Заслуженный художник РЮО Михаил Кулумбегов о своем творчестве

В рамках I Международного экономического форума, который состоится в Цхинвале на следующей неделе, будут представлены десять картин Михаила Кулумбегова. Для создания этой серии заслуженный художник Южной Осетии специально приехал в родной Цхинвал из Москвы, где живет уже много лет. Десять работ – ярких, дышащих, живых, как все фирменные полотна мастера – были готовы за неделю. Газета «Республика» расспросила Михаила Кулумбегова о том, как ему удается создавать картины так быстро, поговорили мы и о других тонкостях его творчества.

– Первые Ваши шаги в искусстве были в стенах Цхинвальского художественного училища…

– Да, я занимался живописью. Затем по направлению скульптуры окончил Тбилисскую академию художеств... В Цхинвальском художественном училище у меня были очень хорошие преподаватели. Нашему поколению повезло – мы учились у Григория Котаева, Мурата Шавлохова, Бориса Санакоева... Я пришел в училище после восьмого класса школы – причем об этом решении не знали даже мои родители. Но они были не против – в школе я учился без энтузиазма, пятый класс даже проходил дважды. Так что отец с матерью просто обрадовались, что я, наконец, чем-то всерьез занялся. После училища пытался поступить в Академию художеств в Санкт-Петербурге, но не вышло – опоздал на экзамен, потому что подрабатывал – работал дворником. Так что поехал в Тбилиси по лимиту. С шестого курса, перед защитой диплома, меня забрали в армию – отслужил в Баку и защитился уже после.

– Вы не сразу уехали в Москву, какое-то время работали в родном городе?

– Да, более того у меня сын здесь родился, в 1991 году… Вообще, все годы войны я здесь был. Хоронил первые три гроба во дворе пятой школы... Тяжелое было время. В Москву переехал, потому что надо было как-то зарабатывать. Работать на кого-то я не хотел, да и сейчас не хочу… Сейчас могу, наверное, сказать, что за годы жизни в Москве добился всего, чего хотел. Обеспечил детей, оставил квартиру родным. Детей у меня четверо, все сыновья. Старшему за тридцать, он живет в Лондоне, у него трое своих детей. А младшему сыну всего десять.

Сейчас живу один, у меня дом в Подмосковье, там же и студия. Несколько раз в неделю езжу в Москву, пишу картины. Есть у меня и ученики – группа из десяти человек. Какое-то время была у меня огромная студия в центре столицы, на Арбате, но сейчас предпочитаю жить и работать за городом.

Москва – жесткий город. Но, кажется, меня там любят. Выставлялся в Москве много раз, но сейчас прекратил это дело – соглашаюсь только на персональные выставки. Последняя была в 2009 году, тогда мне помогло с организацией Посольство Республики Южная Осетия в России, в то время послом был Дмитрий Медоев. А следующая персональная выставка планируется через три года, к моему юбилею. Буду выставлять сто работ.

– Какие еще выставки планируются?

– В октябре состоится моя персональная выставка в Минске, под названием «Осетия-Москва-Беларусь». Эту выставкуорганизовывает Таймураз Гогинов.

– При таких объемах работы остается ли время на скульптуру, или Вы отошли от этого направления в творчестве?

– Ни в коем случае. И вообще, должен признаться, что скульптуру люблю больше живописи. Без нее я, наверное, не стал бы художником вообще... Но, когда я начинал работать, многое зависело от денег, от возможности получать доход. Занимаясь скульптурой, я бы не стал на ноги так быстро, как получилось с живописью. В основном потому, опять же, что я не хотел работать на кого-то.

Люблю скульптуру, потому что она объемная. Картина тебя ограничивает – у тебя холст, на котором ты можешь писать, и это двухмерная работа. Скульптура – объемная, и в этом плане в ней больше труда, больше мысли заложено.

– Кто Ваш любимый скульптор?

– Франческо Мессина. Джакомо Манцу тоже в этом списке. А любимый художник – Клод Моне, отец импрессионистов. Из российских мастеров – Константин Коровин.

– Импрессионизм идеально подходит Вам – быстрые, яркие картины, широкие штрихи мастихином, чтобы поймать момент...

– Меня больше считают экспрессионистом, чем импрессионистом. Экспрессионисты работают быстрее, под впечатлением от момента. Мой рекорд – полторы минуты. Картина размером 15 на 10 сантиметров. А вот на эти большие, 100 на 150, которые я писал к форуму, уходило где-то по часу-полтора на каждую... Чаще всего выбираю работать мастихином – я люблю простор, скорость, на одном дыхании. Многие предпочитаютсначала карандашом сделать эскиз, потом наброски, потом уже дописывать по несколько дней картину. Я так не могу.

Я, к примеру, приезжаю в Москву, ставлю холст и пишу. Ловлю закаты, рассветы, зимой люблю погулять по окрестностям. Пишу в любую погоду. Очень люблю дождь.

– Вы как-то подарили нам миниатюру – как раз дождь на Арбате...

– Мне тяжело расставаться с картинами. Возможно, это странно звучит, ведь я продаю картины и так зарабатываю. Но есть работы, которые не отдам ни за какую сумму. В которых какой-то особенный для меня момент, в которые я полностью вложил душу. С такими не расстаюсь.

– Выставка в Южной Осетии у Вас была в последний раз в далеком 2007 году, с тех пор Вы на юге Алании не выставлялись. Можно сказать, что юго-осетинская публика знает Вас, в ка

ком-то смысле, хуже, чем московская – что в определенной мере обидно.

– Это одна из причин, по которой я отказался от звания Народного художника. Это статус, который должен давать народ. Я же пока сам по себе. Какой импрессионист, какой из великих итальянцев или французов был народным художником? Но я хочу вернуться сюда с персональной выставкой. Тоже юбилейной. Посмотрим, после Москвы, наверное, попробую.

– С момента Вашей учебы в ЦХУ прошло уже несколько десятилетий, и, пожалуй, можно уже сравнивать те годы с сегодняшним временем...

– Дело в том, что художник – своеобразная профессия. Ее не выучишь, как математику или язык. Надо, извините, пахать, постоянно, не останавливаясь. Художник после академии делает себя сам. И про талант здесь – всего 10 процентов, остальное – труд. Конечно, важна и поддержка. Когда есть знакомые в этой сфере, которые могут реально на практике помочь; государственная поддержка в определенном формате. Но художник, повторюсь, делает себя сам. Какая бы поддержка ни была. Поэтому я ни с кем не советуюсь в том, что касается моей работы. Только с самим собой.

– Учитывая Ваши успехи, это верный путь. Желаем Вам удачи и дальнейших успехов, и будем ждать персональную выставку в родном для Вас Цхинвале!

Александра Цховребова