Мы живем в независимой Южной Осетии уже более трех десятилетий. За плечами тяготы и невзгоды девятнадцатилетней Отечественной войны. Кровь и пепел второго по счету геноцида осетинского народа в течение одного столетия. Множество погибших в боях героев Осетии и еще больше потерьсреди мирного населения. Казалось, нас порой не щадили даже природные катаклизмы… За минувшие годы новейшая героическая история юга Алании вместила множество дат, как скорбных, так и праздничных, воистину, со слезами на глазах. Главенствующейиз них, безусловно, является 29 мая 1992года – День провозглашения государственной независимости, фактического обретения нашим народом суверенитета спустя столетия. Второй по значимости следует считать 26 августа 2008 года – День признания независимости Южной Осетии Российской Федерацией. Свое особое место занимает, безусловно, и 20 сентября 1990 года, когда мы подняли статус области до республики… Но в этом ряду всегда особняком будет стоять 6 марта 1993 года – день признания Республики Южная Осетия Республикой Северная Осетия. Это событие явилось для молодой страны, на территории которой только что были заморожены боевые действия, важным историческим событием, поскольку РСО стала первым административно-территориальным образованием, которое признало нашу независимость. Уже потом пришло признание государственной независимости РЮО со стороны Приднестровья, Абхазии, России, Никарагуа, Венесуэлы, Науру, Сирии… Но начало было положено именно Северной Осетией. Безусловно, это было логичное решение. Но, для сравнения, напомним, что Армения за все минувшие годы, к примеру, так и не признала независимость Карабаха.

Возвращаясь к обозначенной дате марта 1993 года, надо сказать, что данное признание вытекало из общей ситуации того времени – единение нации, понимание общности судьбы было в те годы на совсем другом уровне. Это сейчас отношения двух частей одного народа, разделенного, в первую очередь, политически, принято называть модным словом – интеграция. А в конце прошлого века мы попросту жили единой проблемой – сохранения этноса. Простой пример, когда летом 1992 года, понимая, что Москва, в лице Б. Ельцина, заигрывая с Грузией, попросту тянет время в решении вопроса прекращения геноцида осетинского народа на юге, из Владикавказа последовало решительное заявление, высказанное на совместном заседании Президиумов Верховного Совета и Совета Министров Республики премьером С.Хетагуровым и поддержанное главой А.Галазовым, Ю.Кониевым и другими. Это заявление сейчас кажется фантастическим, но в те годы народ Осетии жил общими проблемами. Состояло же оно из однозначного решения – если российское руководство не примет мер по прекращению огня в Южной Осетии в течение двух дней, то Северная Осетия расторгает федеративный договор, выходит из состава России, национализирует имущество российской армии, находящееся на территории республики, воссоединяется с югом Осетии и потом, по выражению Хетагурова, «будь что будет»… К слову, уже на следующий день российские депутаты обсуждали ситуацию в Южной Осетии, и даже предлагалось поставить вопрос о доверии кабинету министров Б. Ельцина… В итоге, все это привело к встрече в Дагомысе, подписанию соглашения и вводу миротворческих сил. Поэтому и решение марта 1993 года о признании независимости РЮО логично укладывалось в общую картину.

В 90-е годы многое в отношениях севера и юга было по-другому. Скажем, мы хорошо помним проводимые совместныезаседания Правительств двух республик,и хотя от этих встреч мало кто тогда ждал практических результатов по причине ограниченности ресурсов, но результаты были. И главное тут то, что совместная работа давала возможность лучше понимать друг друга. Решались текущие вопросы, касающиесяинтеграционных процессов, в том числе постоянно на карандаше были, скажем, проблемы ТрансКАМа… В те годы было заключеносоглашение и о межпарламентском сотрудничестве между законодательными органами севера и юга (1995). И оно работало. Был создан Межпарламентский Координационно-консультативный Совет, проходили совместные заседания парламентских Комитетов. Чтобы напомнить об уровне интеграции тех лет, приведем небольшой пример, который характеризует общность народа того периода – главамипарламентских комитетов по внешним связям севера и юга Осетии совместно была принята делегация осетинской диаспоры из Таджикистана... Вроде мелочь, но даже во взаимодействии с национальными диаспорами демонстрировалась неделимость народа.

Как яркий пример предметного единения того времени необходимо выделить и деятельность начинающего тогда политика Таймураза Касаева на должности председателя Комитета по молодежной политике РСО-Алания, который делал все возможное для всестороннего стирания границ между югом и севером. Именно при нем мы были свидетелями наивысшего уровня контактов молодежи юга и севера Осетии. Причем инициатива во многом шла именно с севера. Тесное сотрудничество, всевозможные совместные конференции, обмен молодежными творческими коллективами…В те годы был проведен и Всеосетинский молодежный съезд… Это был период, когда во время поездок на международные форумы делегация Северной Осетии обязательно включала в свой состав представителей юга Осетии, и наоборот. А какие контакты есть сегодня? Подписанные с помпой в разные годы всевозможные межведомственные договора между севером и югом давно уже ничего за собой не несут. Потому что нет спроса на высшем уровне. И это происходит годами. Все больше сокращается поле совместных интересов и деятельности. Что-то не припоминается, что было совместное мероприятие между парламентариями севера и юга Осетии, встречи на уровне Кабинетов министров, давно ничего не слышно о совместных языковых комиссиях… На сегодня спадает и острота национальных съездов. Народный форум вместо площадки для обсуждения острых общенациональных вопросов превращается в подобие юбилейного собрания, со здравицами и общими рассуждениями. В этой связи возможным исключением за последние годы явился десятый по счету общенациональный съезд, прошедший в Цхинвале, где были подняты серьезные вопросы. Но и тут, за большинством из них так и не было предпринято реальных действий… Мы за десятилетия как-то необдуманно постепенно, но растеряли имеющееся единение, понимание общности... Наоборот, на севере в последние годы зачем-то практикуются встречи с интеллигенцией Грузии, приглашаются грузинские танцевальные коллективы и исполнители, висит грузинская реклама… Всего этого еще лет двадцать назад нельзя было вообще представить. При этом все мы прекрасно понимаем, что отсутствие реальных интеграционных процессов играет только на руку нашим недругам, которые давно уже пытаются все больше разъединить север и юг нашей Родины. И наша новейшая история ясно показала, что Южная Осетия обречена без севера нашей Родины, так же как и Северная Осетия не сможет выжить без южной части Алании… У всего есть своя красная линия. Поэтому нам необходимо начать фактически снова учиться жить одной Родиной. Шаги к единению есть, пусть порой и условные. Но главное – есть понимание. А это основа в любом процессе. А потому есть и надежда…

А. Кочиев