Сорок дней как не стало Коста Пухаева

Сорок дней как не стало Коста ПухаеваНа этой неделе исполняется 40 дней как после продолжительной болезни ушел из жизни кандидат исторических наук, видный общественный и политический деятель страны Константин Петрович Пухаев. Его не стало в последний день лета, а до заветной цифры в семьдесят лет не хватило совсем немного... Коста Петрович был незаурядной личностью, в разные годы занимал высокие посты, отвечал за многие ответственные направления. И при этом еще находил время для своего главного призвания – исторической науки. Он был одним из видных ученых Республики, отвечающий за т.н. «советский период» истории Осетии. Но в то же время легко и успешно «вторгался» и в другие эпохи. Когда стал вопрос необходимости подготовки и издания книги к 100-летию геноцида осетинского народа, то было понятно, что эту работу сможет полноценно воплотить именно Коста Петрович. И им был проведен действительно колоссальный труд. Однако полноценно итоги своей работы он так и не увидел. Коста Пухаев являлся и одним из внештатных авторов нашей газеты, публиковал статьи об интересных страницах истории юга Алании. Сегодня мы предлагаем вашему вниманию его материал пятилетней давности, в котором он с болью поднимает проблемы исторической науки в стране.

О некоторых задачах исторической науки в Южной Осетии

Взяться за перо меня побудило положение, складывающееся с состоянием исторической науки в нашей Республике. Надеюсь, что таким образом удастся привлечь внимание ученых, да и всей общественности нашей страны к проблемам истории в Южной Осетии, как к важнейшей и традиционно наиболее востребованной науке.

История и ее вспомогательные дисциплины всегда и по праву считались преимущественным направлением научной мысли в Южной Осетии. К сожалению, сегодня это не совсем так. На первый взгляд может показаться, что не все так плохо, как мы это пытаемся представить. Труды наших историков издаются как отдельными книгами, так и в различных сборниках научных трудов. Они периодически принимают участие в различных конференциях за пределами страны. Систематически проводятся тематические научные конференции и сессии и у нас. За последние годы ряды историков, в частности в ЮОНИИ, пополнились новыми именами, от профессионального роста которых во многом зависит будущее нашей исторической науки. Систематически научные изыскания ученых-обществоведов публикуются в средствах массовой информации.. Не драматизируя ситуацию, тем не менее, скажу, что при ближайшем рассмотрении дела в исторической науке Южной Осетии обстоят вовсе не столь радужно. Проблем тут накопилось немало, а создавшееся положение диктует настоятельную необходимость принятия эффективных и исчерпывающих мер по выходу из него. Вот на эти проблемы, которые ведут историческую науку в Южной Осетии к застою, хотелось бы сегодня поговорить.

Мною не ставилась перед собой задача поиска и анализа причин создавшегося положения. Говорить сегодня надо о путях выхода из него. Они, безусловно, должны быть самым тщательным образом вскрыты и изучены. Но это тема отдельного разговора, самостоятельного, если хотите, исследования. Сегодня можно лишь констатировать всё явственнее обнаруживающуюся тенденцию к своего рода застою внашей исторической науке, несмотря на то, что усилиями наших историков, археологов и этнографов в прежние годы была создана достаточно солидная научная база, которая может и должна стать прочной опорой для нынешнего поколения молодых историков страны. Именно опираясь на достижения ученых прежних лет, можно говорить о перспективах дальнейшего развития исторической науки в Южной Осетии.

Выдающийся вклад в становление и развитие исторической науки в Южной Осетии внесли целый ряд крупных осетинских ученых-обществоведов. Золотыми буквами в историографию истории Южной Осетии должны быть вписаны имена докторов наук Василия Абаева, Захара Ванеева, Владимира Абаева, Баграта Техова, Баграта Плиева, Зинаиды Гаглоевой, Мурата Санакоева, Зелима Цховребова, Рутена Кабисова, Авксентия Козаева, Нафи Джусойты, Руслана Дзаттиаты, Георгия Тогошвили (Тогоева), профессора Юрия Гаглойты и других. При этом ни В.И. Абаев, ни В.Д. Абаев, ни Н.Г. Джусойты или Р.С.Кабисов и З.П.Цховребов не относятся к числу историков, что, впрочем, нисколько не умаляет научную ценность их трудов и их вклада в историческую науку Осетии.

