29 лет вооружённой ингушской агрессии против севера Алании (3 материала)

31-10-2021, 12:04, Даты [просмотров 649] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

29 лет вооружённой ингушской агрессии против севера Алании (3 материала)Вспоминая черную осень 1992 года

Октябрь месяц связан с одной из трагических дат в истории Осетии – 31 октября 1992 года ингушские боевые формирования вторглись на территорию Северной Осетии. Разыгравшаяся 29 лет назад кровавая трагедия в Пригородном районе РСО-Алании, полностью на совести лидеров ингушского национал-экстремизма, исказивших историю, затуманивших мозги представителям своего народа. В основе кровавой агрессии – притязания на Пригородный район и правобережную часть города Владикавказ.

Необходимо отметить, что ингушское вооруженное вторжение в Северную Осетию не произошло спонтанно. Оно готовилось заблаговременно, с идеологической и военной составляющей. Ненависть к осетинам, реваншистские настроения являются основой мировоззрения части ингушского народа. Неудивительно, что призывы к насильственному возвращению земель Осетии, которые ингушские националисты считают территорией Ингушетии, нашли отклик у значительной части соседнего народа. И, кстати, с тех пор мало что изменилось, наоборот, все идет по нарастающей. Теперь ингушам, подобно зловредной старушке из сказки Пушкина, земель уж мало, теперь им подавай историю Алании… Однако, вернемся к истокам военной агрессии.

4 октября 1992 года в столице Ингушетии Назрани объединенная сессия трех райсоветов Ингушетии и депутатской группы Пригородного района Северной Осетии «выражая волю ингушского народа и в целях защиты своих родственников, проживающих в Северной Осетии» приняла противоречащее законодательству России решение «объединить добровольцев в отряды самообороны и организовать их дежурство во всех населенных пунктах Пригородного района Северной Осетии, где проживают ингуши. Дежурство отрядов осуществлять до передачи под юрисдикцию Ингушской Республики всех отторгнутых сталинским режимом земель». Это постановление возлагало руководство отрядами на отделы внутренних дел трех районов Ингушетии; для обеспечения безопасности добровольцам и ингушам, проживающим в Пригородном районе, разрешалось «использование личного огнестрельного и другого оружия...». Иными словами, это означало, что создавались незаконные формирования, которые де-факто должны были установить на части территории Северной Осетии вооруженный контроль. Вскоре стало очевидно, что ингушские экстремисты перейдут к конкретным действиям.

31 октября вооруженные отряды, вошедшие на территорию Пригородного района из Ингушетии, у села Чермен разоружили пост внутренних войск МВД, напали на пост ГАИ и поселковое отделение милиции. В течение нескольких дней после этого в Пригородном районе севера Осетии, в г.Владикавказе и прилегающих поселках произошли вооруженные столкновения, в которых участвовали осетинские и ингушские вооруженные формирования, а затем – подразделения Российской армии и внутренних войск МВД РФ. Загорелись осетинские дома, количество убитых мирных жителей стало возрастать, ингуши бесчинствовали. Тогда впервые два народа, которые теперь называют себя не иначе как братские, попытались «подпалить» Осетию с двух концов – на юге грузины, а с севера ингуши.

На помощь в Северную Осетию прибыли добровольцы с Юга, сыгравшие ключевую роль в отражении ингушскойагрессии. Правда, в последнее время некоторыми бывшими политиками наблюдаются попытки пересмотреть роль отдельных личностей в организации участия юго-осетинских добровольцев в событиях вооруженного конфликта осени 1992 года. И, в частности, фактически игнорируют рольтаких известных военно-политических деятелей Республики как В.Хубулов и А.Джиоев в организации отражения ингушского вооруженного вторжения. Но это тема другого разговора.

1 ноября 1992 года Указом Президента России Бориса Ельцина на территории Пригородного района было введено чрезвычайное положение и 2 ноября 1992 года образована Временная администрация, взявшая в свои руки вопросы урегулирования вооруженного конфликта.

Официальная оценка ингушской агрессии 1992 года РСО‑Алания была закреплена в материалах 18 сессии Верховного Совета Северо‑Осетинской ССР (ноябрь 1992 года) и II съезда осетинского народа (май 1993 года). В этих материалах конфликт трактуется как «заранее подготовленная, тщательно спланированная, технически оснащенная, поддержанная большей частью ингушского населения Северной Осетии вероломная агрессия бандитских формирований ингушей против суверенной Северо‑Осетинской ССР с целью захвата и отторжения части Пригородного района и правобережья г. Владикавказа, присоединения их к вновь образованной Ингушской Республике».

