Кандидат исторических наук Аза Кокоева: «Похоронная обрядность осетин ждет дальнейших исследований…»

22-04-2016, 20:19, Интервью [просмотров 809] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Кандидат исторических наук Аза Кокоева: «Похоронная обрядность осетин ждет дальнейших исследований…»В каждой семье рано или поздно происходит печальное событие – кончина близкого человека. В семье может не быть свадеб, редко справляться дни рождения и юбилеи. Но смерть является неизбежным явлением. Стоит ли говорить, что у нас, осетин, поминкам всегда придавалось особое значение, возводя их в ранг национальной традиции. В свое время существовала даже притча: «Родиться надо грузином, потому что, так как они отмечают рождение ребенка, так не отмечает никто. Жениться надо на армянке, потому что армянская свадьба самая пышная в мире, жить – русским, потому что они умеют жить ярко, сегодняшним днем. Ну а умереть надо осетином, потому что поминки, по своей пышности, затмевают все эти застолья». В определенной степени это шутливое положение верно, и дело тут в первую очередь в мироощущении осетин, в многовековых традициях, в предании, что смерть – это не конец жизни, а переход в иной мир, как правило, в Дзæнæт (рай). Кстати, именно по этой причине у осетин до сих пор существует обычай, который фактически ни у кого более не встречается – это разжигание на могиле умершего в течение первых трех вечеров небольших костров. Делалось это для очищения покойника посредством огня (по древнему обычаю). Кстати, именно по этой причине в Нартиаде фактически не встречаются нарты в темном мире – в аду.

Есть еще одно значимое выражение древности: «По тому, как провожают человека в последний путь, можно судить о духовной культуре народа». И тут тоже все как на ладони. Наши предки испокон веков с трепетом относились к национальным традициям, в особенности связанными с похоронами. Но сегодня, к сожалению, некоторые обычаи претерпели существенные изменения. И тому есть масса причин. В результате многие интерпретируют их каждый по своему, отходя от истоков, и, зачастую, порой приходится видеть, как уже в день похорон порой начинаются споры, как правильно осуществлять то или иное похоронное действо. О прописании, подготовке некоего свода правил похоронной обрядности говорится давно и много. Подобное издание было заявлено и в планах Юго-Осетинского научно-исследовательского института им. З.Ванеева. За него брался и Высший совет осетин («Стыр Ныхас»). Но этот, бесспорно, очень сложный и объемный труд пока еще не готов. Между тем, в конце прошлого года именно по теме похоронной традиционной обрядности осетин кандидатскую диссертацию защитила сотрудник ЮОНИИ Аза Багратовна Кокоева, в интервью с которой мы попробовали вместить хотя бы небольшую часть такого масштабного и многозначного действа жизни осетин, как похороны.

– Аза Багратовна, во-первых, позвольте от всей нашей редакции поздравить Вас с защитой кандидатской диссертацией и пожелать новых вершин в научном мире. Мы также надеемся и на дальнейшее сотрудничество, поскольку Ваши материалы на страницах газеты «Республика» вызывали неподдельный интерес у наших читателей. И оно понятно, ведь тема всех Ваших работ, как и кандидатской – это похоронная обрядность осетин, тема интереснейшая и, кажется, необъятная. Ведь для наших предков вопрос перехода в иной мир был одним из важнейших вопросов в жизни.

– Да, переход за грань был для них, действительно, само собой разумеющимся. Это не значит, что семья не скорбела о потере. Но обычно люди старшего поколения, в основном женщины, сами начинали готовиться к переходу, если так можно выразиться. Заранее готовили «смертную» одежду, так как заботились о посмертном одеянии, «закругляли» все свои дела. Между тем, само ожидание близкой кончины человека преклонного возраста требовало немалых забот. Умирающего не должны были оставлять одного, за ним все время присматривали, даже ночами. Для облегчения кончины женщине распускали волосы, мужчине расстегивали пуговицу. Возле умирающего не полагалось плакать, чтобы не спугнуть душу умершего в момент кончины. Когда смерть оказывалась затяжной и мучительной, умирающего укладывали на пол, приносили горсть земли с межи. Считалось, что покойники не пускают его к себе. В случае же наступления смерти сразу оповещали соседей, близких, родных. После кончины начинал плакать кто-то из близких. Умершему же закрывали глаза, подвязывали подбородок. И пока тело умершего не окоченело, его принято было омывать. Смысл этого, одного из важнейших обрядов, заключался в очищении тела от «грязи земной жизни».

