Гляжу я, Сырдон, на нынешних потомков нартов – современных осетин – и не нарадуюсь. Особенно их отношению к своим «коням». Пусть сегодня они железные, но трепет к ним остался прежним.

Впрочем, кони, как и автомобили, бывают разные: личные и государственные. Вспомнить хотя бы колхозную лошадь по кличке Маржа из селения Ерцо, что в Кударском ущелье. Ночевала она в общем стойле, а использовали ее как средство передвижения по мере надобности все члены правления села. Схема была проста: берешь у председателя бумагу с распоряжением, идешь к конюху и «транспорт повышенной проходимости» к твоим услугам, уже взнузданный и под седлом. Вернулся из поездки – сдал савраску обратно «заведующему гаражом» и довольный идешь по другим делам. И куда только не доводилось ездить порученцам колхоза из села Ерцо!.. Они колесили по селам Кударского ущелья, преодолевали перевалы по пути в райцентр Дзау и даже добирались до самого Цхинвала. В народе как-то появилась даже присказка, которой подшучивали над непоседами: «Где его только не встретишь – совсем как наша Маржа: то там, то здесь!».

Недавно трое друзей – молодые студенты престижных ВУЗов России – решили организовать собственное производство и начали делать кресла-шезлонги «Кентукки» под маркой «Nartalons». Сергей Плиев, Алим Буджиев и Сергей Дьяконов – будущие высококлассные специалисты: финансист и два юриста – выбрали занятие, которое им на данный момент очень нравится, и у них это отлично получается. В чем секрет неугасающей популярности этих кресел, и почему спустя десятилетия кресло «Кентукки» снова оказалось на пике моды – нам рассказал Сергей Плиев:

«Деревянное кресло «Кентукки» сделано из планок, которые соединены металлическими шпильками. Несмотря на простоту конструкции, именно благодаря этому оно обладает одновременно высокой прочностью, гибкостью и комфортом – спина отдыхает, а само кресло буквально подстраивается под форму вашего тела. Сейчас многие стараются выбирать натуральные материалы, и сосна здесь идеально подходит: выглядит тепло, естественно и сочетается с любым интерьером. Все сделано по принципу «максимум удобства при минимуме лишнего».

Когда-то на всем Кавказе действовал жесткий запрет на похвалу своих детей. Я помню тех аульских стариков, которые замолкали и поджимали губы, когда кто-то начинал хвалить их сыновей. Они никогда не подхватывали эту тему, говоря, что пусть сына на стороне похвалят, а при мне хвалить моего ребенка не стоит.

В ментальности народов Кавказа когда-то доминировало представление, что похвала своего ребенка неприлична, что ребенок вырастет невоспитанным. Кроме того, считалось, что излишнее количество похвальных слов делает «поле» ребенка открытым для воздействия «злых сил». Поэтому люди тщательно и сейчас стараются не говорить о младенцах, что они красивые, хорошенькие...

Коневодство относится к числу древнейших занятий осетинского народа. Разведение лошадей было одним из основных видов деятельности скифов,сарматов и алан, чьи традиции оказали значительное влияние на развитие коневодства у многих кавказских народов. Скифская порода лошадей – невысокие, но исключительно выносливые скакуны – в описаниях некоторых историков называлась одной из лучших в мире. Лошади были неотъемлемой частью военного и хозяйственного уклада наших предков.

В Нартском эпосе, фольклоре, литературе, а также в обрядах образ коня занимает особое место. Лошадь – это символ силы и благородства. Всем известны такие легендарные образы, как трехногий конь Уастырджи – Æфсургъ, чудесный конь нарта Уырызмага– Æрфæн, далее Аласа, Цылан, Тæран, Цагъди, Бедзенаг и другие. К лошади наши предки относились с глубоким уважением,поскольку для человека она была верным спутником. Но в последние десятилетия коневодство в Осетии переживало серьезный спад. Масштабное разведение лошадей практически сошло на нет. Правда, в последние годы наметился рост интереса к этой отрасли как на севере, так и на юге Алании.