующие документы: «Акта о провозглашении независимости Республики Южная Осетия»; «Концепция  социально-экономической и культурной интеграции между республиками севера и юга Осетии» и «Соглашение о дружбе и сотрудничестве между Правительствами РСО-А и РЮО. Комиссии, возглавляемые на севере С.П.Таболовым, а на юге Л.А.Чибировым, справились с поставленной задачей.

6 марта 1993 г. во Владикавказе состоялось очередное заседание Парламента РСО-Алания. В выступлении на заседании от делегации юга Осетии мною было отмечено, что: «Достигнутый уровень во взаимоотношениях между двумя частями Осетии – логический итог переживаемого тяжелого периода нашей истории, результат пробуждения национального самосознания осетинского народа. К нему мы шли трудной извилистой дорогой. И хотя в осетинском обществе существует плюрализм, разное видение национальных проблем, тем не менее, сегодня, как никогда раньше, очищается от тумана дорога в наше общее будущее, дорога, ведущая к консолидации всех национальных сил, дорога к единству и взаимопониманию и широкому сотрудничеству».

Обсуждение первых двух вопросов (Акта о признании независимости, проект «Концепции...») прошло в положенных  процедурных рамках и закончилось единогласным одобрением обоих документов. Негодование вызвало предложение А.Х.Галазова о снятии с обсуждения вопроса о подписании Соглашения между правительствами. Это неожиданное предложение всколыхнуло депутатов, особенно не в меру горячих молодых народных избранников из юга. Мне с Сергеем Петровичем Таболовым с трудом удалось их утихомирить. По всей вероятности Ахсарбек Хаджимурзаевич проконсультировался с МИД-ом РФ и оно порекомендовало  воздержаться от подписания соглашения.

Между тем, Северная Осетия была первой, кто признал государственно-правовую независимость Южной Осетии со всеми вытекающими последствиями. Признание суверенитета и принятие Концепции имели для того времени большое психологическое и политическое значение, явились важными вехами на пути становления национального единства. В дальнейшем были предприняты новые шаги по их внедрению в жизнь. В частности, в Конституциях РЮО и РСО появились статьи об особом характере взаимоотношений между этими двумя политическими образованиями, обусловленные единством этнической территории, исторической, культурной и духовной общностью. Признание Северной Осетией Республики Южная Осетия заложило стратегическую почву для диалога органов власти, партнерства двух частей Осетии во имя осетинского народа, его расцвета и исторической перспективы.

Весной 1995 г. во Владикавказе состоялось заседание Парламента Северной Осетии нового созыва. У меня накопились вопросы к руководству Республики и парламентариям, и я попросил слова для выступления. Выйдя на кафедру, я обрисовал критическое положение, переживаемое югом Осетии, заострил внимание на проблемных вопросах, в частности, недостаточном внимании к интеграционным связям между севером и югом Осетии, жгучим проблемам юга. В числе других инициатив я предложил ускорить подписание договора между Правительствами двух Республик, заложить начало сотрудничеству законодательных органов юга и севера, что нашло поддержку депутатов северо-осетинского Парламента.

Поднимался вопрос с А.Х.Галазовым и о сотрудничестве законодательных органов. И вот, по заранее достигнутой договоренности, 24 октября 1995 г. во Владикавказе состоялась первая встреча парламентских делегаций Северной и Южной Осетии, возглавляемых соответственно В.С. Париновым и Л.А. Чибировым. Впервые в нашей истории парламентарии севера и юга Осетии составили Протокол о межпарламентском сотрудничестве между ВС РЮО и Парламентом РСО-Алания. Помимо прочего, один из пунктов Протокола гласит: «Стороны, принимая общность многовекового культурного и языкового наследия, будут содействовать развитию обменов и сотрудничества в области искусства, науки, языка и образования, физической культуры, формированию единого информационного пространства». На встрече было принято решение и о создании совместного, постоянно действующего межпарламентского координационно-консультативного совета (по 5 членов с каждой стороны).