К истории вопроса. Пригородный район Северной Осетии расположен на территории, до революции называемой Владикавказской равниной. В раннем средневековье здесь возникли аланские поселения. Установление Советской власти на Северном Кавказе давалось непросто. Наиболее последовательными еесторонниками в те годы выступили ингуши, но для этого были свои основания. Условием поддержки советской власти они выдвинули требования переселения в казачьи станицы. Тогда именно казаки были главными противниками новой власти. В итоге, в 1918, а потом и в 1921 годах под руководством С. Орджоникидзе (который дал добро ингушским бандам на уничтожение более 20 000 казаков), казаки, даже те, кто служил в Красной Армии, были насильно выселены из своих станиц и хуторов, частично вырезаны, а на освободившиеся земли были переселены ингуши. Но благодарность С.Орджоникидзе не ограничилась только казачьими землями. В 1924 году у Северной Осетии в пользу Ингушетии отрезали 8 000 десятин.Преступность это-го решения тем более очевидна, что на этих землях находились три исконно осетинских аула Ларс, Балта, Чми... Что касается притязаний на город Владикавказ, то исторические факты, государственное и гражданское право и сложившиеся реалии однозначно доказывают не просто их несостоятельность, но полную абсурдность. Крепость Владикавказ была заложена в 1784 году, и лишь спустя(!) 100 лет после ее освоения в составе ее населения единично стали появляться ингуши. Между тем, некоторые «лидеры» ингушского народа с маниакально-депрессивной настойчивостью внушают людям мысль о том, что Владикавказ был столицей Ингушетии. А народный депутат Российской Федерации Бимболат Богатырев договорился до того, что Владикавказ был столицей Ингушетии еще три тысячи лет тому на-зад... Историческая реальность же такова. В 1907 году был образован Назрановский округ, а в 1909 году Государственный Совет и Государственная Дума России постановили: «Назначить место пребывания Управления Назрановского округа местечко Назрань». Однако, как засвидетельствовал наместник Воронцов-Дашков, в Назранине оказалось для него соответствующего помещения. Именно поэтому в феврале 1913 года Государственный Совет и Государственная Дума вынесли постановление: «Назначить временно город Владикавказ местопребыванием управления Назрановского округа Терской области впредь до обеспечения этого управления помещением в местечке Назрань, но не далее 1 января 1917 года, и удовлетворить впредь до указанного срока чинов управления Назрановского округа квартирным довольствием из окладов по городу Владикавказу». Вот и вся правда. И на этом строятся все основания на притязания?

Тем не менее, националистическим лидерам Ингушетии в стремлении реализовать свои коварные политические амбиции удалось одурманить свой народ, разжечь пожар националистической истерии, создать в осетине образ своего главного врага. С конца 80-х годов в пограничных с Осетией населенных пунктах Чечено-Ингушетии нарастает волна истерии и экстремизма против осетинского народа. Ну а принятие Закона «О реабилитации репрессированных народов» послужило мощным импульсом для активизации деятельности экстремистов за отторжение Пригородного района Северной Осетии. Эта идея, ставшая доминирующей в массовом сознании ингушей, в конце концов, привела их к вооруженной агрессии...

Сегодня притязания не только на территорию Осетии, но и на героическую историю наших предков – алан – давно уже не скрываются, а, наоборот, все это вынесено на острие борьбы и становится идеологией. Подложные исторические «факты» стали обыкновением. Именно поэтому никого не волнует, что т.н. Аланские ворота строятся на равнине, далеко от их исторического местонахождения, что Нартские сказания вопреки любой логике называются исконно ингушским эпосом и печатаются большими тиражами, что на пустыре воздвигается город, который получает наименование столицы древней Алании – Магас… И пока Осетия-Алания пребывает в «меланхолично-инфантильном» состоянии, в Ингушетии идет планомерное наступление по всем фронтам. Ну а аппетит, как известно, приходит во время еды. Как подобный еще один такой итог – в 2017 году Баматгирей Манкиев, один из лидеров ингушских националистов пошел дальше. «Нынешняя территория Южной Осетии до прихода осетин принадлежала ингушам… когда осетины пришли на Кавказ, их приняли ингуши», – выдал свое историческое заключение Б.Манкиев, имеющий диплом зоотехника. Но последний момент мало кого волнует. И, чтобы окончательно развеять почему-то все еще имеющие место нотки неуместного толерантства, присутствующие особенно на севере Алании, еще один факт. Статья 11 Конституции Ингушской Республики до сих пор гласит о том, что возвращение спорных территорий в состав Ингушетии является важнейшей задачей руководства. Так что на миролюбие соседнего народа рассчитывать не приходится.

