Пятнадцать минут около Гения… (к 80-летию со дня рождения Высоцкого)

29-01-2018, 12:53, Даты [просмотров 334] [версия для печати]
  • Нравится
  • 6

Пятнадцать минут около Гения… (к 80-летию со дня рождения Высоцкого)В нашу жизнь Высоцкий пришел как-то сразу и для всех. Это не тот случай, когда иной человек однажды просыпается знаменитым. Скорее наоборот: это мы как-то проснулись, а вокруг все им пропитано и наполнено. Казалось, что он был всегда и являлся необходимой нужностью. И это при том, что никто его, как сейчас выражаются, не раскручивал, не создавал имя, не тиражировал стихи и песни. Наоборот, творчество Высоцкого замалчивалось, чуть ли не запрещалось. И что интересно, этому способствовали не столько официальные власти, сколько его коллеги по поэтическому, песенному, сценическому цеху. Это была жгучая ревность. То, на что у других уходили годы и тратилась масса сил, ему удавалось легко и играючи. Такое бывает только с гениями.

Высоцкий сразу стал народным, хотя никакого звания так и не был удостоен. Он не смог даже стать членом Союза писателей. Для всякого начальства он был неудобен из-за ершности, прямоты и крайней самостоятельности. На него специально вешали ярлыки дебошира, аморального типа, антисоветчика... На то время это были серьезные обвинения. Вот почему книги его стихов появились только после смерти, а первые пластинки вышли незадолго до кончины. Высоцкий очень страдал от такого отношения, и не понимал, почему это происходит. С одной стороны – миллионы почитателей, с другой – полное замалчивание. Но это, действительно, тот редкий случай, когда человек становится своим для всех. Высоцкого одинаково почитали элитные ученые и блатари, космонавты и простые трудяги. Про него говорили, что он воевал, сидел, лечился в психушке, бомжевал, занимался контрабандой и т.д. Но все это навеяно его песнями, которые были настолько правдивы, что убеждали в сопричастности автора к описываемому. Трудно поверить, что когда, к примеру, он писал песню про шахматистов, то вообще не умел играть в шахматы и пользовался консультациями друзей. И так во всем. Про воровской мир ему рассказывали бывшие лагерники, про войну – отец-фронтовик...

О Высоцком узнали по магнитофонным записям. Техники для записи тогда было мало, а хорошей – тем более. Некоторые счастливцы, попавшие на его концерт, протаскивали с собой магнитофоны. Потом записи многажды перезаписывались и разбегались по свету. О качестве не было и речи. Но все были рады и этому. Песни Высоцкого неслись из всех окон.

Цхинвал, также как и весь Советский Союз, поглотила волна всеобщего обожанияВысоцкого, поскольку эта «эпидемия» распространилась стремительно. Тогда престиж человека действительно определялся не маркой собственного автомобиля, а количество записей Высоцкого. Да и гостей зачастую зазывали отведать не прекрасного вина, а послушать записи певца. Даже сейчас многие сталинирцы могут похвастаться, что это у них первыми появились записи Высоцкого… Вспоминается эпизод, когда известный цхинвальский меломан Феликс Газзаев отправил Владимиру Высоцкому письмо (адреса он не знал, но к концу 70-х конверт можно было просто надписать: «Москва, Высоцкому»). В нем Феликс писал приблизительно следующее: «Дорогой Владимир Высоцкий! Мы Вас очень любим. Ваши песни вызывают восторг, мы их всё время слушаем. В Цхинвале у Вас очень много почитателей. Очень прошу от имени всех жителей Южной Осетии приехать в наш город и спеть нам свои песни. Дорогу и проживание мы Вам оплатим и обеспечим»... Откровенно, искренне и впечатляюще… Дошло ли данное послание до адресата, и, главное, было ли у него время, чтобы ознакомиться с лавиной подобных отправлений, но почему-то кажется, что, прочти Высоцкий это письмо, он был бы тронут и нашел бы время, чтобы приехать в Цхинвал и спеть здесь. Ведь приезжал же он по просьбам к золотодобытчикам Магадана, Сибирским лесорубам, ученым Академгородка. И ездил он не за гонорарами, а по зову сердца, для общения с почитателями.

