Министр экономического развития Геннадий Кокоев: «Итальянцы отметили высокое качество юго-осетинского зерна, но мы все еще остаемся импортерами муки…»

17-10-2017, 12:52, Экономика, Интервью [просмотров 133] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Министр экономического развития Геннадий Кокоев: «Итальянцы отметили высокое качество юго-осетинского зерна, но мы все еще остаемся импортерами муки…»«Пока мы не научимся работать так, чтобы люди приходили на работу и что-то делали, производили, чтобы на выходе получалась находящая спрос продукция, пока мы не войдем в такой ритм, у нас будут сложные экономические времена. Надеюсь, что ситуация в скором времени изменится к лучшему, потому что так дальше продолжаться не может» – заявляет министр экономического развития РЮО Геннадий Кокоев.

Какие задачи и планы у одного из ведущих министерств страны, проблемы, образовавшиеся в результате развала Советского Союза и последствий геноцида осетинского народа на рубеже веков и, главное, как и какими способами и направлениями необходимо развивать экономику страны в эксклюзивном интервью нашей газете рассказал сам министр.

– Геннадий Герсанович, если можно, начнем наш разговор об экономическом форуме, который недавно прошел в Арцахе. Как известно, Вы тоже были его участником. Расскажите несколько подробнее о нем и какие отличительные моменты Вы бы могли выделить, отметить для нашей страны?

– Если политические контакты между Нагорным Карабахом и Республикой Южная Осетия имеют свою историю, мы обмениваемся делегациями при государственных праздниках, участвуем в мониторинге выборов, то экономический блок фактически впервые принял участие в межгосударственных связях. Прошедший форум был посвящен 10-летию со дня образования Арцахского инвестиционного фонда, в ходе которого были показаны результаты деятельности фонда. И надо сказать, эти результаты впечатляют. У Нагорно-Карабахской республики серьезные достижения в экономике и Инвестиционный фонд играет в этом не последнюю роль. Думаю, что этот опыт заслуживает внимания и, в какой-то мере, заимствования.

С нашей стороны мы тоже пытаемся организовать что-то подобное, но немного скромнее по объему финансирования. На будущий год, и это уже определено, открывается фонд льготного кредитования малого предпринимательства, начнется поддержка этой сферы со стороны государства. Надеюсь, что данная поддержка будет максимально эффективной. Здесь будет использован, в том числе, и опыт Инвестиционного фонда Арцаха.

Несколько примеров. Во-первых, Республика Арцах на сегодняшний день уже закрывает свои потребности в продовольственном зерне, полностью обеспечивает себя своим хлебом и более того, вывозит излишки в Армению. Кроме того, Нагорный Карабах полностью обеспечивает себя электроэнергией. Несмотря на ограниченность мощностей гидроэнергоресурсов, здесь работает 15 ГЭС, и они строят еще 3 для того, чтобы стать даже экспортёром электроэнергии. Т.е. только уже это примеры заслуживают серьезного внимания, если учитывать, что мы не вырабатываем ни одного киловатта своей электроэнергии и не выпекаем ни одного килограмма хлеба из местного продовольственного зерна. Есть что позаимствовать у Арцаха и в горнорудной промышленности. В НКР работает предприятие «BS mettals», которое перерабатывает медную руду в концентрат и вывозит ее в на экспорт сначала в Армению, а потом через Армению в Китай. Доходность этой деятельности очень высокая. Кроме того, можно отметить развитый агропромышленный комплекс, это и виноградарство, и виноделие, производство коньяков и т.д.

Наша делегация встретилась с госминистром (председатель Правительства) Араиком Арутунян, приняла участие непосредственно в форуме, в пленарном заседании. Сразу оговорюсь, какого-либо документа подписано между нашими государствами не было, т.к. в Арцахе на сегодня новое руководство и правительство, и они пока только входят в курс дела. Но есть понимание упрочения контактов, в т.ч. и в экономической сфере, несмотря на то, что и в экономической и политической сфере логистические риски очень высоки. Но, насколько я понял, руководство Республики Арцах это не смущает. Здесь готовы к сотрудничеству, открытию торговых представительств, торговых домов.

– Не могут ли возникнуть трудности из-за определенной отдаленности Южной Осетии от Арцаха в реализации различных проектов и программ?