После этого шел обряд одевания покойного. Как было сказано выше, пожилые люди заранее готовили одежду. Если же одежда не была готова (к примеру, в случаях внезапной смерти), одежду сшивали в процессе приготовления умершего к похоронам, причем сшивали такую одежду – не делая узелков, а иголку держали острием от себя. Но новая одежда не была обязательной. Можно было надевать и уже ношенную покойником одежду. Предпочтение в таком случае отдавалось той, которую покойный любил при жизни. Строгим требованием было, чтобы она была чистой. Ни в коем случае нельзя было надевать на покойного даренную одежду.

После того, как покойника облачали в одежду, его клали на тахту. Руки скрещивали на груди, причем левая обязательно должна была быть сверху. Ноги выпрямляли и связывали. Непосредственно перед погребением повязку снимали. Тело накрывали белым покрывалом. Зеркала занавешивали тканью, часы останавливали, распахивали двери и ворота. Близкие родственники собирались и решали, как и в какой день состоятся похороны, в каком месте будут хоронить покойного, распределяли обязанности между собой.

– Отдельным ритуалом было и само укладывание покойного в гроб (чырын).

– Да, причем при укладывании в гроб, перед тахтой у изголовья ставился маленький стол с фруктами и напитками. Старший из приглашенных мужчин для обряда со свечкой в руках посвящал одежду и гроб умершему, при этом произносил специальный тост. Он дотрагивался огнем до края одежды и гроба. После молодые люди перекладывали покойного в гроб, а женщины обряжали его. Под голову обязательно подкладывали подушку из хмеля, она почетна на том свете. В руку давали деньги – дорожные. Покрывало приобретала семья покойного. Считаются неприемлемыми, кстати, подарки-покрывала от других родственников и близких. Гроб помещали в середину комнаты так, чтобы ноги покойного были направлены в сторону входных дверей.

– Где, с какой стороны и по какому принципу возле гроба с покойным сидели близкие усопшего?

– По традиции ближайшие родственники женского пола сидели по правую сторону от гроба. Пришедшие на соболезнование заходили справа, шли против часовой стрелки и выражали соболезнование родственникам. При этом последним не принято было вставать навстречу пришедшим, всем своим видом показывая скорбь. Мужчины же должны были стоять при входе в дом и принимать соболезнования. При этом мужчины не обнимались, и даже не пожимали руку, поскольку пожатие руки означало пожелание счастья, благополучия. Близкие родственники-мужчины совершали старинный обряд оплакивания – иронвæндаг. Сейчас тоже некоторые совершают этот обряд с плачем.

– Как оповещались родственники из дальних сел? И как вела себя на похорон родня, что было принято делать, а чего делать было нельзя?

– Оповещали о кончине того или иного человека глашатаи – хъæргæнджытæ. При этом, глашатай на этот период должен был поститься, по дороге никуда не заезжать, нигде не останавливаться. Но сейчас, в век телефонов и интернета, это действо значительно упростилось, кроме того весть о кончине сообщается и посредством телевидения.

Осетины держали умершего в доме три дня. За это время не принято было готовить пищу в доме, разжигать огонь, купаться и мыть голову. Вечером стол накрывали соседи. Каждая семья должна была принести четное количество хлебов и цæхдон – похлебку из фасоли, соленья… Мясо ни в каком виде на стол класть воспрещалось. Так же как и пироги, что в наши дни порой встречается. Стол должен был быть постным. Считалось, что каждая соседская семья, принесшая подношения, таким образом кормит своих ранее усопших. Еще один важный момент, который абсолютно нарушается. За поминальный стол по вечерам садились только те, кто оставался на ночь с покойным, участвовал в сидении у умершего до утра, чтобы перед этим немного подкрепиться. Другие садиться за стол не имели право. Кстати, покойного одного в комнате нельзя было оставлять ни на минуту, чтобы уберечь его от злых духов. Сейчас же часто можно наблюдать, как некоторые специально подходят по вечерам, чтобы попасть на поминальный стол. На мой взгляд, это просто кощунство. Как вы себе это вообще представляете? Родственники плачут, скорбят, а в их доме пьют и едят… Мы забыли все напутствия наших предков. На поминальном ахсаваре зачастую бывает все вплоть до сладостей. Некоторые даже закалывают теленка. Но мясо, как я уже сказала, до дня похорон на столе вообще не появлялось. Родные не ели мясо до погребения покойного. Некоторые не ели его и после, до годовщины.