Однако известные события конца ХХ – начала ХХI веков не обошли стороной и ученый мир Южной Осетии. Элита научной интеллигенции молодой Республики, логическим образом возглавила национально-освободительное движение своего народа. В то же время в этот периодюго-осетинская историческая наука понесла невосполнимые потери. Не вынесли ранимые сердца наших ученых издевательств над своим народом. В расцвете творческих сил ушли из жизни такие ученые, как Кабисов Р.С., Догузов П.В., Санакоев М.П., Цховребов З.П., Цховребов И.Н., Гаглоева З.Д., Козаев А.И., Тогошвили Г.Д. и другие. Вынуждены были покинуть Республику опытные ученые Техов Б.В., Сланов А.Х., Дзаттиаты Р.Г... Из сказанного вытекает, что обстоятельства подвели нас к серьезной проблеме, коей в данной ситуации является острая нехватка квалифицированных кадров специалистов-историков. Это, пожалуй, главная из современных проблем нашей исторической науки.

Сказанное ставит перед руководством ЮОНИИ им. З.Ванеева и ЮОГУ им. А.Тибилова, как и в целом перед всей интеллигенцией страны, непростую задачу подготовки квалифицированных кадров, специалистов, которые со временем могли бы полноценно заменить своих предшественников. Это задача, в важности которой нельзя сомневаться и к ее решению необходимо приступить уже сейчас с тем, чтобы обеспечить непрерывность исследовательского процесса при безболезненной смене поколений. Исторической науке Республики как воздух нужны молодые квалифицированные кадры.

Понятно, что задача подготовки новых кадров в науке не может быть решена одномоментно. Это относительно длительный процесс, неизбежно связанный с определенными издержками. Вместе с тем, к решению этой задачи необходимо приступить безотлагательно, чтобы обеспечить непрерывность исследовательского процесса и безболезненную смену поколений ученых. А как это сделать – приглашать специалистов извне, готовить кадры на месте или направлять перспективных молодых людей в ведущие научные центры России – вот тут давайте подумаем вместе и найдем согласованный оптимальный выход. Поскольку в противном случае история в Южной Осетии как наука попросту обречена.

В сложившейся ситуации осмелюсь определить ряд первоочередных задач, которые представляются, на мой взгляд, наиболее актуальными для юго-осетинской исторической науки.

Итак, задачей первоочередной важности является подготовка специалистов, или хотя бы одного специалиста по историографии и источниковедению истории Южной Осетии. После ухода из жизни доктора исторических наук Мурата Санакоева в этой важной специальной исторической дисциплине у нас образовалась серьезная брешь. Между тем историческая наука не стоит на месте. Она развивается по своим объективным законам и эти процессы нуждаются в системном изучении и освещении, как это делается повсеместно. Данный пробел значительно усложняет работу историков, независимо от периода и проблемы, которую они разрабатывают, и он нуждается в скорейшем и безусловном устранении.

Всех интересующихся историей Южной Осетии волнует архиважный вопрос: приступят ли наши историки к комплексной разработке огромного исторического периода, начиная с нашествия Тимура и вплоть до XVIII века? Задача многотрудная и многоплановая, и не может быть решена в сжатые сроки. Но когда-то нам надо будет создать специальную группу из нескольких исследователей, освободив их от выполнения всякой другой работы, и вменить им в обязанность исключительно данную тему. Такой опыт у нас уже имеется. Он был успешно применен учеными ЮОНИИ при работе над Толковым словарем осетинского языка. Вполне допускаю, что это может быть совместная с северо-осетинскими коллегами группа. Хотим мы того или нет, но это огромное «белое пятно» нашей истории должно быть устранено и для достижения успеха в этом направлении нам нельзя жалеть ни сил, ни средств.

Другой важной исторической проблемой Южной, да и всей Осетии представляется объективное, свободное от каких бы то ни было конъюнктурных веяний и наслоений, исследование и освещение процесса разделения некогда единой Осетии. Этой темы в той или иной степени касались некоторые наши исследователи. Однако общественность в обеих частях Осетии давно ждет специальную и исчерпывающую работу по названной проблеме.

