За последние два десятка лет довелось в перманентном режиме участвовать в мероприятиях, так или иначе связанных сименем Людвига Алексеевича Чибирова. Это были различные семинары, конференции, юбилеи, презентации, другие памятные встречи. Довелось выступать на них, а на появляющиеся непрерывным потоком книги писать отзывы. И это не какая-то для меня «обязаловка», а всегда внутренний порыв, который усиливается разноплановостью исходного материала. Мое заинтересованное внимание к научным изысканиям Людвига Чибирова привело к тому, что меня однажды даже назвали «главным чибироведом».

Между тем, Людвиг Алексеевич своими трудами не только знакомит со многим новым, не только погружает нас в увлекательный и загадочный мир осетинского общества и нартов, но и удивляет. При этом разброс научных интересов Людвига Чибирова действительно поражает. Будучи признанным и авторитетным ученым-этнографом, он внес заметный вклад в изучение истории, нартоведения, источниковедения, межэтнических связей. И, что важно, Л. Чибиров все свои научные изыскания облачает в солидное монографическое издание, которое становится достоянием широкой общественности. Отсюда живое и заинтересованное реагирование различных общественных кругов на каждый из трудов Людвига Чибирова.

Чтобы понять, о чем, собственно, идет речь, следует хотя бы пунктирно обозначить все то, что вышло из под пера Л. Чибирова только в последнее время. Что касается этнографии осетин, то здесь ему удалось переработать, дополнить, переформировать и переиздать ранее увидевшие свет издания, которые давно стали библиографической редкостью. То же произошло с многотомным изданием «Периодическая печать Кавказа об Осетии и осетинах». Тома этого собрания выходили на протяжении десятилетий, в результате чего полного набора этих книг нетдаже в центральных библиотеках. Сегодня же структурно переработанное собрание помещено в три тома, что заметно облегчает работу исследователя.

Что касается нартоведения, то здесь вершиной следует считать монографию «Осетинская Нартиада. Мифологические истоки и ареальные связи» (переведена на английский язык). Теперь никакое исследование по данной тематике не сможет, наряду  с  трудами Ж.  Дюмезиля и В. Абаева, обойтись без оглядок на этот фундаментальный труд.

Нельзя обойти вниманием и научно-популярные издания Л. Чибирова, книги биографического плана, персоналии. Будучи натурой по-хорошему скрупулезной и пунктуальной, он считает обязательным фиксировать любое событие, любой контакт во времени и пространстве. Делает он это, конечно, для себя, но такой подход помогает в дальнейшей работе, а для читателей его книг повышается познавательная значимость, поскольку любой факт оказывается прочно привязан к месту и времени, с перечнем конкретных лиц. Отдельные книги посвящены жизни, научной и творческой деятельности таких видных деятелей как Аксо Колиев, Вассо Абаев, Григорий Котаев,  Георгий Бестауты... И совсем особого разговора требует работа Людвига Чибирова по созданию трех фундаментальных энциклопедических изданий. Два из них – «Осетинская этнографическая энциклопедия» и «Энциклопедия осетинской Нартиады» уже вышли в свет и удостоены Государственными премиями им. К. Хетагурова. Работа над третьим – «Аланская энциклопедия» – находится на стадии завершения. Не будет преувеличением сказать, что в Осетии-Алании сейчас только один человек был способен взвалить на себя такой неподъемный груз и собрать вокруг себя высокопрофессиональный и нацеленный на результат коллектив.

Что касается книги, о которой далее пойдет речь, то и она выходит за рамки обыденности, поскольку подобного замаха назаданную тему еще никто не предпринимал. О том, что идет работа над книгой о межнациональных связях Осетии и Дагестана,я узнал от самого Людвига Алексеевича. При этом он сказал, что удивлен при наличии богатого исходного материала отсутствием серьезных исследований на эту тему. Но и в данном случае выбор объекта для серьезного изучения не был случайным. Можно полагать, что автор подходил к цели пошагово. В 2007 году в Вестнике Института истории, археологии и этнографии появилась статья Л. Чибирова «К осетино-дагестанским этнокультурным связям». Он же в 2022 году подготовил для Известий СОИГСИ статью «Нартские сказания народов Дагестана: особенности распространения и бытования». На выбор автора не могло не сказаться то, что он давно и продуктивно сотрудничает с учеными из этой горной республики, которые не могли не поделиться с ним некоторыми наблюдениями, касающимися осетино-дагестанских этнических связей. Все это он поместил в одной фразе: «Историко-культурные связи Дагестана с Осетией нуждаются в большем внимании». А весь концептуальный подход изложен в предисловии к книге: «Что касается народов Дагестана, то интенсивные историко-культурные контакты их с предками осетин-алан, начавшиеся в III-IV вв. были прерваны в XIIIв. с исчезновением Аланского государства на Северном Кавказе. С тех пор бывшие соседние народы географически отдалялись друг от друга, и, как следствие произошедшего, имело место ослабление связей, забвение многого из тысячелетних этнокультурных взаимоотношений. Тем не менее, сохранившиеся реликты прошлых эпох, данные языка, археологии и этнографии дают возможность судить о роли, которую сыграли ираноязычные народы в истории Дагестана и наоборот».

