Дагомысское соглашение двадцать шесть лет спустя глазами участника переговоров

2-07-2018, 14:47, Даты [просмотров 31] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Дагомысское соглашение двадцать шесть лет спустя глазами участника переговоровО событиях середины 1992 года, ставших основополагающими в деле приостановления военной агрессии Грузии, на этой неделе журналистам рассказывал тогдашний глава Комитета информации и печати Южной Осетии Станислав Кочиев. В частности, рассказ политика был посвящен Дагомысскому соглашению, подписанному в Сочи 24 мая 1992 года, согласно которому грузинская и юго-осетинская стороны, при активном содействии Российской Федерации и братской Северной Осетии достигли договоренности о прекращении огня в зоне конфликта, создании Смешанной Контрольной Комиссии и Смешанных сил по поддержанию мира. Именно на основе этих договоренностей на территорию Южной Осетии 14 июля 1992 года были введены миротворческие силы, ставшие залогом хрупкого мира на долгие двенадцать лет.

Станислав Кочиев рассказал о периоде, предшествовавшем подписанию Дагомысского соглашения. «Этот документ появился не одномоментно, – рассказал бывший глава информационного ведомства Южной Осетии. – Месяцы, предшествовавшие его подписанию, пожалуй, были самыми кровавыми в современной истории Южной Осетии. Помимо многочисленных жертв особняком все же стало 20 мая, когда на объездной дороге близ селения Зар была расстреляна колонна автомашин с десятками женщин, детей, стариков. Осознание этого чудовищного преступления стало для политической элиты Республики своеобразным толчком к радикальным шагам. И уже в конце мая Парламент Южной Осетии принял Акт о государственной независимости Республики. Кажется, после этого события фашистская Грузия еще больше озверела, ежедневные обстрелы города и окрестных сел приносили десятки жертв. Российские журналисты, освещающие события в Южной Осетии также становились свидетелями бесчинств грузинских бандформирований, что, естественно, отражалось на тональности материалов, которые они печатали в своих изданиях и показывали в репортажах. В Республику стали приезжать различные делегации из Российской Федерации. Объективная оценка ситуации различными российскими политическими деятелями во многом способствовала тому, чтобы в высшем руководстве Российской Федерации наконец поняли, что идет самый настоящий геноцид осетинского народа. Россия стала активно заниматься югоосетинским вопросом».

С.Кочиев также рассказал, как проходила подготовка к важнейшим переговорам в Сочи. На уровне высшего руководства РФ было принято решение, что встреча будет четырехсторонней – помимо Южной Осетии, Грузии и России полноправной стороной в предстоящих переговорах должна была выступить и Северная Осетия. «В составе юго-осетинской делегации было пять человек – Торез Кулумбегов, я, Олег Тезиев, Валерий Хубулов и Алан Чочиев, – вспоминает Станислав Яковлевич. Делегацию Северной Осетии возглавлял тогдашний глава Республики Ахсарбек Галазов, который по дороге в Сочи внес предложение, что будет главным спикером на переговорах от осетинской стороны. О такой договоренности, конечно, многие незнали ив некоторых изданиях после встречи появились заметки, что делегация Южной Осетии вСочи вела себя пассивно».

Встреча, по воспоминаниям бывшего главы информационного ведомства, проходила надаче Руслана Хасбулатова, занимавшего вто время пост спикера Верховного совета России. «Во время переговоров делегации России иСеверной Осетии сели поодну сторону стола, Грузию иЮжную Осетию посадили подругую, – вспоминает события двадцатишестилетней давности Станислав Кочиев. – Когда Торез Кулумбегов увидел расстановку мест, он, ничего несказав, взял ис шумом, демонстративно передвинул стул на расстояние и оказался во главе овального стола. Я последовал его примеру ипоставил свой стул рядом. За нами ту же манипуляцию проделали и остальные члены делегации… Помню, это вызвало возмущение Андрея Козырева, тогдашнего главы МИД России, который и не скрывал своей явной прогрузинской позиции, новице-президент Александр Руцкой его быстро успокоил».

