В сентябре текущего года мы будем отмечать важную веху в становлении (воссоздании) национальной государственности –35 лет со дня провозглашения Республики. 20 сентября 1990 года состоялась XIV сессия Совета народных депутатов Юго-Осетинской автономной области (ЮОАО). Депутаты приняли решение провозгласить суверенитет горного края, преобразовав ЮОАО в Юго-Осетинскую Советскую Демократическую Республику (ЮОСДР). Историческим вехам на пути к восстановлению государственности и посвящена наша юбилейная рубрика.

Конец 1919 года – начало 1920-го стали определяющими в выборе вектора политического развития Южной Осетии. В том числе и в части определения национально-территориального статуса. Разгон Южно-Осетинского национального совета (ЮЖНАС) грузинскими карательными войсками поставил крест на надежде получить самоопределение в составе Грузии. В рядах политически активной части общественности все больше стало последователей мнения о вхождении в состав России. Вне зависимости от того, какая политическая сила там утвердится.

На VI съезде представителей Южной Осетии большинство в ЮЖНАС получили социалисты-революционеры (эсеры). В свое время эта партия была самой многочисленной в оппозиционном движении России. Неудивительно, что и руководство Советом возглавил эсер Иван Плиев. И хотя в ЮЖНАС были представлены и большевики, и меньшевики, первую скрипку на тот момент играли социалисты-революционеры.

В первой половине 1919 года обстановкавокруг Южной Осетии существенно изменилась. В Грузии германские войска сменили британские, на приграничном Северном Кавказе советская власть была смещена белогвардейскими войсками. В Цхинвале вполне обоснованно полагали, что новый порядок будет установлен странами Антанты, куда еще де-юре входила и Россия. Этим и определялись последующие действия, выразившиеся в положениях «Меморандума народа Юго-Осетии государствам Антанты». Послание было составлено на французском языке – на то время языке международной дипломатии. Автором текста считается председатель ЮЖНАС И. Плиев, выпускник юридического факультета российского ВУЗа.

В преамбуле Меморандума излагались сведения исторического характера, давалась характеристика природных богатств края, границы, в которых понимается Южная Осетия. Отдельно описывается история взаимоотношений с Грузией и попытки грузин установить контроль над Южной Осетией. В документе содержатся и конкретные предложения: «…Пожелания осетинского народа выражаются конкретно в следующем:

- Осетия должна быть единой и политически неделимой.

- В случае если российский вопрос намирной конференции будет решен в пользу восстановления России на федеративных принципах, Осетия, ввиду наличия в ней интеллектуальных и экономических сил ивполне рассчитывая на независимое существование в качестве федеративной единицы, желает войти кактаковая в российское государственноеобразование (выделено нами – прим.ред.)

- В случае, если союзники найдут необходимым изменить контуры политического объединения народов Кавказа, единая Осетия в силу исторических и экономических условий должна быть включена в северо-кавказское образование.

- Южная Осетия просит… у союзных держав защитить ее от возможных посягательств Грузии на свободное волеизъявление осетинского народа».

Но уже в начале 1920 года ситуация в регионе снова кардинально меняется, Советская Россия стала проводить активную и успешную политику на Кавказе. К марту белогвардейские войска были выбиты с Северного Кавказа, а в мае Грузию покинули и британские войска. Последнее было сделано в рамках российско-грузинского мирного договора, в соответствии с которым Тифлис обязался не размещать на территории страны иностранные войска.

Новые реалии отразились и на внутриполитической ситуации в Южной Осетии – теперь руководство национальным движением перешло в руки юго-осетинских большевиков. Был взят курс на вхождение в состав советской России, что отразилось в новом документе. В мае 1920 года составляется «Меморандум трудовой Юго-Осетии», который был адресован Центральному Комитету российской коммунистической партии (большевиков) и Совету Народных Комиссаров. Основныеположения обращения составил Владимир (Серо) Санакоев, руководитель партии большевиков.

«Мы повторяем и подтверждаем непреклонную волю трудовой Южной Осетии, высказанную в 1918 году – Южная Осетия неотъемлемая часть Советской России.

2.Южная Осетия входит в состав Советской России на общем основании НЕПОСРЕДСТВЕННО(выделено нами – прим.ред.)».

Далее в документе делается обоснование последнего пункта: «Посредственного вхождения в Советскую Россию, через Грузинскую или иную республику, хотя быи советскую, мы ни под каким видом не допускаем, исходя из тех соображений,что мелкие национальные республики, как,например, Грузинская – сами на 60-70% населенные другими национальностями(армянами, татарами, русскими, евреями,абхазами, осетинами и др.), неизбежно сохраняют в себе все данные для развития в разных углах гнезд национализма с вытекающими отсюда пагубными последствиями. …Вхождение же в такие республики, как Грузинская (хотя бы и советская), может убить психологически каждого не из этой нации, не разделяющего преступной тактики меньшевистского сепаратизма. На эту истину не приходится закрывать глаза».

Что важно – все эти положения оставались актуальны относительно национализма в Грузии вплоть до наших дней.

Анализируя каждый из приведенных документов, необходимо отметить, что они основываются на самоопределении юга Осетии в определенных территориально-политических координатах. При этом их объединяет последовательная ориентация на Россию, будь она белогвардейской или коммунистической. И что примечательно – в обоих документах четко показано неприятие всякого будущего Южной Осетии с Грузией.

Южно-Осетинский Национальный совет, функционировавший с 1917 по 1919 гг., был первым опытом формирования национально-территориальной обособленности. В рамках ЮЖНАС были созданы первые органы управления горным краем, а члены Совета уже при советской власти стали руководителями государственных структур Юго-Осетинской автономной области.

З.Кулумбегова

(продолжение следует)

Надпись под фото: Иван Плиев, один из председателей ЮЖНАСА, автор письма Антанте, в отличие от своих единомышленников в вопросе объединения Осетии избежал репрессий 30-х годов, он успел бежать от ареста из Южной Осетии в Россию, где под чужим именем жил до 1956 года