Север и Юг Осетии. История национального подвижничества

1-10-2012, 18:36, История [просмотров 2134] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Север и Юг Осетии. История национального подвижничестваВ новейшей истории Южной Осетии было два трагических события – геноцид 1920 года и кровавый период 1989-2008 гг. Они сходны между собой вооруженными погромами юга Осетии, этническими чистками, исходом населения, последующей экономической разрухой. Вместе с тем именно эти годы стали периодом подъема национально-освободительного движения, возрождения национального самосознания и этнической общности. Именно в эти годы, как никогда в другие периоды существования разделенного осетинского народа, на передний план выходила общенациональная солидарность.

В марте 1921 года в Южной Осетии была установлена Советская власть. Грузинские меньшевики и их пособники, в течение нескольких лет проводившие националистическую политику в Южной Осетии, были выбиты Красной Армией большевиков из Грузии. В осетинские села и город Цхинвал вернулось осетинское население, вынужденное ранее спасаться от геноцида в Северной Осетии и северокавказских республиках. Вернулось на пепелища, к вытоптанным полям и вырубленным садам. На всем протяжении от Цхинвала до селения Рук в предгорьях Главного Кавказского хребта не осталось ни одного не сожженного населенного пункта. И в самом Цхинвале дома осетин были либо сожжены, либо разграблены.

В Южной Осетии в это время сложилась тяжелая экономическая ситуация. Не хватало  даже  простого хлеба, чтобы обеспечить население пропитанием, негде было размещать людей, органы управления вновь образованной автономной области. В Южной Осетии начался долгий и трудный процесс восстановления государственных и хозяйственных структур.

Не было средств, вся Страна Советов лежала в руинах гражданской войны и разрухи. Но уже с середины 20-х годов в Южной Осетии происходит настоящий подъем хозяйственной и культурной жизни. Начинают работать промышленные предприятия, развивается сельское хозяйство, организуется курортно-лечебная индустрия. В культурной жизни также заметны серьезные подвижки. Надо отметить, что именно период с 1925 по 1935 гг. был в Южной Осетии временем общего подъема всех сфер жизни. Открывает свои двери новый театр, образуется государственный ансамбль песни и танца «Симд», организуется художественная школа и музей, общество краеведения, начинает прием абитуриентов педагогический институт. В 30-х годах только в Цхинвале выходило шесть периодических изданий: газеты «Хурзæрин», «Ленинон», «Мах фæлтæр», журналы «Фидиуæг», «Пролетарон аивад», «Кæфхъуындар».

Однако культурное развитие было бы невозможно без наличия людей, которые могли бы этим заниматься не только профессионально, но и с душой. Местных кадров не хватало. Тем более, что большая часть из них была «брошена» на руководящую  работу,  в растущие как грибы после дождя, государственные учреждения. Впрочем, и сегодня в государственных органах республики много научных работников, которым вместо научных изысканий приходится заниматься бумажными делами.

Интересно отметить, что в процессе восстановления отмечалась одна интересная особенность. В экономической сфере были в основном представлены кадры из России: инженеры, строители, банковские служащие. При этом юго-осетинские власти всегда старались приглашать специалистов из российских городов, пренебрегая указаниями из грузинского ЦК использовать специалистов из Тифлиса. Именно при участии российских специалистов, среди которых были русские, украинцы, евреи, строились дороги, мосты, промышленные и горнорудные производства. Правда и тогда, как и сегодня не обходилось без негативных моментов. Так, в мае 1931 года под следствием оказался инженер А.Козлов за то, «что под его руководством не были выполнены в срок и с надлежащим качеством устройство крыши кирпичного завода и строительство склада для вывозимого за границу лесоматериала».