– Родственники также заранее готовились и к погребению…

– Место захоронения определяли заранее. В основном это было место рядом с ранее усопшей роднёй. Копальщиков посылали непосредственно в утро похорон. Считалось, что если вскопать могилу за день до похорон, то его займет черт и не даст покоя умершему на том свете. Чтобы могила принадлежала усопшему, её надо было посвящать. Копать родственникам запрещалось. Также запрещалось копать неженатым юношам. В основном копальщиками были мужчины среднего возраста. Могилу копали по линии восток-запад. Хоронили покойного головой на запад.

– По какому принципу определялся день похорон, как это происходило у наших предков и что из традиции мы потеряли?

– Осетины пеленали ребенка на третий день жизни. Покойника тоже хоронили на третий день. Запрещалось хоронить по понедельникам, средам и пятницам. У всего было свое объяснение. К примеру, понедельник считается днем почитания Аларды, а потому никакая жертва (кусарт) в этот день не доходит до Всевышнего... Сегодня зачастую уже отошли от традиций и хоронят в любой день. Что является нарушением всех существующих норм традиций и обычаев. Ведь у наших предков не случайно все было четко выверено.

Что же происходило в день похорон в доме покойника. На похороны женщины одевались скромно. Родственницы надевали траурные одежды. В наше время в день похорон покупают черные косынки, а для мужчин ленту. Косынки и ленту кладут на тарелку и ставят на грудь покойника. Женщина вдова со свечкой в руках освещает их. Затем свечку ставят в стакан с пшеницей у изголовья, а тарелку уносят. Скорбящие женщины привстают причитая, берут косынку и кладут обратно со словами: «не хочу твой подарок». На третий раз косынку надевают. Черное платье и сорочку тоже надо обязательно освещать. Мужчинам повязывают ленту на рукав или нашивают на грудь. Последнее время часто можно встретить молодых людей с фотографией на груди в обрамлении черной ленты. Это категорически неприемлемо. Носившие траур должны были быть скромными во всем и, в первую очередь, в одеянии. Принято, чтобы они были скромны также в поведении, не посещали общественные праздники, разумеется, не сквернословили. Сегодня многое из всего этого утеряно. Некоторые ныне носят траур как некую дань традиции, не вкладывая в это истинный смысл. При этом траур некоторые носили целый год…

Продолжая разговор о дне похорон надо сказать, что ближе к полудню старшие родственники и соседи заходили в комнату, где был покойный. Просили выйти всех женщин, кроме родственниц. У изголовья клали несколько постных закусок от погребальной еды и напитков. Молодые ребята заносили крышку гроба и ставили ее слева от покойника. Старший из мужчин выступал вперед с тремя свечками. Одну из них он зажигал в честь Бога, двумя остальными он поминал усопшего. С напитком в руках поминали покойного и родственники. При этом никто не выпивал напиток до конца. Портрет давали женщине и она с причитаниями должна была вынести его во двор. Мужчины закрывали дверь в комнату, где находился гроб. Молодые ребята поднимали его и три раза стучали им о дверь, затем покойника выносили вперед ногами во двор и ставили его на специально приготовленное место. Крышку ставили слева от гроба. Открывался траурный митинг. О жизни и деятельности покойного рассказывал старший родственник из фамилии, заранее подготовленный. Желающему выступить, помимо старшего представителя фамилии, говорили заранее и он также собирался с мыслями. Экспромт в таких случаях не лучший советчик. Выступающие говорили коротко, при этом все остальные присутствующие не разговаривали между собой. В наше время все происходит, к сожалению, иначе. Иногда портрет выносит родственник-мальчик. Цветы и венки выносят молодые девушки и юноши. На митинге выступающие говорят много и потом спрашивают, есть ли желающие еще выступить. Между тем присутствующие громко разговаривают. А это уже элементарное проявление неуважения к покойному. Я, честно говоря, часто встречаюсь с подобным явлением – зачем, для чего ты в таком случае пришел на поминки, неужели так трудно проявить участие, проникнуться утратой. Поминки это же не место для встреч и разговоров. Потом у вас будет время поговорить, а пока отдайте должное…