Этнокультурные параллели осетин с северокавказскими и закавказскими соседями в той или иной степени уже становились объектом изучения, но именно Дагестан здесь оказался на периферийных позициях. Даже в такой содержательной монографии как «Культура осетин: связи с народами Кавказа» под авторством Вилена Уарзиати эта тема оказалась обойденной. По мнению Л. Чибирова, пока интерес к осетино-дагестанским этнокультурным связям проявляют только дагестанские ученые. При этом он выразил уверенность, что более основательное изучение исторических судеб и современного состояния народов Осетии и Дагестана «будут иметь не только научную, но и практическую значимость в деле дальнейшего укрепления дружественных связей братских народов». И тут нет никаких сомнений, что книга Л.А. Чибирова «Алания-Осетия и Дагестан» даст толчок, послужит катализатором для последующих исследований на данную тему.

Структурно книга Л.А. Чибирова «Алания-Осетия и Дагестан» разделена на две части. Первая посвящена историческому прошлому взаимоотношений двух этнотерриториальных образований, вторая – взаимосвязям двух частей Осетии с Дагестаном в новое время. И если первый раздел далее подразделяется хронологически, то второй – тематически.

Из главы «Дагестан и ираноязычные племена юга России и Северного Кавказа» можно узнать насколько значительным по времени нахождения и влиянию на этнокультурную составляющую было присутствие скифов и сарматов на территории Дагестана. В фундаментальном издании «История Дагестана» и вовсе сказано, что «Дагестан был приобщен к историко-культурной общности, возникшей на территории Евразии благодаря скифам». Это же подтверждают многочисленные археологические находки, наличие скифских имен и терминов в дагестанских языках. Определенное влияние на древние народы Дагестана оказали и сарматские племена, для которых эта территория «служила трамплином или мостом на протяжении всего раннежелезного века».

Еще большее влияние на народы Дагестана оказала экспансия алан на восток, которые в раннем средневековье были доминирующим племенем на юге России и Северном Кавказе. Проведя обзор материалов из раскопок могильников и курганов на территории Дагестана, автор приходит к выводу: «Исходя из данных археологии, на территории Дагестана в раннем средневековье обитало значительное аланское население, состоящее в культурно-этнических взаимоотношениях с местным населением».

Один из параграфов первого раздела носит название «Алания и Дагестан в орбите Хазарского каганата». «Власти Хазарского каганата были сильно заинтересованы в приближении к себе алан. Во-первых,Алания занимала исключительно выгодное стратегическое положение на основных путях, связывающих степи Предкавказья, Придонья, Поволжья с богатыми цивилизациями Закавказья и Ближнего Востока. …Во-вторых, Алания привлекала хазар по военным соображениям как страна, способная выставить значительное войско в нужное время», – пишет Л. Чибиров. Он полагает, что глубокие этнокультурные связи алан и хазар на почве Дагестана кажутся довольно определенными. Но такое положение сохранялось до конца XIV века, когда в результате татаро-монгольского нашествия и походов Тимура на столетия были прерваны отношения алан и их потомков – осетин с территориально отдаленным Дагестаном.

Следующий подраздел первой части демонстрирует лингвистические и этнографические параллели. Автор утверждает, что многовековые контакты скифо-сармато-алан с народами Дагестана не остались бесследными. Близкое соседство имело следствием тесные этнокультурные взаимовлияния, проявленные как в языке, так и в культуре и быте народов. Приводятся примеры попавших в лакский и другие дагестанские языки аланизмов. Сами дагестанские языковеды считают, что целый ряд бытующих в дагестанских языках культурных терминов имеет североиранское происхождение. При этом особо заметен аланский вклад в аварскую антропонимию (Урузмаг, Герги, Дауаг, Дунетхан, Косерхан, Цахил Дудар и т.д.). То же можно сказать и в отношении такой составляющей этнокультурных взаимоотношений, как взаимовлияния в быту, в празднично-обрядовой и религиозной жизни. Ярким примером добрососедских отношений, оставившем след во взаимопроникновении культур, является хотя бы то,что на земле лакцев есть священная гора Вацила, где происходило примирение враждовавших джамаатов. Название это прямо соотносится с именем одного из важнейших небожителей в пантеоне осетин – патрона хлебных злаков и урожая – Уацилла. Второй пример связан со священным холмом мусульман – Сафа.

Л.А. Чибиров указывает на неслучайный характер календарно-обрядовой жизни народов, устройства жилищ, свадебной и семейной обрядности, новогодних обычаях и обрядах, порядок изгнания нечистой силы, обычаев гостеприимства, сакральности числа 7, празднования по случаю рождения сына, обряды вызывания дождя, начала пахотных работ, сидения на шкуре животного как залог верности клятве или побратимства. «Все эти иллюстрации праздничных процедур, обрядов и обычаев в своей основе однотипичны, едины по сценарию и происхождению и, несмотря на разную степень сохранности и насыщенность церемониала, по существу, одинаковы по структуре и содержанию. Взаимопроникновение их – результат многовекового соседства и этнокультурных взаимоотношений», – пишет автор.