По словам Кочиева, это был не единственный негативный выпад Козырева по отношению к делегации Южной Осетии. Уже непосредственно во время переговоров он неоднократно настаивал на своей позиции по невозможности юго-осетинского суверенитета, акцентируя внимание присутствующих, в том числе и Президента России Бориса Ельцина на незыблемсти территориальной целостности Грузии. «Ельцину же, как мне тогда показалось, все происходящее было все равно, – продолжил Станислав Кочиев. – Переговоры шли достаточно долго, а потому происходящее его, судя по всему, изрядно утомило. Он как-то отстраненно смотрел на всех и временами «напоминал» о дружбе народов. Его поведение наталкивало на мысль, что он готов согласиться с любым итогом переговоров, лишь бы избавиться от нашего присутствия. Поддержку же нашей позиции мы находили только у двоих участников переговоров – это были Александр Руцкой и Руслан Хасбулатов. Эти два человека запросто могли пойти наперекор мнению первого лица, что подтверждало наше мнение о том, что в России на тот момент был не один центр влияния».

Еще одним вопросом, который обсуждался начетырехсторонней встрече вСочи, было создание отряда милиции особого назначения вЮжной Осетии. ОМОН в Республике к тому моменту де-факто уже был создан, принимал активное участие в отражении агрессии со стороны Грузии и, по словам С.Кочиева, его деятельности необходимо было просто придать легитимность. Именно ОМОН должен был стать силой, которая смогла бы защитить Республику в случае необходимости.

«Грузинская делегация настаивала начисленности неболее ста человек, представители Южной Осетии предлагали свою цифру– 500-600 бойцов, – вспоминает Кочиев. – После долгих споров стороны пришли ккомпромиссному решению– создать ОМОН вколичестве 350 сотрудников. Это было нелегкое обсуждение, итог которого никак не удовлетворял грузинскую сторону».

Помимо итогов и некоторых нюансов тех переговоров, многое из произошедшего тогда, по словам Станислава Кочиева, осталось за кадром. Это касается и одного весьма интересного эпизода. «Вовремя переговоров были достигнуты и некоторые такие договоренности, окоторых делегация Южной Осетии после возвращения не должна была распространяться, – говорит бывший глава информационного ведомства. – Речь идет о нашей закулисной встрече в кабинете у Руцкого, который нам пообещал, что введет миротворческие силы в Южную Осетию 7 июля, когда Ельцина не будет на территории России и исполнять его обязанности будет он. Было обещано, что в Южную Осетию войдет целый полк миротворцев в количестве более двух тысяч человек. С уверенностью в исполнении этого обещания мы и вернулись в Южную Осетию. Кстати, по возвращении из Сочи мы должны были отчитаться перед Парламентом. Здесь уже были в курсе практически всех перипетий переговоров и даже на основании репортажа грузинской тележурналистки Наны Гонгадзе… «секретного разговора в кабинете у Руцкого».

Станислав Кочиев вспоминает, что члены делегации сдержали слово и не предали огласке тайную договоренность с вице-президентом РФ, но это спровоцировало определенные подозрения и натянутость в отношениях с коллегами. Чтокасается Дагомысской встречи, то по ее итогам был подписан протокол, согласно которому в Республику вводились миротворческие силы, но без указания в документе сроков проведения операции и количественного состава военнослужащих.

«7 июля мы с Торезом Кулумбеговым вылетели навертолете прямо вовладикавказский аэропорт, куда, согласно договоренности, должны были прибыть транспортные самолеты стехникой миротворцев, – рассказывает Станислав Яковлевич. – Просидели там до полуночи, однако так и не дождались прилета спецбортов. Только наутро смогли выяснить, что Шеварднадзе, узнав каким-то образом о намерениях Руцкого ввести в Южную Осетию полк миротворцев, связался с Ельциным, находящимся заграницей, и настоял на пересмотре решения высшего руководства России».

Последующая неделя в Южной Осетии принесла новые жертвы. С 7 по 14 июля в Республике погибли десятки человек, еще около сотни получили ранения. Хотя бы последних жертв, по мнению Кочиева, можно было избежать, если бы грузинское лобби, при пособничестве некоторых кремлевских политиков, не смогло провернуть сценарий по своим правилам. В конечном итоге только 14 июля 1992 года в Республику вошли миротворцы в ограниченном контингенте – всего 350 человек, вместо планируемых двух тысяч. Но, тем не менее, в Южную Осетию пришел долгожданный, пусть и хрупкий, но мир, основу которому заложили именно переговоры в Сочи, получившие в историографии название Дагомысское соглашение...

Рада Дзагоева

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 

Популярно