Ответный визит парламентариев Северной Осетии во главе с В.С. Париновым в Цхинвал состоялся  25 апреля 1996 г. На встрече согласовали и парафировали текст «Положения о межпарламентском органе». В принятом  заявлении приоритетными в совместной деятельности были признаны: сохранение самобытности, развитие языка, образования, национальной культуры, культурно-исторической и природной среды обитания осетинского народа, связей с диаспорами, урегулирования конфликтов с Грузией и Ингушетией. В последующие годы проходили деловые встречи депутатов севера и юга Осетии, и межпарламентские связи между севером и югом Осетии только развивались (проходили совместные заседания парламентских комитетов, для примера, 24 октября 1995 г. во Владикавказе прошло совещание с участием председателей парламентских Комитетов по национальной политике и внешним связям РСО и РЮО В.И. Мамсурова и А.А. Кочиева, в ходе которой они также приняли делегацию осетинской диаспоры из Таджикистана во главе с С.Б.Кодзасовым – прим. ред.).

Но вернемся к судьбе межправительственного Соглашения. Как было отмечено выше, я поднимал данный вопрос в своем выступлении на заседании Парламента РСО-А 25 мая 1995 г. Необходимости ускорения подписания данного соглашения было посвящено и специальное обращение ВС РЮО к Парламенту РСО-А 30 июня 1995 г. Делегаты от Южной Осетии поднимали его на III съезде осетинского народа, состоявшемся в сентябре 1996 г. Необходимость неотложного принятия соглашения нашла отражение в одном из постановлений съезда. В своем выступлении на съезде Председатель Правительства РСО-А. Ю.Г.Бирагов твердо заверил делегатов, что соглашение будет подписано до конца года. И к чести Юрия Григорьевича, свое слово он сдержал.

8 ноября 1996 года в Цхинвал прибыла представительная делегация Республики Северная Осетия в составе Ю.Г.Бирагова (председатель), М.И.Гиоева, Н.Е.Шубина, С.Н.Каболова, М.М.Шаталова, С.Сикоева. Цель приезда – официальное оформление сотрудничества двух осетинских республик на правительственном уровне. При этом перед подписанием документа, по настоянию М.И.Гиоева, слово «Соглашение» было заменено «Договором». При переполненном зале заседания подписали его Ю.Г.Бирагов и Председатель Правительства РЮО А.А.Шавлохов. Так появился исключительно важный документ, подписание которого планировалось три года назад – Договор о дружбе и сотрудничестве между Правительствами Республики Северная Осетия-Алания и Республики Южная Осетия. Значение  Договора было и в том, что после его подписания ускорились интеграционные процессы во всех сферах жизнедеятельности, особенно в области образования, здравоохранения, науки, культуры, спорта, молодежи. Отразилось это решение и в Конституциях обеих республик. Статья 16 Конституции РСО-Алания подтверждает не только этническое и национальное единство осетинского народа Северной и Южной Осетии, но и их историко-территориальное единство». Идентична статья  и в Конституции Республики Южная Осетия о взаимоотношениях с Республикой Северная Осетия-Алания.

Руководствами обеих республик не оставались без внимания и интеграционные связи в области экономики. В последующем, по распоряжению двух президентов (Дзасохова и Чибирова), была проведена большая подготовительная работа по организации встречи с предпринимателями, привлечение их внимания к экономическому положению Южной Осетии. Со стороны РСО-А встречу непосредственно готовил заместитель Председателя Правительства Н.Е.Шубин. Она состоялась во Владикавказе 23 апреля 2001 года  в  актовом зале Дома искусств. Собрались ответственные работники Южного Федерального округа, крупные предприниматели из РСО-А, РФ и стран СНГ – выходцы из Осетии. Встречу вступительным словом открыл А.С.Дзасохов, после которого с обстоятельным докладом по теме встречи о необходимости привлечения инвестиций на юг Осетии выступил и я. На второй день заседание было перенесено в Цхинвал. В итоге был принят важный документ – меморандум. Но, к сожалению, из-за таможенных преград многое из задуманных мероприятий осталось на бумаге, хотя сам факт принятия меморандума имел большое значение, поскольку он ускорял процесс формирования единого экономического пространства. Меморандум открыл возможности для договорно-правового оформления, делового сотрудничества предприятий экономического и социально-культурного блока. Как следствие принятия меморандума 21 мая 2001 г. было заключено Соглашение между Правительством Республики Южная Осетия и Торгово-промышленной палатой Республики Северная Осетия Алания о сотрудничестве в области поддержки  и развития предпринимательства.