Как один из самых авторитетных исследователей Нартского эпоса, Людвиг Чибиров не мог обойти стороной осетино-дагестанские параллели в их эпической составляющей. Он рассматривает Дагестан как периферию распространения Нартского эпоса, заимствованного у алан. По этому поводу Л. Чибиров пишет: «В нартоведении установлена непреложная истина, согласно которой по мере удаления Нартских сказаний от центра распространения, в них наблюдалось не только забвение традиционных нартских имен, но и значительная деформация или полное исчезновение сюжетов сказаний. Этот постулат подкрепляется анализом интерпретаций сказаний о Нартах у других народов Дагестана».

Второй раздел монографии Л. Чибирова «Алания-Осетия и Дагестан» начинается с главы «Исторические и культурные связи Осетии и Дагестана (XIII – начало ХХ вв.)», которая стартует материалом о лакском (в исторических документах их иногда называют лезгинами) присутствии в Южной Осетии в XVI-XVIIIвеках. Оно тогда носило системный характер нашествий горцев-дагестанцев в Закавказье. До Южной Осетии они дошли в 1744, 1757 и 1759 годах, однажды поднявшись до местечка Гуфта. При этом если согласиться, что присутствие дагестанских племен в Южной Осетии имело место, то каких-то очевидных следов оно не оставило.

В начале ХХ века в Терской области проживало до 7 тыс. дагестанцев. И наиболее подвижными среди них оказались опять же лакцы и кумыки, которые занимались металлообработкой, медным и кожевенным производством, ювелирным делом. Автор подробно рассказывает о дагестанцах, которые на сломе веков и в период революций успешно проявляли себя в Северной Осетии, и об осетинах, которые внесли вклад в становление советского Дагестана.

Автор выделил в своей книге вопрос о взаимосвязях Осетии и Дагестана в советское и постсоветское время. Особо отмечается, что во Владикавказе функционирует  национально-культурный  центр «Дагестан», а в Моздокском районе национальное общество «Намус», которое объединяет проживающих здесь кумыков (их около 15 тыс. человек). Но главное, что на современном этапе между Осетией и Дагестаном установились стабильные дружественные отношения на уровне правительств и парламентов.

В отдельную главу Л. Чибиров выделил сотрудничество Осетии и Дагестана в различных сферах деятельности. И здесь на первое место выводится схождение по литературным меридианам. Приводятся сведения об осетинских писателях, в творчестве которых есть тема Дагестана. Среди них следует назвать Мусса Кундухова, Сека Гадиева, Дзахо Гатуева, Хаджи-Мурата Мугуева, Сергея Хугаева. Не остались без внимания взаимосвязи в области музыкального, изобразительного и театрального искусства, контакты в сфере науки, здравоохранения, образования, военного дела, транспорта и торговли, сельского хозяйства. И, конечно, не могло остаться в стороне здоровое соперничество осетин и дагестанцев в спорте, и прежде всего – в вольной борьбе. Весьма показательно, что во время прошедшей недавно матчевой встречи сборных Осетии и Дагестана по вольной борьбе во Владикавказе (закончилась со счетом 5:5), гости из Дагестана выступили с обращением к руководству Северной Осетии по поводу строительства в столице республики Дворца борьбы на 5-10 тыс. мест. В обращении говорится, что в Северной Осетии, являющейся одним из центров мировой спортивной борьбы должен быть манеж, готовый принять мировые и европейские первенства,крупнейшие международные турниры.

В рамках газетной статьи, конечно, нельзя подробно рассказать о таком содержательном, многоохватном и во многом пионерском издании как монография Людвига Чибирова «Алания-Осетия и Дагестан». Да и сам он, взявшись за этот труд, прекрасно понимал с какими трудностями ему придется столкнуться и каких усилий это будет стоить. Но ученый не преследовал цель «объять необъятное». Главное, к чему он стремился – привлечь внимание к обозначенной теме, создать некий задел для будущих исследований.

Сам Л. Чибиров по этому поводу пишет: «Алано-дагестанские историко-культурные отношения недостаточно изучены и требуют времени и усилия ученых-гуманитариев обеих заинтересованных сторон. Думается, со временем эстафету подхватит новое поколение ученых нашей Республики, которые новыми исследованиями поднимут на более высокий уровень сложившиеся отношения дружбы и братства народов Осетии и Дагестана». Уверены, что последователи обязательно найдутся. Но в любом случае, каждое новое издание на заданную тему уже никак не обойдется без отсылок и цитирований книги Людвига Алексеевича. А на вопрос о том, чем теперь обрадует нас этот плодовитый и многосторонний автор, могу с уверенностью сказать: это будет завершение фундаментального издания «Аланская энциклопедия».

Батрадз Харебов

Рубрика «Книжная полка»