В эти годы в Южной Осетии появляется и целый десант выходцев из Северной Осетии, которые своей деятельностью дали серьезный толчок возрождению культурной сферы. Борис Галаев – основатель национального музыкального творчества, Махарбек Туганов – создатель национальной художественной школы, Арсен Коцоев – один из основоположников  осетинской прозы. Только этот небольшой перечень говорит о том, что люди, в 20-30-х годах восстанавливающие культурную жизнь Южной Осетии, были замечательными личностями. Но они не только отдавали. Работа в Южной Осетии стала одним из важных этапов их творческой деятельности, именно здесь их творчество получило свое наивысше развитие, именно здесь они стали мастерами. Не случайно считается, что незримое национальное ядро, стержень осетинского народа находится именно на юге Осетии.

Первым представителем североосетинского культурного десанта стал известный осетинский писатель и публицист, общественный деятель Арсен Коцоев. В 1923 году А.Коцоев переезжает в Цхинвал на постоянное место жительство. В числе других писателей и поэтов Южной Осетии он принимает активное участие в организации в 1927 году нового литературно-художественного журнала «Фидиуæг». Но не только издательское дело занимало А.Коцоева. Он много энергии отдавал подготовке учительских кадров, не чурался и преподавательской деятельности. Так он проработал несколько лет простым учителем в отдаленном селении Заккор Ленингорского района. Человек, долгое время работавший в редакции российской газеты «Правда», мог бы рассчитывать в Южной Осетии на солидную должность, но посчитал более важным учить маленьких детей в глухой горной деревушке.

Еще живы в Цхинвале люди, которые помнят этого подвижника. Вспоминают, что Арсен Коцоев каждое воскресенье приходил на городской бульвар одетым в модное пальто и шляпу. Здесь сказывалась его привычка, приобретенная во время жизни в предреволюционном Петербурге и Тифлисе. Конечно, в полуразрушенном Цхинвале первых революционных лет возможностей для форса было немного. И одно из возможностей потешить свое сибаритство А.Коцоев реализовывал по воскресеньям, когда на городском бульваре был представлен местный бомонд. В этот период в Южной Осетии жили и многие осетинские писатели и поэты С.Кулаев, Ч.Бегизов, К. Фарнион, К.Короев, Ц.Амбалов, здесь же формируется группа молодых поэтов и писателей. Так что работникам пера было с кем поговорить и что обсудить.

Период жизни в Южной Осетии был для А.Коцоева одним из самых спокойных в личном и материальном плане, и плодотворным в творческом отношении. Он активно работал в терминологической комиссии, созданной при институте краеведения Южной Осетии, где разрабатывалась новая научная, топографическая и хозяйственная терминология, составлял словари, переводил книги на осетинский язык, писал рассказы, статьи в газеты. Первая книга рассказов А. Коцоева вышла именно в Цхинвале в 1924 году. Здесь же был выпущен и его второй сборник в 1929 году под названием «Избранные рассказы».

Богатый на творчество был период жизни в Южной Осетии и у одного из лучших представителей осетинской творческой интеллигенции, известного композитора, неутомимого исследователя осетинской музыкальной культуры, видного общественного деятеля Бориса Галаева. С именем Б.Галаева связано собирание осетинского музыкального фольклора. В разных ущельях Осетии им были записаны сотни образцов народно-песенного творчества и инструментальных наигрышей, большая часть которых расшифрована и исследована. Научные работы композитора открыли первую страницу в изучении осетинского народного музыкального творчества.

С 1931 года Б.А.Галаев переезжает в Сталинир (Цхинвал – ред.), где основывает музыкальную школу, в которой был и преподавателем, и директором. Школа в первые годы располагалась в помещении городской русской школы, которая стояла на пересечении нынешних улиц Комарова и Коцоева, а позже переместилась в северное крыло педагогического института.

В течение нескольких лет Б.Галаев был дирижером и директором юго-осетинского драматического театра им. К. Хетагурова. Ему же принадлежит основная заслуга в организации в 1938 году юго-осетинского государственного ансамбля песни и танца "Симд", бессменным художественным руководителем которого он являлся долгие годы. Уже в первые годы состав исполнителей ансамбля насчитывал более ста человек, включая хор, оркестр национальных инструментов и танцоров. Государственный ансамбль сыграл большую роль в развитии и популяризации музыкального искусства осетинского народа, и в этом была большая заслуга его основателя.

