На холмах Йемена лежит ночная мгла, или Осетинский говор на Аравийском полуострове

25-12-2023, 14:02, История [просмотров 315] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

На холмах Йемена лежит ночная мгла, или Осетинский говор на Аравийском полуостровеВ последнее время в контексте палестино-израильского конфликта в секторе Газа на слуху оказались хуситы – военно-политическая группировка, господствующая в Йемене. Вооруженные силы этой организации обстреливают ракетами территорию Израиля и препятствуют прохождению грузов по морским коммуникациям в израильские порты. Возможно, что к моменту выхода материала США, как главный стратегический партнер Израиля, попытается уничтожить военную структуру хуситов. При этом отметим, что в центре внимания мировой общественности Йемен оказывается не в первый раз: в 60-70 гг. в этой стране шла гражданская война, в которую были вовлечены и мировые державы. С Йеменом того времени связана и история с юго-осетинским акцентом.

 

Разведчик у школьной доски

Если оглянуться в прошлое этой страны, расположенной на южной оконечности Аравийского полуострова, то создается ощущение, что ее народ обречен жить в условиях непрекращающегося гражданского противостояния. Сперва йеменцы оказались вовлечены в водоворот сражений между сторонниками Османской империи и независимыми племенами, после – свободных граждан с пробританскими чиновниками. С провозглашением суверенитета и установлением йеменской монархии начались войны между роялистами и республиканцами. В результате кровопролитного противостояния в 1962 году победили республиканцы, провозгласившие на севере страны Йеменскую Арабскую Республику (ЙАР). В 1967 году от британского протектората избавляется и южная часть страны – здесь было объявлено о создании Народной республики Южного Йемена. В итоге образовались два государства, которые для простоты восприятия стали называть Северный Йемен и Южный Йемен.

Руководство севера придерживалось прозападной, прежде всего британской ориентации, Южный Йемен избрал социалистический (читай – просоветский) путь развития. Обычно Москва сразу же выбирала правильную сторону, но в этот раз советское присутствие было в обоих регионах. Этому, в частности, способствовала либеральность северойеменских властей, стремящихся сохранить в стране баланс влияния Запада и СССР.

В числе военных советников, направленных Министерством обороны Советского Союза в Северный Йемен, оказался и наш соотечественник, Газзаев Павел Георгиевич. Это был потомственный военный. Родился он в г.Баку, где его отец на тот момент проходил службу в войсках ПВО. После окончания школы, продолжив семейную традицию, Газзаев поступил в Бакинское Высшее командное училище, а впоследствии окончил факультет разведки военной академии им. Фрунзе. Прошел путь от командира взвода до начальника штаба полка. Служил в разных регионах страны Советов, в Германии, Чехословакии, в Тбилиси при штабе округа, позже – начальником штаба гражданской обороны Юго-Осетинской автономной области (ЮОАО). С началом Отечественной войны против грузинского национализма и военщины был в рядах сил самообороны, потом и в числе осетинских добровольцев в Абхазии.

В 1977 году Павел Газзаев прибывает в Северный Йемен. «В эту страну я попал после периода службы в г. Новосибирске, где преподавал разведподготовку в Высшем военно-политическом училище. Меня вызвали в Москву, и предложили отправиться военным советником за границу. В кругу советских военных советников в это время наиболее престижными странами считались Алжир и Египет. Как по причине лучших условий работы, так и в материальном плане. Но для того, чтобы попасть в эти страны, надо было ждать определенное время. Однако, я тог

да жил в общежитии с женой, двумя малолетними детьми – одним словом попросил отправить меня в любую страну, только бы побыстрее. Вот так я оказался на Аравийском полуострове, в Северном Йемене», – поведал об очередном повороте судьбы советский офицер.

В это время СССР наряду с Францией, США, Англией и др. поставляла вооруженным силам Йемена оружие и боевую технику. А в задачу военных советников входило обучить йеменцев обращаться с этим оружием. Павлу Газзаеву пришлось работать под прикрытием – военный разведчик стал… преподавателем. «В Сане (столица Северного Йемена – прим.ред.) я являлся советником военного колледжа, где обучались дети из привилегированных слоев общества. Военная служба высоко ценится в Йемене, выше военных в социальном плане стоят только религиозные деятели. Одновременно с тем, что я преподавал, в мои функции входило изучение поставляемой в эту страну иностранной военной техники. И, конечно же, сбор разведывательной ин-формации», – Павел Георгиевич отметил, что об его разведывательной миссии даже в советском военном представительстве не все были осведомлены.

 

Восток – дело тонкое!

Советские военные советники по роду своей деятельности должны были работать в тесном контакте с йеменскими военными. Налаживались и личные связи, в том числе и с офицерами других стран, представленных в Северном Йемене. Очевидно, имя Павел по своему звучанию не устраивало йеменских офицеров, поэтому героя нашего материала там стали называть на арабский лад – Абу Паша, переозвучив имя Павел в Паша. «Мне было полезно иметь тесные личные связи с йеменскими офицерами. Правда, каждая встреча оговаривалась с вышестоящим начальством, с последующим представлением письменного рапорта о содержании бесед. Необходимо отметить, что местные относились к советским людям настороженно, и личные контакты арабы старались не афишировать. Но были и действительно тесные знакомства, которые оставили приятные воспоминания. Например, там я познакомился с осетином, майором, офицером Иорданской армии. Его звали Мухаммед, и он доставил много хлопот советскомувоенному представительству», – и действительно, потомок осетин-мухаджиров попортил кровь советскому военному представительству.

