«Борьба за независимость Южной Осетии началась с защиты осетинского языка»

5-07-2017, 20:04, История [просмотров 158] [версия для печати]
  • Нравится
  • 1

«Борьба за независимость Южной Осетии началась с защиты осетинского языка»Принято считать, что началом национально-освободительного движения в Южной Осетии стал день 23 ноября 1989 года, однако противостояние нашего народа грузинскому национализму началось двумя-тремя годами ранее открытого похода на Цхинвал. Вспоминает одна из активных участниц народно-патриотического движения, доцент, кандидат филологических наук Зоя Битарти:

– Уже начиная с 1986 года руководство и интеллигенция Грузии стали открыто озвучивать националистические идеи и лозунги, призывая свой народ к объединению против представителей других наций, проживающих на территории союзной республики. Прекрасно помню, как в середине 86-го года по грузинскому телевидению выступил академик Лордкипанидзе и, размышляя о судьбе своей страны, затронул и тему присутствия на ее территории представителей других национальностей, которые, по его мнению, должны «знать свое место». Он так же добавил, что пойдет с кинжалом на каждого осмелившегося сказать хоть одно слово против грузинского народа. Естественно, если подобного рода призывы звучат из уст ученых такого уровня, а авторитет людей науки в советское время был непререкаем, простой народ тоже «пробуждается» и уже довольно скоро антиосетинские настроения стали явно чувствоваться и среди грузинского населения Цхинвала. Преподаватели-грузины нашего пединститута стали проводить собрания как в стенах вуза, так и на улице, перед 1-ой грузинской школой. Сказать, что мы не были в курсе того, о чем они размышляли и какие темы обсуждали, – нельзя, но мы пока как-то не придавали особого значения изменившемуся поведению своих коллег. Ведь, в принципе, то, что они обсуждали, было несерьезно, поскольку все сводилось к тому, что грузины – особенная, избранная нация... В 1988 году местная грузинская интеллигенция в селе Ередви провела большое собрание, куда съехались практически все жители грузинских сел, что, как говорится, яблоку негде было упасть. Перед собравшимися выступил и Звиад Гамсахурдиа. Уже не помню как, но через несколько дней ко мне попал протокол этого собрания. Ознакомившись с речью Гамсахурдиа, я пришла в ужас – это были открытые призывы к уничтожению осетинского народа. Практически в то же самое время в газете «Коммунисти» была опубликована государственная программа развития грузинского языка, согласно которой грузинский язык официально должен был стать единственным государственным языком на всей территории Грузии. Это означало фактическую дискриминацию осетинского языка. Практически сразу же в Южную Осетию стали ввозиться печатные машинки с грузинским шрифтом с целью заставить вести всю официальную документацию госорганов на грузинском языке. Кроме того, вся документация, поступающая из Тбилиси, уже была составлена на грузинском языке. Вспоминается случай, когда на имя Эдуарда Кокойты, тогда секретаря Горкома комсомола, поступили какие-то документы из Тбилиси на грузинском языке, он расписался на них – «Бахатыр кæнут, нæ сæ бамбæрстам» – и отправил их обратно. Сейчас, конечно, это вызывает улыбку, но тогда нам всем было не до смеха.

Как я уже сказала, серьезным толчком к пробуждению национального сознания стало опубликование программы развития грузинского языка. В институте многие стали высказывать мнения против ее реализации, в разговорах между собой мы сходились во мнении, что этому нужно противостоять любой ценой, но никто не знал, как это можно сделать. Речь об отстаивании территории не шла вообще, в то время никто не мог даже представить вариант вооруженного вторжения, мы просто хотели отстоять право на свой родной язык, национальную культуру. Но и это понимали далеко не все. В начале ноября 1988 года мы небольшой группой собрались в научном институте. Соня Хубаева, Алан Чочиев, Зелим Цховребов, Мурат Джиоев, Заира Хугаева, Зара Абаева, Алан Парастаев (ныне живущий в Санкт-Петербурге, не путать с другим), Зема Тедеева и я решили создать инициативную группу по поддержке статуса осетинского языка, и в тот же день обратились к ректору ЮОГПИ Р.С. Кабисову о проведении собрания по данному вопросу. По стечению обстоятельств состоялось оно 23 ноября 1988 года, то есть ровно за год до известного похода на Южную Осетию. Было принято решение проводить эти собрания периодически и с каждым разом количество наших единомышленников все больше увеличивалось. Уже в первый месяц нашей деятельности к движению присоединились Нафи Джуссойты, Людвиг Чибиров, Хаджи-Мурат Дзуццаты, Владимир Икаев, Хаджи-Мурат Алборов и другие. Кроме того, по моей инициативе при кафедре осетинской филологии функционировал студенческий клуб «Ныхас». Мы поднимали темы, которые влияли на национальное самосознание молодежи и выносили их на заседания клуба. Это были вопросы традиций, обычаев, культуры нашего народа, кроме того в рамках клуба практиковались встречи с выдающимися представителями осетинской интеллигенции. Это все, конечно же, влияло на патриотическое воспитание молодежи, порой на наших вечерах принимало участие свыше 100 человек. К примеру, участником наших заседаний был Валера Хубулов, другие яркие представители молодежи, которые впоследствии составили основу национального движения. Агрессия Грузии же нарастала с каждым днем, заявления и публикации носили явно националистический характер. К примеру, в апреле 1989 года в одной из грузинских газет была опубликована статья некоего Кванчилашвили, в которой он обратился к руководству Грузии с предложением запретить проживающим на территории Грузии представителям других национальностей иметь более двух детей. Такого рода призывы стали звучать все чаще, и каждый выпад грузинской стороны вызывал новую волну протеста в осетинском обществе, народ стал понимать, что без принципиального противодействия нас как нацию могут попросту стереть с лица земли. К тому времени наше движение уже насчитывало порядка 1500 человек, в рамках пединститута нам становилось уже тесно и мы приняли решение о создании организации, потребовали от властей области предоставить нам место для сборов. По сути, это было на тот момент, конечно же, оппозиционное движение, но повлиять на народный порыв защитить интересы нации никто не мог. Как известно, сила народа велика в единстве. В итоге нам предоставили здание по улице Кочиева (бывшее здание «Симда»). И мы, собравшись в очередной раз, избрали президиум организации, имя которой – «Адæмон Ныхас» – дал Владимир Икаев. В состав Президиума вошли Владимир Икаев, Зелим Цховребов, Алан Чочиев, Людвиг Чибиров, Дзуццаты Хаджи-Мурат и Нафи Джуссойты. Первоначально председателем организации избирались и Нафи Джуссойты, и Хаджи-Мурат Дзуццаты, но оба отказались. После этого остановились на кандидатуре Алана Чочиева. Последующие месяцы, деятельность «Адæмон Ныхас» еще больше активизировалась. Была разработана и принята символика национального движения, программа развития осетинского языка… Рассказывать о том, что происходило в Южной Осетии после 23 ноября 1989 года, думаю, не имеет смысла, об этом сказано и написано много, воспоминания очевидцев тех событий достаточно подробны. Важно вспомнить, что борьба осетинского народа против грузинского национализма началась, в первую очередь, из-за реальной угрозы исчезновения родного языка.

Записала Рада Дзагоева

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Сентябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Популярно