Б. Галаев не оставляет и научную работу. Он научный сотрудник юго-осетинского Научно-исследовательского института. За годы работы он систематически записывал в районах Осетии осетинскую народную музыку, эти записи послужили основанием для исследовательской работы. Большая часть материалов вошла в монографию композитора "Осетинские народные песни", которая была опубликована в 1964 году в Москве. В монографии автор, помимо народных песен, характеризует древние осетинские народные пляски, осетинские народные музыкальные инструменты.

Б. Галаеву принадлежит большая заслуга в развитии хоровой культуры в Южной Осетии. По его инициативе образовываются хоровые коллективы в Сталинирском педагогическом институте, при городском и районных Домах культуры. Им создавались оркестры народных музыкальных инструментов, он проводил большую работу по повышению музыкальной грамоты, музыкальной культуры  творческой молодежи.

Б.Галаев в первое время жил по улице Сталина, рядом с  сегодняшним зданием Главпочтамта. Позже, по ул. Пушкина, местные власти выделили ему земельный участок. Здесь Б.Галаев и построил себе небольшой дом. Это дом под номером 24 сохранился до наших дней. Сюда приходили представители музыкальной общественности, простые жители города и сел, интересующиеся народной музыкой. Здесь, в стенах дома композитора можно было послушать звучание традиционных национальных инструментов в исполнении маэстро. Кроме музыкальных пристрастий Б.Галаев имел и небольшое хобби: он был страстным садоводом. Лучшим подарком для него были саженцы и черенки плодовых деревьев, которые он высаживал в своем небольшом саду при доме.

Еще одной яркой личностью, приехавшей на «культурный фронт» в Южную Осетию был Махарбек Туганов. В Цхинвал он приехал в 1931 году. К тому времени М.Туганов уже был известным художником. На следующий год в апреле 1932 года он организует в Цхинвале изобразительную студию. Художественная студия помещалась в правом крыле первого этажа государственного театра. Первоначально изостудия готовила учителей рисования для школ автономной области. В 1937 году студия была преобразована в художественное училище и М. Туганов смог организовать полноценное художественное образование. Именно в стенах художественного училища и были заложены основы осетинской профессиональной художественной школы. М.Туганов в Цхинвале жил вместе с сыном, в небольшой комнатушке по ул. Сталина, 31. Сегодня в его квартире небольшой магазинчик (сейчас, правда, ходят разговоры о необходимости организации здесь дома-музея М. Туганова). Жил он скромно, порой отдавая часть своего небольшого заработка на приобретение красок и холстов для изостудии. Но именно на период работы в Южной Осетии Тугановым приходятся его основополагающие знаковые работы, в числе которых особое место занимает воссоздание героических образов и фрагментов сказаний Нартского эпоса.

А.Коцоев, Б.Галаев, М.Туганов это только несколько наиболее ярких представителей интеллигенции Осетии, которые на десятилетия связали свою жизнь с Южной Осетией, добившись именно здесь наибольшего расцвета в своем творчестве. Но были еще десятки других осетин, которые, не считаясь с символической оплатой труда, приезжали в Цхинвал, оставляя свою прежнюю работу, благоустроенный быт. Попытка перечислить их всех едва ли удастся. Вот только несколько имен. Первый ректор педагогического института Г.Дзилихов, преподаватели Г.Бе-коев, И.Гуцунаев, П.Гадиев, Ф.Гутиев, автор первого учебника математики на осетинском языке Г.Калоев, художественный руководитель ансамбля «Симд»  В.Бирагов, драматург К.Калоев, театральные художники В. Газданов и А.Хохов…