В 1992 году руководством Северной Осетии был принят тезис о «невозможности совместного проживания с ингушами», который был отменен только в 1997 году при содействии специального представительства Президента РФ по воп- росам урегулирования осетино‑ингушского конфликта. Это одна крайность. Но другая крайность – потакание чрезмерным требованиям жителей ингушской национальности, проживающим в РСО-Алании. И это, как показала история, мягко говоря, чревато. К тому же, пользуясь статусом жертвы, успешно навязанной в течение десятилетий, порой выдвигаются завышенные требования по выделению земельных участков или же ингушского представительства в местных и республиканских органах власти. Мы не удивимся, если станут известны и факты коррупции среди северо-осетинских чиновников, давших право на незаконную застройку или выделение земельных наделов жителям ингушской национальности. Или содействие прописке в Северной Осетии жителей Ингушетии. В сравнении с этим устройство совместных ярмарок, встреч общественности уже не кажутся тревожными. Хотя и они зачем-то нет-нет, да и проводятся.

В том, что ингушские националисты могут находить средства для обеспечения ползучей ненасильственной аннексии северо-осетинской территории и присвоения истории Великой Алании, не приходится сомневаться. И последние годы лишнее тому подтверждение. При этом это не только доходы от теневого золотовалютного бизнеса, в котором и сегодня еще силен ингушский элемент, но и финансовые ресурсы российских олигархов с ингушскими фамилиями. Все это серьезно. И присутствующая недооценка нами, осетинами, ситуации пока ни к чему серьезному не приводит. 1992 и 2004 годы, когда усилиями грузин и ингушей «полыхал» и север, и юг Осетии почти одновременно, не просто стечение обстоятельств. Поэтому, давно уже пора кабинетам министров севера и юга Алании вновь возобновить совместные заседания. И не для галочки. Необходимо решать серьезные вопросы, стоящие на повестке дня для осетинского народа. В томчисле и становящиеся постепенно все серьезнее потуги ингушей. Этими вопросами в свою очередь должен заниматься и «Стыр Ныхас»

А. Гаглоев

Вспоминая трагическую осень 1992-го

Он вернулся домой ровно через двое суток. Так же, как и покидал его – под покровом ночи. Но с той лишь разницей, что теперь его возвращения c поникшими головами ждали сотни людей. Дзау безмолвно собирался к дому на возвышенности у леса уже с полудня, когда страшная весть о смерти единственного сына семьи Кочиевых молниеносно облетела весь поселок. Давиду было всего 26. Вечером 31 октября 1992 года он, вместе с десятками добровольцев из Южной Осетии, поехал в полыхающий Пригородный район Северной Осетии. На помощь. Это был не просто спонтанный порыв, это был зов сердца, зов крови. Понимание необходимости подставить братское плечо в тяжелой ситуации. Спустя сутки с небольшим, в ходе ожесточенных боев за селение Карца, его убили. Часом раньше там же погиб еще один уроженец Дзауского района, кваисинец Влад Тедеев. Второго ноября они оба вернулись домой. В последний раз. В эти солнечные дни ноября 1992-го Южная Осетия опять погрузилась в бездну боли и скорби, оплакивая шестерых своих сыновей, погибших в огне ингушского бесчинства.

Современная историческая летопись почему-то до сих пор еще толком не дала соответствующую оценку событиям осени 1992-го года, повлекших за собой смерть сотен человек. Осторожные оценки, касающиеся предыстории конфликта, событий, ему предшествовавших и спровоцировавших этот ад – осетинская правда все эти годы замалчивалась и нивелировалась под мифическими и призрачными лозунгами о добрососедстве под сенью единого дома под названием Северный Кавказ. Впрочем, затрагивать и нажимать на струны, взывающие к любви к представителям соседнего региона получается, по всей видимости, только в случае с осетинами. Ингуши, в отличие от лояльных и всепрощающих осетин, что на севере, что на юге, историю свою не просто пишут, они умело доносят ее до всего мира, выставляя осетин варварами, устроившими резню ингушского населения. Что является, по сути, подготовкой почвы для будущего кровопролития, в которое, как показала практика, оказывается втянута вся Осетия, без деления на север и юг.