Договор между Правительствами и упомянутый выше меморандум открыли возможности для договорно-правового оформления и делового сотрудничества не только с предприятиями экономического и социально-культурного блоков, но и между ведомствами и структурами управления. В частности, были подписаны договоры о сотрудничестве между Пригородным районом РСО-А и Цхинвальским районом РЮО, приграничными Джавским и Алагирским районами, министерствами, ведомствами, творческими союзами. Проводились совместные заседания Парламентов и Правительства.

К 1996 году относится и начало установления деловых контактов между столицами наших республик. В Цхинвал, на празднование 5-ой годовщины провозглашения Республики Южная Осетия, 8 ноября 1995 года прибыла солидная делегация г. Владикавказа во главе с мэром М.М.Шаталовым. Главой города Владикавказ и руководителем администрации города Цхинвал В.Е. Габараевым в торжественной обстановке был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве. Подписанный договор свидетельствовал о  качественно новом этапе во взаимоотношениях между столицами братских  республик. В ознаменование подписания договора и проявленного в последние годы внимания к югу Осетии М.М.Шаталов стал первым в истории г.Цхинвал Почетным Гражданином столицы юга Осетии. Даром Владикавказа и данью памяти погибшим защитникам Отечества в Южной Осетии является часовня, построенная у мемориала во дворе печально знаменитой цхинвальской школы № 5. По прошествии пяти лет, 7 ноября 2001 года договор был обновлен.

Интеграция в те годы шла по разным направлениям. К примеру, по инициативе руководства Владикавказского научного центра РАН и персонально А.Г.Кусраева были предприняты шаги по интеграции деятельности ученых Северной и Южной Осетии. В частности, был открыт филиал Института прикладной математики и информатики ВНЦ РАН и РСО-А в Юго-Осетинском Госуниверситете им. А.Тибилова, улучшено материальное положение ученых Юго-Осетинского научно-исследовательского института имени З.Н.Ванеева. На качественно новый уровень перешли и контакты на молодежном направлении. Встречи представителей молодежи севера и юга Осетии стали систематическими и регулярными. Эти тесные отношения были оформлены Договором о дружбе и сотрудничестве между молодежными комитетами Северной и Южной Осетии. В те годы был проведен и съезд молодежи двух Республик. Тесными стали контакты в культурной и спортивной сферах…

Таковы истоки зарождения отношений на государственном уровне между нашими братскими республиками. Основываясь на них, в последующие десятилетия, особенно после признания независимости Республики Южная Осетия Российской Федерацией, братские отношения двух республик не остановились, развиваются, но на достаточном ли уровне? Ответом на этот вопрос, думается, красноречиво служит цитата из материала об интеграции севера и юга Осетии журналиста газеты «Республика»: «Со времени подписания этого договора (между правительствами севера и юга Осетии – Л.Ч.) прошло более двадцати лет, но мы, к сожалению, так и не смогли выйти не то что на новый уровень интеграционных процессов, но и на уровень «тяжелых» 90-х годов, когда интеграция носила реальный и практический характер. Хотя подписанные договоры никто не отменял. Просто нужна их реанимация». К сожалению, и за время, минувшее с написания упомянутой статьи, картина к лучшему не изменилась…

Л.А. Чибиров,

доктор исторических наук, первый Президент РЮО

(печатается в сокращении)

На фото:

1. Начало межпарламентского сотрудничества между севером и югом Осетии

2. Подписание межправительственного договора между севером и югом Осетии

3. Руководители двух братских республик А.Х. Галазов и Л.А. Чибиров