Нартиада. Очарование и противоречивость женских образов эпического сказания

15-06-2021, 14:29, Культура [просмотров 337] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Нартиада. Очарование и противоречивость женских образов эпического сказанияГод 2021 объявлен годом Нартского эпоса. В рамках министерств культуры и образования проводятся мероприятия, направленные на популяризацию этой сокровищницы народного устного творчества. Образы и сюжеты Нартиады пронесены осетинским народом сквозь столетия и сегодня еще продолжают поражать масштабностью и красочностью. Свой вклад в пропаганду культурного наследия наших предков решила внести и наша редакция, решив опубликовать цикл статей на тему Нартского эпоса.

 

Нет ни одного эпического сказания, среди персонажей которого не было бы женщин. Могучие богатыри, злые волшебники, жестокие правители всегда оттеняются женскими образами. И не важно, образ ли это нежной красавицы, умной правительницы или коварной обольстительницы – все они являются украшением эпического повествования.

Не стали исключением и Нартские сказания. Здесь отношение к женщине определялось условиями военного уклада жизни; мужчина, проявивший слабость к женщине, не может быть хорошим воином. Этикет не позволял нарту с вожделением смотреть на других женщин.

Но не все нарты придерживаются этого кодекса. Как порицаемое исключение – нарт Хамыц, обольщающий представительниц прекрасного пола магией, или же нарт Сослан – этакий Дон Жуан страны нартов. Правда, последний является эталоном эпического героя и как идеал мужчины не мог быть обделен любвеобильностью.

Первой из первых среди нартских женщин, конечно же, является Сатáна. При всей монументальности этого образа, Сатана не лишена отрицательных качеств. Можно понять ее стремление стать женой лучшего из лучших среди нартов – Уырызмага, но простить ее коварство, ставшее причиной кровосмешения и гибели его законной супруги Эльды едва ли возможно. Но что удивительно, сказители ни одним словом не осуждают разлучницу Сатану, а простодушная супруга Эльда, уступившая ей Уырызмага, не вызывает у них сочувствия.

Не меньшей полнотой характеризуется образ Дзерассы, дочери повелителя морской стихии Донбеттыра. От ее трагического брака с нартским юношей Ахсартагом берет начало славный род Ахсартагката. Чудесным становится и рождение от нее Сатаны. Но не только герои становятся ее детьми, даже хитроумный изгой Сырдон числится ее сыном.

Нартские женщины не лишены героизма и мужества. Когдавоины-мужчины были в походе, а враги нападают на селение нартов, нартские девушки отважно защищают родное село. Будучи лихими наездницами, они переодеваются в мужскую одежду и отважно сражаются с врагами. Женщина выступает обычно в Нартском эпосе сильной и властной, пользующейся большой личной свободой и самостоятельностью. Однако, при этом они остаются в большинстве носительницами чисто женского начала, чем, в конечном счете, определяется сфера их активности. При выборе жениха, нартские красавицы ставят перед ними и вопрос: как они выполняют свой долг перед народом. Их сердца покоряют отличившиеся удалью, ловкостью, мужеством, проявившие любовь к искусству.

Женщина в эпосе раскрепощена. Она часто выходит замуж по своему желанию, без советов близких выбирает или отвергает женихов. Таким своенравием отличились Акола, Саумарон-красавица, Агунда, Бедоха и др. Нартские девушки страшно разборчивы, подчас капризны. Прежде чем дать согласие на брак, они испытывают своих женихов в ловкости, силе, деловитости. Никто из них сразу не выходит замуж, ибо количество сватающих также является своеобразным свидетельством достоинства невесты.

Впрочем, порой сами родители давали право свободного выбора своим дочерям. Как пример Адакыз, мать красавицы Уазафтау. Она не стала советовать дочери, за кого ей выйти замуж, дала ей свободу выбора. Без сомнения, такая свобода девушек в выборе своего спутника жизни является отголоском сарматской эпохи с ее доминированием женщин в обществе.

В эпическом сказании о нартах женщины не только красивы и мудры. Есть здесь и противоречивые образы. Это Къулбадæгус, женщина обладающая даром предвидения и использующая черную магию. Кармагон – имя одинокой, вéщей женщины. Ее посещали откровения и поэтому двери ее дома всегда были открыты для людей, желающих узнать о своем будущем. Едва ли можно испытывать большую симпатию и к бескомпромиссной покровительнице вьюг, ураганов, бурь, вихрей и ветров Уадахсин.

Есть в эпосе и деспотичные женщины, таковой была дочь нарта Адыла. Приглянулся ей лишь сын Сатаны (безымянный). За него она и вышла замуж, избрав местом жительства замок своего отца. Судьбе мужа-примака позавидовать было нельзя. Красота жены не могла перекрыть позор, который нес на себе мужчина, перешедший жить в дом своей жены. Не возлюбили его нарты, сторонились. Такое положение не стало устраивать и саму Адылову дочь, ведь у нее все должно было быть самое лучшее, и супруг в том числе. И решила она сделать из него героя.

Придумал она ему испытание, послав в урочище Тарка. Она же и научила супруга как пройти все препоны и добыть волшебные предметы: свиток кожи, войлочную плеть и шапку-невидимку. Благодаря этим предметам нарты узнали о сыне Сатаны, и стали относиться к нему как к отчаянному смельчаку, приняв в свое сообщество. Самолюбие дочери Адыла было удовлетворено, ведь теперь у нее был муж герой.

Казалось бы, нартские богатыри должны были отличаться высокомерием в отношении своих женщин. И едва ли можно представить, чтобы кто-то из них мог простить супружескую измену. Но эпизод сказаний с нартом Батрадзом представляет нам нартских мужчин с неожиданной стороны. Как-то нарты решили поспорить, кто из молодежи больше всех благородства проявил по отношению к женщинам и наиболее снисходителен был к своей жене. Батрадз выиграл этот приз, после того, как стал известен спорщикам следующий эпизод из его жизни. Перед возвращением из похода нарты подговорили жену Батрадза притвориться, будто она изменила ему с его молодым пастухом. Когда муж вернулся домой и увидел, что голова жены его лежит на руке пастуха, он осторожно вытащил его руку из-под головы своей жены и положил ее руку под голову пастуха. После этого вышел он во двор, подстелил под себя бурку, седло – под голову, лег и до восхода солнца проспал». Хотя если смотреть на этот эпизод с позиции традиционных адатов, то Батрадз должен был бы умертвить обоих. Причем так мгновенно, что устроители розыгрыша даже не успели бы и слова вымолвить, чтобы дать ему понять, что это всего лишь шутка.

Такими были нартские женщины, такими были их мужчины.

 

Подготовила Д.Плиева

Репродукция картины Махарбека Туганова

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Сентябрь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 

Популярно