Но не только деятели искусства приезжали восстанавливать Южную Осетию. Были среди них и яркие государственные деятели. Среди этой категории особенно выделяется Таутиев Борис (Абдулбекир). Он родился в Турции в семье осетинских переселенцев, в 1919 году его семья переехала в Северную Осетию, где Б.Таутиев активно участвует в комсомольском движении. Позже работает на ответственных партийных должностях в Баку и Москве. В 1934 году по личной просьбе его переводят в Южную Осетию, где он возглавляет юго-осетинский Обком партии. Но не только дела партии коммунистов беспокоят Б.Таутиева. Именно он становится в эти годы во главе движения по объединению южной и северной частей Осетии. Со временем эти действия Б.Таутиева становятся столь активными, что вызывают серьезное беспокойство в Тбилиси. Однако настоятельные советы из ЦК Грузии неугомонному «северянину с турецкими корнями» ни к чему не привели. Только в 1937 году власти Грузии смогли пресечь «антисоветскую, националистическую деятельность партийного руководства Южной Осетии». Б.Таутиев был вызван в Тбилиси, где его арестовали и после непродолжительного следствия – расстреляли.

Сегодня трудно понять, что именно, помимо патриотической составляющей, заставляло выходцев из Северной Осетии приезжать в Осетию Южную. Транспортное сообщение, не в пример сегодняшнему, было намного затруднительнее. Дорога шла через Грузию и не вызывала особенного энтузиазма у путешественников. Говорить о том, что существовали тесные интеграционные связи также не стоит. В административном и культурном отношении Южная и Северная Осетия на протяжении долгих лет существовали раздельно. Наверное, дело в другом. Представителей интеллигенции влекло на юг и то, что здесь строилась фактически новая действительность. Без бюрократизма, который порой насаждал Центр. Отдаленность Цхинвала от Москвы и неприемлемость указаний из Тбилиси, создавали в столице юго-осетинской автономии особую свободную атмосферу. Здесь все создавалось заново и порой в первый раз. Чем не простор для инициативы и реализации творческих планов! При этом скудность материального обеспечения и неустройство быта с лихвой компенсировалось свободой самовыражения. Да и умеренный климат Южной Осетии только благоприятствовал добрым начинаниям.

Подвижничество северных осетин стало тем катализатором, который дал толчок развитию общественной и культурной жизни Южной Осетии. При этом многие основы национального культурного здания были заложены именно на юге Осетии. Первый  осетинский литературно-художественный журнал «Фидиуаг» был создан в Цхинвале в 1927 году, и только в 1934 году в Орджоникидзе (Владикавказ – ред.) начинает выходить журнал «Мах дуг». Первая профессиональная театральная труппа также была создана при юго-осетинском театре в 1931 году, и только  в  1935 году профессиональный национальный театр открыл свои двери в Северной Осетии. Именно в Южной Осетии были открыты первые специализированные национальные учебные заведения – педагогический техникум, музыкальная школа, художественное училище, медицинский техникум...

Плеяда представителей северной части осетинского народа в те годы стала частью юго-осетинского общества. Жила теми же проблемами, что и другие жители. Не требуя себе отдельных квартир, повышенной зарплаты, командировочных и личных автомобилей. И тем более никто из них не становился фигурантом каких-либо скандалов. В самой Южной Осетии также существовало достойное представительство национальной интеллигенции. Редко кто из партийных и хозяйственных руководителей тех лет не имел высшего образования, полученного в Москве или Петербурге. Это была так называемая «царская интеллигенция», среди которой выделялись Рутен Гаглоев, Пора Джиоев, Александр Тибилов, Бидзина Кочиев, Захар Ванеев и др. Поэтому здесь сложился союз равных, объединенных общим порывом создания фундамента новой национальной культуры.

При этом в Южную Осетию, хочется особо отметить, приезжали не те, кто не смог себя реализовать на прежнем месте, не изгои и неудачники, а наилучшие представители осетинского народа. Юг манил их к себе своей энергетикой, воздухом свободы, свойственным Южной Осетии тех лет. И это не был организованный процесс. Каждый из приехавших сюда, руководствовался своими личными мотивами. К тому же, сами руководители Южной Осетии были, прежде всего, борцами за национальное самоопределение, а уже потом большевиками. В этом было отличие национальных политических элит юга и севера Осетии. Поэтому в культурной сфере Южная Осетия была своеобразным островком формирования национальной идентичности.

 

Роберт Кулумбегов

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Февраль 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728 

Популярно