«Уже не помню, какую должность на тот момент в руководстве Северной Осетии занимал Александр Дзасохов, впоследствии Президент РСО-Алании, но в эти дни он приезжал в Южную Осетию и озвучивал обращение к нашим властям о помощи, – рассказывает очевидец событий осени 1992 года, полковник запаса Алвери (Сергей) Кочиев. – Но, к тому времени наши ребята, имевшие на тот момент уже серьезный опыт ведения боевых действий, были на подступах к Владикавказу. Как говорится, когда горит дом у брата, а, по сути, наш общий дом, особого приглашения не требуется». Алвери Кочиев вспоминает, что в те дни говорить о каком-то организованном властями Северной Осетии противостоянии было бы преувеличением, хотя МВД Се-верной Осетии с первых же дней фактически оказалось втянутым в боевые действия. Нападение на отделение милиции в селении Чермен, беспощадное убийство десятков сотрудников милиции и членов их семей, собственно, и спровоцировало ответные действия со стороны осетинской правоохранительной системы. Наиболее многочисленным центром противостояния, куда в основном собирались северяне в те дни, был штаб Бибо Дзудцева во Владикавказе, но наиболее дисциплинированным и действенным центром являлся штаб в с. Октябрьское, организованный кадровым военным Станиславом Суановым. «Известно, что отряд под руководством Алана Джиоева (Парпата) сыграл решающее значение в исходе боевых действий в селении Карца, – продолжает полковник запаса. – Там же наши ребята понесли боевые потери. Когда мы с Петром Хубежовым на машине цхинвальской Комендатуры приехали в Карца, ингушские бандформирования уже были выдавлены из села. Помню Парпата – уставшего, несколько поникшего из-за погибших ребят, и с «трофеем» на голове – объемная национальная папаха на нем в тот момент не смотрелась нелепо, она как бы была негласной демонстрацией исхода завершенного буквально пару часов назад сражения… Ребята рассказывали много шокирующих воображение фактов бесчинства ингушских бандформирований, но особо запомнился эпизод про огромный подвал одного из ингушей. Из этого дома несколько часов велся сильнейший огонь. Уже после того, как его заняли юго-осетинские ополченцы, их взору предстал обширный подвал, в четыре огромных помещения, доверху заполненный различным оружием, обмундированием, консервами… Плененный хозяин цинично объяснял наличие такого своеобразного склада – пока осетины 70 лет строили советскую власть, мы готовились… Уже только этот говорящий факт может пролить свет на истинные причины начала резни в Пригородном и реальных виновниках трагедии осетин на севере»…

Действия юго-осетинских ополченцев, их профессиональную тактику ведения боевых действий высоко оценили в МВД Северной Осетии. Алвери Кочиев вспоминает слова тогдашнего министра внутренних дел Кантемирова: «Если бы не южане, нас бы здесь просто размазали…». Однако уже по прошествии времени были определенные попытки нивелировать роль юго-осетинских добровольческих отрядов в исходе осетино-ингушского противостояния 1992 года. Откуда-то стали приплетаться факты мародерства, убийства детей, другие бредовые наговоры… Причем подобные негативные тенденции были результатом не только ингушской пропаганды. И это тоже вполне объяснимо. История показывает, что победителей всегда пытаются похоронить под завалами всевозможных негативных домыслов.

Впрочем, все это не столь важно на фоне забывающихся событий 1992 года. История почти всегда повторяется, если не извлекать из нее правильных и своевременных выводов. А выводов, как, собственно, и оценки событий почти тридцатилетней давности с осетинской стороны в необходимом и, что важно, справедливом ракурсе в должном объеме все еще не последовало. В то время как ингушская информационная пропаганда все эти годы работала не переставая. Даже в сети интернет в поиске информации о кровопролитии в Пригородном районе 1992 года ингушская трактовка событий представлена многократно преобладающей над материалами осетинских историков и публицистов. Совершенно горько осознавать, что наши отважные ребята, такие как Влад Тедеев, Давид Кочиев и другие, героически павшие в боях за защиту своих братьев на севере Осетии, когда-то могут быть представлены в роли агрессоров. Это просто недостойно их памяти. Недостойно нас с вами...

Рада Дзагоева

 

Слово осетина (шесть часов осетино-ингушской войны)

 

На минувшей неделе в Осетии вспоминали трагические дни осени 1992 года, когда разразился осетино-ингушский конфликт. Только-только с вводом миротворческих сил в Южной Осетии был восстановлен хрупкий мир, как Осетию теперь подпалили уже с севера. В те дни, юго-осетинские ополченцы, пройдя Главный Кавказский хребет, практически с ходу вступили в бой и за короткое время выбили агрессора с осетинской земли.