Дело в том, что, в отличие от западных стран, Советский Союз поставлял в ЙАР технику устаревших образцов. В этомбыл свой резон, ведь Северный Йемен всегда находился в напряженных отношениях с Южным Йеменом – традиционным военно-политическим союзником Москвы. Так вот, иорданский офицер Мухаммед представил северо-йеменскому руководству обширный доклад по этой ситуации, проведя сравнительный анализ поставок Южному и Северному Йемену. Сравнение было не в пользу последнего, что вызвало скандал в официальных кругах Саны, вызвав недовольство северо-йеменской стороны. Что, в конце концов, привело к свертыванию двустороннего военного сотрудничества.

Пребывание в Сане советских военспецов не ограничивалось только служебными обязанностями, интерес представляли общение с людьми и изучение страны. У йеменцев П.Газзаев не отметил особого стремления к роскоши, кроме как к обладанию автомобилем. Лишь одно пристрастие доминировало – оружие. Практически в каждом доме, и особенно в сельской местности, имелось автоматическое оружие, автомат или пулемет висел на стене или стоял в углу гостиной. Непременным атрибутом внешнего образа любого йеменского мужчины являлся кинжал – «джамбия». Кинжал не только являлся символом мужского достоинства, он играл роль опознавательного знака, показывающего принадлежность мужчины к тому или иному роду.

Жители страны – преимущественно правоверные мусульмане, например, только в Сане – 150 мечетей. Люди не смотрели телевидения, мало зрелищных мероприятий. Женщины ходили в парандже и на улицах появлялись редко, в этой мусульманской стране распространено многоженство. «У хозяина квартиры, где я проживал, 76-летнего миллионера Мухаммеда Галаиля, было четыре жены, самой младшей из которых 18 лет, – делится своими впечатлениями П.Газзаев. – Многое здесьбыло непривычно для нас. Идешь, например, по городу и видишь, как посреди улицы на асфальте спят люди, а водители машин как ни в чем не бывало объезжают спящих. И даже не посигналят. Или другой пример. Один из знакомых арабов-офицеров сломал ногу, и я пришел в госпиталь проведать его. Захожу в палату, смотрю лежит офицер с подвешенной в гипсе ногой, а рядом на одной с ним койке... спит босоногий мужчина в грязной одежде с кинжалом и автоматом. На мой удивленный вопрос о том, кто это, офицер ответил: «Это мой родственник пришел меня проведать, и сейчас отдыхает». Такие вот обычаи!».

Как вспоминает П.Газзаев, йеменцы отличаются гостеприимством, но приглашение в дом, особенно для иностранца, необходимо заслужить. «Столов арабы не признают, все сидят на коврах. Основным блюдом является плов, подают также фасоль с небольшими вкусными лепешками. Гвоздем программы любого застолья бывает зажаренный на вертеле баран. Причем целиком, с головой. Предлагают и сдобренный специями густой бульон. На десерт в доме нашего хозяина подавался общий для всех таз с медом, из которого все ели одновременно, макая туда хлеб. Алкогольных напитков нет, только вода», – последнюю фразу Павел Георгиевич произнес со вздохом. Было видно, что отсутствие алкоголя на йеменских застольях его не воодушевляло.

Особый пункт – это, конечно же, местный этикет. За столом не полагается обсуждать дела, семейные или личные проблемы, только отвлеченные темы. Хлеб ножом не режут, разламывают его руками, вместо столовых приборов обычно используется хлеб или лепешка. Как рассказывает наш собеседник, верхом гостеприимства хозяина считается то, что он должен взять руками кусок какого-нибудь блюда и лично положить его вам в рот.

Ножи и вилки в повседневной жизни используются редко, но в ресторанах они всегда есть и будут поданы по желанию гостя. Брать пищу следует только правой рукой, левая у мусульман считается нечистой. И еще одна традиция, с которой П. Газзаев столкнулся впервые. «Обычно в заключение пиршества подают «кат» – листья с наркотическим содержанием. При их употреблении наступает легкое наркотическое опьянение. Листья надо только жевать, а мы в первый раз этого не знали. Смотрим, все жуют – и мы начали эти листья есть, считая их обычной зеленью. Чуть не отравились. Два дня после не могли прийти в себя», – делится своими впечатлениями Павел Георгиевич.

Но этнографическая часть служебной командировки советских военных специалистов была, конечно же, ограничена. Как отмечал П.Газзаев, это было связано, помимо особенностей воинской службы, с тем, что северные йеменцы все же относились к советским офицерам настороженно. В советском представительстве также существовало мнение, что при контактах с иностранными коллегами могут возникнуть условия для вербовки наших офицеров западными спецслужбами.

Служебная командировка Павла Газзаева, как и у большинства советских военных специалистов, прервалось раньше срока. В 1979 году в результате государственного переворота к власти в Сане пришли политические деятели, настроенные враждебно к СССР. Совестко-северойеменские контакты были свернуты, а военспецы отозваны на Родину.

 

Р.Кулумбегов

 

На фото: Полковник П.Г. Газзаев во время заседания в Облисполкоме, посвященного состоянию Гражданской обороны ЮОАО. Рядом – председатель Облисполкома Г.Марданов

На холмах Йемена лежит ночная мгла, или Осетинский говор на Аравийском полуострове
На холмах Йемена лежит ночная мгла, или Осетинский говор на Аравийском полуострове
На холмах Йемена лежит ночная мгла, или Осетинский говор на Аравийском полуострове

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Июль 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 

Популярно