– От сложностей никто не застрахован. К тому же на большие расстояния можно перевозить те товары, которые имеют высокий уровень добавленной стоимости и которые доступны для перевозки на длинные расстояния. Это может быть, допустим, тоже виноградарство, кроме того, в Арцахе собирают наручные часы, ювелирные изделия. Словом здесь есть определённые наработки и в дальнейшем они будут развиваться.

– Вернемся в собственные экономические реалии. Как известно, Президент поставил задачу довести доходы бюджета в этом году до миллиарда рублей. Каким образом будет решаться данная задача? За счет инвестиции или есть другие возможности?

– Прежде всего, за счет организационных мероприятий. Инвестиции это долгосрочное вложение капитала, которое может дать поступления в бюджет только по истечении инвестиционной фазы. После этого заканчиваются «налоговые каникулы» и начинаются выплаты государству.

А здесь надо искать внутренние, скрытые резервы. В частности, интенсификация работы действующих предприятий и организаций, которые могли бы отдавать в бюджет гораздо больше, чем сейчас. И эти резервы есть. Касается это, прежде всего, повышения производительности труда, и налоговой сферы. Президент отдал распоряжения в основном двум ведомствам – министерству экономического развития и Комитету по налогам и сборам. Это задания, на которые мы должны быть ориентированы. Думаю, что Южная Осетия с этим справится. Более того, те 2% доходной части бюджета, которые мы планировали направить для формирования Фонда льготного кредитования малого предпринимательства, вырастут с 17 миллионов в текущем году до 20 миллионов в 2018 году. Для кого-то это может покажется не очень большой суммой, но относительно небольшие кредиты для многих фермеров, предпринимателей являются достаточно существенными.

Думаю, что со временем мы будем только наращивать поступления в бюджет, это в наших интересах. Я считаю, что это и способ экономического выживания Алании в создавшейся ситуации. У нас какого-то другого вектора развития нет.

– Вы упомянули внутренние резервы. Насколько министерство экономики помогает малому бизнесу, чтобы этот сектор развивался?

– Со стороны данной сферы в адрес руководства исполнительной власти республики имеются нарекания, смысл которых в том, что за последние 8-9 лет из государственных средств, каких-то других фондов, не было выделено ничего. Только средства на компенсацию малому предпринимательству тех потерь, которые были понесены в войне августа 2008-го года. После этого никакого внимания данной сфере не уделялось и в настоящее время мы пытаемся эту ситуацию переломить. Министерство экономики отдает себе отчет в том, что сфера малого предпринимательства совершенно необходимый фактор экономического развития страны. Это и способ решения проблем трудоустройства и сохранение социальной стабильности и в том числе способ разгрузки государственного бюджета. Мы будем в этом направлении работать и надеюсь, что результат будет достаточно серьезный.

Мировой опыт показывает, что после серьезных катаклизмов – войн, блокад, именно сфера малого предпринимательства всегда становилась тем фактором, который помог вытащить многие страны из экономического кризиса. Нам пока, к сожалению, похвастаться особо нечем. Ресурсов у Республики до этого не было, сейчас они, надеюсь, появятся.

– Вы раньше говорили, что у министерства экономического развития есть система регулирования цен. У нас всегда повышаются цены, исходя из курса доллара. Но когда доллар возвращается на прежний уровень, то цены не меняются, наоборот, они продолжают расти.

– Надо отдавать себе отчет в том, что прежней плановой экономики в том виде, в котором она была в советский период, уже нет. Мы живем в системе экономики рыночного плана и поэтому контролировать все цены и тарифы на товары и услуги мы не можем. Цена формируется исходя из себестоимости. Значительная часть тех товаров и услуг, которые мы получаем и оплачиваем, импортируемые.Соответственно, те организации, которые сюда их поставляют, диктуют свою ценовую политику.

Мы можем регулировать некоторые стратегические тарифы. Например, на электроэнергию и газ, на продукцию местного предприятия хлебобулочных изделий. Мы также в состоянии регулировать поставки продуктов питания в детские дома, дошкольные и школьные учреждения, министерство обороны. Там мы можем относительно воздействовать на ценообразование. У нас есть в этом и полномочия, и специалисты, которые в данном направлении работают. Насколько мне известно, Парламент тоже выработал проект Закона о государственном регулировании цен и тарифов.