С сожалением следует констатировать, что трагические дни двадцатидевятилетней давности в наше время некоторые наши же соотечественники пытаются переписать, принизив роль истинных героев той войны и, наоборот, возвеличить свою значимость. Подобные попытки пересмотра истории наблюдаются в основном в социальных сетях. В связи с этим мы решили вновь опубликовать воспоминания очевидца тех дней, летчика Инала Остаева.

«…Вечером я явился в штаб ополчения. В кабинете у команду­ющего было много народу. Подводили итоги прошедшего дня и ставили задачи на следующий.Около одиннадцати часов ночи к штабу прибыл отряд юго-осетинских доб­ровольцев. Отряд остался на плацу, а старший – «Парпат» с двумя рослыми и крепкими бойцами вош­ли в кабинет командира.

«Парпат» был маленького роста, в спортивном костюме, на голове – цветастая вязаная шапочка с бубенчиком: он был боль­ше похож на анархиста, чем на бойца. По его бокам стояли здоровые парни в камуфляжных костюмах и армейских бронежиле­тах, с автоматами.

Минуту молчания прервал «Парпат»:

– Нас полторы сотни, приехали воевать. Я ничего не пони­маю: или у вас тут не воюют, или ваши люди от страха соображать перестали? На въезде в город останавливаем машины, спра­шиваем прохожих: где идет война? Покажите! Никто ничего не знает, куда нам ехать и где воевать. Мы хотели сходу вступить в бой, но не получилось. Хорошо, что хоть показали, где находит­ся ваш штаб. А теперь дайте нам участок «работы», и мы сразу же выступаем! Я – командир отряда, зовут Алан Джиоев, народ ок­рестил «Парпатом», – сказал он.

Я в первый раз увидел его, хотя был наслышан о его храбро­сти. И поэтому тот момент нашей первой встречи хорошо запом­нил. Все, кто его знал, подходили и обнимались с ним. А с осталь­ными он знакомился. Я сидел на диване, и когда Суанов назвал меня, «Парпат» подошел с удивленными глазами и произнес: «Это ты тот самый Инал Остаев?». Потом крепко обнял и сказал: «Спа­сибо тебе за все, и пусть Бог и народ оценят твои заслуги, – по­хлопал он меня по плечу. – Я думал, что ты громадный мужчина, а ты такой же маленький, как и я», – улыбнулся он.

Суанов спросил, что им нужно из вооружения. «Парпат» ответил, что они ни в чем не нуждаются, у них все с собой.

– Тогда я распоряжусь, чтобы вас покормили с дороги, от­дохните, а утром – в бой. «Парпат» в своей резкой манере возразил: «Генерал! Ника­ких отдыхов! Покажи, куда идти, и мы немедленно выступаем!».

У Суанова не было другого выхода, как подозвать его к карте и начать объяснять ему обстановку.

– В Южном крепко засели ингуши, и мы не можем оттуда их выбить. Но самое тяжелое положение в Карца. Двое суток не можем его взять, чтобы открыть путь к Пригородному району. Внутри района в нескольких населенных пунктах идут ожесточенные бои.

– Сколько дворов в этом Карца? – спросил «Парпат».

– Дворов 150-200, – ответил Суанов и продолжал ему объяс­нять на военном «языке» тактические приемы взятия Карца, Южного и Реданта.

– Генерал! Я не понимаю эти фланги, позиции и т.д. Ты дай мне проводников, пусть покажут, где находятся эти поселки, боль­ше нам ничего не надо. Сейчас почти 12 часов ночи. К 6 часам утра ни одного живого ингуша в этих поселках не будет! Даю вам слово осетина. А завтракать будем в Назрани.

И тут же распорядился для своих бойцов: джавские и квайсинские идут на Южный и Редант, а цхинвальские – на Карца… Я долго смотрел вслед и удивлялся его решительности и сме­лости. Война в Южной Осетии сделала многих осетин такими отчаянными, смелыми и бесстрашными.

Когда утром в 8.00 я явился в штаб, здесь царило оживление, у многих были радостные лица. Всю ночь шли бои. И в 6 часов утра отряд из Южной Осетии освободил поселки Карца, Южный, Редант. Отряды юга и севера Осетии, воодушевленные успехом, преследовали ин­гушей, углубляясь на территорию Пригородного района, осво­бождая осетинские населенные пункты. Ночь со второго на третье ноября была переломной.

 

Из книги Инала Остаева «Прерванный полет»

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Декабрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031