После того как митинг заканчивался, молодые подходили и поднимали гроб. Несли его вперед ногами приподняв гроб со стороны головы. По поверью это делалось для того, чтобы покойник не смог найти обратно дорогу, иначе в доме мог появиться еще один покойник. Перед выносом гроб поднимали три раза, давая понять душе, чтобы она следовала за телом. За гробом шли женщины из семьи, затем все остальные женщины, а за ними мужчины. Вся процессия обязательно шла до самого кладбища. Я подчеркиваю – вся процессия. Еще в советское время это было естественно. Человека, что называется, полноценно провожали в последний путь. И не только в селах, но и в самом Цхинвале. Думается, люди старшего поколения это спокойно могут подтвердить. В последние годы прошлого века родственники даже стали заказывать в частном порядке автобусы для провожающих покойника. В нынешнее же время до кладбища доходят лишь ближайшие родственники и друзья. Все остальные провожают до ближайшего поворота, после чего возвращаются к поминальному столу и рассаживаются, хотя покойника еще на тот момент не предали земле.

…На кладбище гроб ставили рядом с могилой, прислонив к нему крышку. У могилы собирались родственники, причитали женщины, всем видом выражали скорбь мужчины. Произносились напутственные слова. Ясно осознавалось, что это последние минуты прощания с членом семьи. Но даже в такие моменты никто не нарушал норм этики. Все было сдержанно. Старший из присутствующих давал указание, чтобы закрыли лицо покойного, развязали ему руки и ноги, затем накрывали гроб крышкой. Мужчины опускали гроб в могилу. Родственникам не принято было участвовать в погребении. Но первыми горсть земли в могилу бросали именно родственники. Все эти тонкости необходимо соблюдать. Далее, лопату при закапывании не принято было передавать из рук в руки. Ее ложили на землю, а другой подбирал. Связано это с тем, что при постройке домов, башен все стройматериалы передавались из рук в руки (æнæскъуыйгæ). Тем, что лопата кладется на землю, подчеркивается, что жизнь оборвалась.

Отдельный разговор непосредственно о самих поминках, поминальном столе. Это тоже целый обряд, который надо соблюдать и придерживаться норм. Жертвенное животное – кусæрттаг приводили в дом семьи покойного за день до похорон. Причем для женщины-покойницы приводили корову, а для мужчины-покойного быка. Его не кормили ничем. Рано утром рядом с животным старший по возрасту с рогом в руках и свечой произносил молитву во имя Бога и Уастырджы, просил благословения семье покойного, чтоб те ниспослали отныне только счастье и радость в семью покойного, чтоб отныне столы накрывались по причине радостных событий (цины фынгтæ). Младший из юношей держал поднос с хлебом и солью. Этой соли давали отведать жертвенному животному. Закончив речь хистæр подносил свечу к виску животного, слегка подпалив шерсть. Затем резали животное. Близким родственникам не положено было резать.