Но, подчеркну, мы не можемполностью контролировать все цены. Тем более, Вы сами упомянули внешние факторы, рост курса доллара и это тоже влияет на нас. В значительной мере мы сможем определять цены, когда сможем производить те продукты и услуги, которые могли бы здесь вырабатывать. Это касается и хлебобулочных изделий. Так, у нас есть примеры, когда наши фермеры выращивают великолепное по количеству и качеству зерно. Эти примеры надо поощрять и обеспечить для таких фермеров и предприятий наиболее благоприятные условия, и обеспечить им также рынок сбыта, что является для них определяющим. К примеру, к нашему зерну, которое вырастили в с. Орчосан Ленингорского района, проявили интерес итальянцы, побывавшие у нас на праздновании Дня Республики 20 сентября. Все качественные характеристики произведенного зерна им абсолютно подошли. Более того, они сказали, что это зерно самого высокого качества, и они могут использовать его для производства муки и макарон. Будет немного нелогично, если мы будем экспортерами зерна, оставаясь при этом импортерами муки. Между тем итальянцы проявили твердое намерение в будущем покупать наше зерно. Они взяли несколько проб из Ленингорского района для лабораторного анализа.

Кроме зерна мы можем заниматься производством мясной и молочной продукции, овощей, фруктов, винограда... При этом их качественные характеристики будут превосходить завозимые сюда товары. В этом случае мы можем регулировать цены посредством наших внутренних рыночных механизмов, когда мы создадим конкуренцию ввозимой продукции. Тогда цены придут в соответствие с реальными доходами населения. Это стратегическая линия, по которой мы должны идти.

– Местная продукция зачастую более дорогая, чем привозная. В этом плане что-нибудь изменится?

– Ценообразование местной продукции в значительной степени связано с ценами на ввозимую продукцию. В объемах пока наше местное производство уступает тому потоку товаров, который идет сюда. Соответственно экспортный товар имеет преимущество в цене, т.е. цена более низкая. Чтобы компенсировать свои потери, местные производители идут на повышение цен, потому что их продукции немного. Известно, что когда продукции мало, цена на нее вырастает. И здесь бессмысленно взывать к совести или патриотизму продавцов. По сути, эти производители пытаются противостоять в конкуренции с внешними товарами.

В этой ситуации многие спрашивают, почему мы не занимаемся протекционизмом, повышением внешних пошлин для ввозимых товаров. Но мы не можем себе этого позволить, пока не удостоверимся в том, что те объемы, которые производятся местными производителями, полностью удовлетворяют нужды населения. После того, как это произойдет, имеет смысл говорить об установлении таможенных пошлин на экспортный товар.

Я уверен, что мы должны идти именно по пути обеспечения себя качественными, экологически чистыми продуктами, потому что от этого зависит не только экономическое благополучие граждан Алании, но и здоровье и долголетие жителей Республики.

Надо также понимать, что приоритет при завозе на территорию Южной Осетии отдается низкой цене. А низкие цены в северо-кавказском регионе – это цены со значительными скидками и, соответственно, невысоким качеством продукции. Ну а многократные примеры поступления некачественной продукции свидетельствуют о том, что наше здоровье подвергается очень серьезным испытаниям. Поэтому я уверен, что произведенная нами продукция, если она получит доступ на рынки России, сможет там конкурировать, только в случае маркирования как «ЭКО», т.е. экологически чистая продукция, или «БИО». Сейчас получить доступ на северо-кавказские рынки при вывозе нашей продукции можно только при соблюдении качества, которое соответствует этим двум маркировкам.

…Я побывал уже и в Луганской народной республике и в Республике Арцах и могу сказать одно – в Южной Осетии многое делается не так, как надо в экономической сфере. Многое надо менять, в том числе и на уровне социального психотипа. К примеру, в Луганске создан запас зерна на 400 тысяч тонн. И в Арцахе и в Луганске реализуют промышленную высокотехнологичную продукцию. Пока мы не научимся работать, чтобы люди приходили на работу и что-то делали, производили, чтобы на выходе получалась находящая спрос продукция, пока мы не войдем в такой ритм, у нас будут сложные экономические времена. Надеюсь, что ситуация в скором времени изменится к лучшему, потому что так дальше продолжаться не может.

Мари Джиоева

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 

Популярно