Возникает немало вопросов и по истории Южной Осетии так называемого «советского» периода. Понятно, что в условиях жесткой цензуры историкам в национальных республиках и областях десятилетиями предписывалось следовать марксистско-ленинской методологии. Но в настоящее время никто и ничто не мешает нашим историкам воссоздавать подлинную историю своего края. В связи с этим, предлагаю внимательно отнестись к событиям 1918-1921 годов на юге Осетии. Следует ли их продолжать квалифицировать как социалистическую революцию, или это были все-таки эпизоды национально-освободительной борьбы, которой большевикипытались (и небезуспешно) придать классовый характер? Необходимо скрупулезно и объективно изучить весь имеющийся материал по геноциду 1920 года. До сих пор в литературе встречаются весьма противоречивые данные и оценки этого исторического события. Следствием партийных установок сверху явилось то, что никто из историков советского периода не высветил ту роль, которую сыграли в геноциде 1920 года российские большевики, подписав с меньшевистским правительством Грузии так называемый «мирный договор» от 7 мая. Грешат неточностями разновременно опубликованные данные о результатах учиненного грузинским правительством геноцида…

Относительно неплохо изучена история Южной Осетии в годы Великой Отечественной войны. По этому периоду историография насчитывает немало специальных работ. Но этого нельзя сказать об освещении истории Южной Осетии за весь советский период, вплоть до пресловутой «перестройки». Вся имеющаяся по этой теме литература выдержана в бравурных тонах и больше похожа на оду родной Коммунистической партии. Между тем, объективность, которая требуется от ответственного историка, убедит его в том, что реальная картина была далека от идиллической.

На всем протяжении своей многовековой национально-освободительной борьбы свободолюбивый осетинский народ, в частности ее южная ветвь, не раз оказывалась на грани полного физического уничтожения, фактически подвергаясь геноциду. Этот вопрос также недостаточно исследован и освещен в исторической литературе. Следует направить коллективные усилия историков, работающих над проблемами истории южных осетин XIX, XX и XXI веков, на безусловную разработку темы геноцида. Необходимый для этого материал в достаточном объеме можно найти в отдельных работах историков старшего поколения, в публицистике, мемуарной литературе, архивных и музейных фондах. Такая работа при своем несомненном научном значении может и должна иметь практическое и политическое значение.

Постсоветские годы для Южной Осетии можно по праву считать одним из наиболее драматичных и мрачных периодов в ее истории. О четвертьвековом периоде жесткой политической, экономической и транспортно-энергетической блокады Южной Осетии при каждодневных обстрелах ее территории написано немало. Тем не менее, уверен в необходимости издания солидной работы по данной теме под авторством именно наших ученых-обществоведов.

Точно так же остались вне поля зрения наших историков и вопросы единства осетинского народа. В начале 90-х годов прошлого века в результате дискриминационной политики в отношении южных осетин, проживавшие на территории собственно Грузии осетины числом более ста тысяч человек вынужденно бежали в подавляющем большинстве в районы Северной Осетии. Такое явление не могло не вызвать социальную напряженность в северо-осетинском обществе. Но Северная Осетия естественным образом приняла огромную массу беженцев, разместила их и создала для них возможные условия для обустройства.

«Братство на деле, а не на словах» – так бы можно было озаглавить большую научно-популярную монографию, аргументированную фактическим материалом, свидетельствующим о конкретных проявлениях братских отношений северных и южных осетин на всех этапах формально-юридической разделенности единого народа (Сюда же следует отнести также естественную помощь южан в отражении ингушской агрессии). Уверен, что до сих пор многие жители наших республик имеют весьма смутное представление, а то и вовсе не знают о той большой роли, которую сыграли в судьбе южных осетин А.Х. Галазов, С.В. Хетагуров, С.П. Таболов, Т.Дз. Мамсуров, С.Н. Каболов, Бибо Дзуццов, да всех и не перечислить. Это та самая тема, которая, при своей должной разработке призвана сыграть исключительную консолидирующую роль осетинского народа.

Наконец, важнейшим достижением национально-освободительной борьбы нашего народа следует считать возрождение на одной части исторической Осетии некогда утраченной ею государственности. Уж эта тема не могла остаться вне поля зрения наших исследователей. И, как ни печально в этом сознаваться, но несмотря на то, что, начиная уже с 2008 года, издано немало серьезных трудов, посвященных победоносному завершению национально-освободительной борьбы южных осетин,

Данной статье приведен далеко не полный перечень проблем, стоящих перед исследователями истории Южной Осетии. Но хочется выразить надежду, что они будут решаться по мере наращивания наших возможностей.

В завершении статьи хочется выразить уверенность, что она вызовет обоснованный интерес у ученого сообщества Южной Осетии. Полагаю, что представленные ими рекомендации будут с интересом приняты дирекцией ЮОНИИ и ректоратом ЮОГУ с последующим их обсуждением и выработкой по ним конкретных предложений.

 

Константин Пухаев,

(печатается в сокращении)

Сорок дней как не стало Коста Пухаева


Опубликованно: 08-10-2021, 22:42
Документ: Даты > http://respublikarso.org/date/3889-sorok-dney-kak-ne-stalo-kosta-puhaeva.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.

Вернуться назад