В воскресенье жители столицы Республики, г.Цхинвал отметили уникальный праздник – «Згъудеры дзуарыбон» (букв. празднество святилища местности Згудер). Особенность этого празднества состоит в том, что оно отмечается исключительно жителями столицы. Но не только. Патроном этого места силы считается небожитель Уастырджы, в православной транскрипции – св. Георгий. В этой двойственности в очередной раз проявляется синкретизм национального религиозного мировоззрения – в этот день православный храм юрисдикции Аланской Епархии становится местом совершения сакрального обряда последователями традиционной веры осетин.

Людей, которые не знакомы с осетинским менталитетом, это кажущееся противоречие не может не удивлять. Действительно, едва ли можно представить, что в России на один день православная церковь станет местом молитв с пивом, пирогами и жертвенным мясом. Однако эта двойственность на юге Алании воспринимается как данность и не встречает открытого неприятия даже со стороны церковного клира.

Эта реальность религиозной картины мира осетин отражена и в Конституции страны. «Православие и традиционные осетинские верования являются одной из основ национального самосознания осетинского народа», – гласит статья 33 Основного закона страны.

В Русской православной церкви (РПЦ) постоянно выражается обеспокоенность возрождением дохристианских верований. Это явление сегодня окрестили неоязычеством. Некоторые клирики РПЦ вообще поставили знак равенства между язычеством и нацизмом. Понятно неприятие православной церковью конкурентов за влияние на умы людей, но не до такой же степени! Такое отношение к иной религиозной практике может лишь радикализировать общество.

Летом 2019 года тогдашний архиепископ Владикавказский и Аланский Леонид, комментируя всплеск интереса к на-родной вере в Осетии, с пафосом заявил: «Я не допущу, чтобы Осетию сталкивали в каменный век язычества». В СМИ также транслировалось мнение православного активиста В. Макиева, который считает, что неоязычество в православных регионах РФ используют как инструмент подрыва конфессиональной стабильности. Неудивительно, что после таких месседжей Северная Осетия была названа в медиапространстве лидирующим регионом России по числу язычников – согласно информации телеканала RTVI, в РСО-Алания проживает 29% всех россиян, придерживающихся этого религиозного направления.

Насколько велико «засилье» язычества в Осетии? Прежде всего, давайте разберемся в терминах. На обывательском уровне язычество часто ассоциируется с чем-то отсталым и несовременным, противоречащим нынешнему представлению о религиозной картине мира. Другое распространенное определение – многобожие.

Однако то же христианское богословие относит его всего лишь к неавраамическим религиям – то есть все то, что не является христианством, иудаизмом и мусульманством, – это язычество. Осетинскую народную веру нельзя назвать и многобожием, поскольку она демонстрируют абсолютное единобожие.

Что касается неоязычества, то это совокупность новых религиозных движений, стремящихся возродить исторические верования. Осетинскую традиционную веру вряд ли можно отнести к этому процессу. Народная религиозная традиция в Алании никогда не прерывалась на протяжении веков, поэтому и возрождать, по сути, нечего. Христианство и ислам в Алании никогда не были абсолютными доминантами, охватывая лишь часть общества и территории.

Не выдерживает критики и указание на то, что язычество в Осетии превалирует только на том основании, что во время религиозных праздников делаются жертвоприношения. Едва ли кто-нибудь назовет мусульман язычниками по той причине, что в праздник Курбан-байрам ими приносится в жертву барашек.

Иногда основанием для ярлыка «осетинское язычество» служит утверждение, что осетины поклоняются деревьям и камням. Хотя в традиционной вере осетин действительно существуют сакральные объекты в виде каменных развалин, отдельно стоящих деревьев или дубрав, это не означает их обожествления. Люди обращаются не к самим природным объектам, а к высшей, небесной сути, используя их лишь как символические места для молитвы. Подобно тому, как мы не считаем православных верующих поклонниками камня из-за богослужений в каменных церквях или не видим в молитве перед деревянной иконой обожествления дерева.

Для человека из-за пределов Алании многие осетинские народные религиозные традиции и представления кажутся пережитком седой и темной старины. Это и обряды с жертвенным петухом в честь покровителя жилища «Бынаты хицау», и блинные поминки «Лауызгæнæн», и чествование небожителя Уастырджы, и сакральный характер традиционного застолья...

Однако, например, в самой России, в век рутинных полетов в космос и засилья искусственного интеллекта, все еще живы проявления мистицизма и суеверий. В марте текущего года аналитический центр ВЦИОМ России представил результаты опроса россиян о вере в сверхъестественное. Полученные данные свидетельствуют, что две трети граждан РФ допускают существование высших сил или святых, оберегающих человека в опасности. Каждый второй россиянин до-пускает существование домового, или духа-покровителя, присматривающего за порядком и оберегающего домочадцев. Не уступает в популярности гаданию и посещение священных мест с целью поклонения богам или духам. Сверхъестественное глубоко укоренено в повседневности: в жизни большинства россиян нашлось место хотя бы для одной магической практики или веры в конкретное мифическое существо.

Принадлежность к религии также подкрепляет веру в мистическое: девять из десяти православных россиян допускают существование хотя бы одного мифического существа и имеют опыт обращения хотя бы к одной мистической практике. И если исходить из общей численности на-селения России – это более 120 млн человек! А вы говорите: «Южная Осетия».

Неудивительно, что сегодня, в век политической и финансовой неустойчивости, вера (неважно, в какой форме) превращается в инструмент психологической защиты, став частью повседневности.

Р.Кулумбегов,

кандидат исторических наук, этнограф