Что касается столов, то их накрывали до возвращения людей с кладбища. Сегодня многие считают, что чем обильнее стол, тем больше угождают усопшему. Но и это в корне неправильно. Столы были скромны, ведь это был поминальный стол и он должен был заметно отличаться от стола годовщины. На поминальный стол, помимо солений, подавали сыр, фасоль, мясную похлебку (хæринаг), вареное мясо мелкими (!) кусками, плов. Обязательно варили пшеницу, размешивая с орехами. Последнее время добавляют изюм и мед. Зерна пшеницы ассоциируются с бессмертием человеческой души, поэтому его должен был попробовать каждый сидящий за поминальным столом. Никакого изобилия на столе быть не должно. А значит никакой икры, блинчиков с мясом, пирогов и т.д. Свой порядок существует и при рассаживании за поминальным столом. Когда трапеза начиналась Старший зажигает пока одну свечу и произносит первый тост в честь Всевышнего, желая семье и присутствующим благорасположения (после первого тоста за поминальным столом закусывать не положено). Второй тост – в честь усопшего произносится стоя. Зажигают две свечи. И после нескольких пролитых капель садятся и сидя выпивают содержимое. За стол не принято было садиться молодым людям.

– Часто возникают споры вокруг того, сколько тостов должен произнести за поминальным столом кувæг. Как изначально было принято у наших предков?

– Вообще тостов должно быть восемь, семь из них за упокой, один за здравие. Перед последним тостом за упокой выносят плов. К огромному сожалению, сегодня многие за поминальным столом забывают, зачем пришли. Это вина, в первую очередь, безусловно, старшего. Иногда тосты доходят до абсурда, изощряясь, многие вспоминают не только детей Беслана, но доходят аж до жертв Финской войны. Зианæн кад скæнын хъæуы. К тому же многие, произнося первый тост за Всевышнего, часто по незнанию добавляют еще и Уастырджы, что также в корне неправильно. За столом не принято также курить, угощать друг друга, громко разговаривать, возражать старшему, естественно, напиваться. Словом, надо было вести себя уважительно по отношению к покойнику…

Непосредственно после похорон, тем же вечером женщины семьи покойного брали мелкий хворост, воду и шли на кладбище. Они разжигали небольшой костер непосредственно на могиле. Этим они предавали покойному его долю огня (йæ арты хай). Затем у изголовья, на том месте, где будет стоять памятник, поливали водой и уходили домой. Этот обряд повторялся три вечера подряд. Отмечались на третий день небольшие поминки (æртыбон). Отмечали той же пищей, что было на похоронах. Пеклись только три пирога – нæуæг хойраг. На кладбище шли только женщины.

– Один из наболевших вопросов в обществе, это следующие до сорокодневных после похорон поминок обременительные сабатизæртæ.

– Дело в том, что этот обычай также претерпел коренные изменения. Изначально сабатизæртæ справляли только женщины и исключительно на кладбище. При этом никакого жертвоприношения не делалось. Участие мужчин в сабатизæртæ строго воспрещалось. Многие это знают, но никто не решается быть первым в возвращении к исконным традициям.

– Часто также возникает вопрос, с какого дня отсчитывать сорокодневные поминки.

– Конечно же, со дня смерти, когда душа покидает тело, а не со дня похорон. По поверью душа покойного до сорока дней находится в доме. Поэтому до этого срока готовятся спальные принадлежности, покупаются одежда и обувь (фæлдисинæгтæ). В день сорокодневных поминок на кладбище женщины снимают траур, вдова вешает платки на ограду могилы. Мужчинам траур снимает вдова. Самим бриться не полагалось, для этого в дом приглашали парикмахера или же брили соседи. Все, кто носил траур, в дом покойного приносил на сорокодневные поминки подношение (тугуадзын)...

Похоронная обрядность осетин очень обширна и многозначительна. Фактически каждый ее элемент имеет свое историческое объяснение. Часть я попыталась раскрыть в своей готовящейся к печати книге, которая, возможно, вызовет споры, поскольку многие обычаи на сегодняшний день изменены, зачастую до неузнаваемости. Но объять этот традиционный и, пожалуй, самый масштабный пласт осетинской национальной традиции будет очень сложно. Тем более в рамках газетного интервью. Мы может с вами и сейчас разговаривать по похоронным традициям и обычаям несколько дней и все равно «белые пятна» останутся. При этом, безусловно, похоронная обрядность осетин ждет дальнейших исследований… Но то, что издание, регламентирующее порядок и ход похоронного процесса необходимо, думается вряд ли кто оспорит.

Мадина Цховребова

Кандидат исторических наук Аза Кокоева: «Похоронная обрядность осетин ждет дальнейших исследований…»

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Октябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 

Популярно