…К тому времени, как я во второй половине 70-х перебрался в Москву для прохождения аспирантуры, популярность Высоцкого переросла все возможные пределы, и не только в столице. Из талантливого автора, актера, исполнителя он стал неким символом, идолом. И как все подобающие личности, вокруг него создавался фантастический ореол, рождались легенды, распространялись слухи. Некоторые из них не были лишены правды, поскольку, несмотря на свой статус, небожителем он не стал. Он не закрылся, не оградил себя стеной, ведя богемный образ жизни, а оставался доступным, общительным, публичным. Его можно было увидеть в любой компании. Это могла быть элита, власть имущие, успешные бизнесмены, но могли быть и простые работяги, советские интеллигенты, барыги, криминал. При этом он мог общаться и разделять застолье с просто незнакомыми людьми. Тогда еще служба телохранителей была только у главарей криминала, но Высоцкого всегда сопровождала масса самого разного люда, нередко случайного. Одним льстило находиться рядом с такой знаменитостью, другие «дружили» с чисто корыстнойцелью, и лишь единицы были рядом потому, что искренне любили и стремились помочь. И именно они спасали его от многих неприятностей и продлили, насколько возможно было жизнь Высоцкого.

К тому времени изменился и сам статус Высоцкого. Из исполнителя собственных песен он стал цитируемым поэтом, ведущим артистом самого модного в Москве театра на Таганке, востребованным киноактером, несмотря на то, что был непредсказуемым, мог сорвать намеченное мероприятие, просто исчезнуть. Режиссёры терпели его, понимая, что этот выбор предрешает успех. И съемки, к примеру, такого невероятно популярного сериала как «Место встречи изменить нельзя» также не раз сопровождались срывами.

…Разговоры о Высоцком – его творчестве, очередной выходке то и дело возникали в любой компании. Поэтому меня не покидала надежда когда-нибудь пересечься с ним. Полагать подобное позволяло и то, что среди моих знакомых было много тех, кто видел, разговаривал, жал руку Высоцкому. Я не раз ходил на поэтические вечера в Политехнический музей, в надежде, что там он выступит. Но царившие на той сцене Евтушенко, Рождественский, Вознесенский, Ахмадулина и близко не подпускали туда Высоцкого. Мне удалось даже дважды побывать на постановках на Таганке, что по тем временам было невероятным везением. Но, к сожалению, оба раза вместо заявленного Высоцкого, играл другой актер.

Но случай увидеться с Высоцким все же представился. Правда понял я это слишком поздно… В мою аспирантскую бытность и московское пребывание, цхинвальская диаспора в российской столице часто собиралась по окончанию рабочего дня у нашего земляка и моего родственника Коли Цховребова, который тогда директорствовал в крупном мебельном магазине в центре столицы. Здесь, как правило, обменивались новостями с Родины, пересказывались байки, перебрасывались шутками, строили планы. Однажды, будучи в библиотеке, в середине дня я позвонил в магазин и поинтересовался планами на вечер. Ответ меня насторожил: «Бери такси и немедленно приезжай». Это был приказ. По прибытии застал в кабинете директора четверку мужчин, ранее мне неизвестных. Трое были в модных костюмах, а четвертый – в «джинсовке». Компания дружески беседовала, вела себя весьма расковано, а на меня не обращали никакого внимания, а довольно скоро и вовсе раскланялась и ушла. И я также, по обыкновению, вышел провожать гостей на улицу… Как только они отъехали, тогда только Коля сказал мне, что этот невысокий, рыжеватый и в конопушках человек… Владимир Высоцкий… Я был готов его удавить!!! А потом себя!!! Просидеть минут пятнадцать в трех метрах от человека, которого давно мечтал встретить и не узнать его ни по виду, ни по голосу, ни по поведению… разочарование было сильным… Что же касается причины появления столь необычного гостя в магазине – она была тривиальной – кому-то из его знакомых понадобилась элитная мебель и он, для решения вопроса, использовал такой безотказный таран, как самого маэстро... Тогда же, кстати, до моего прибытия в магазин, Высоцкий подарил Коле с автографом выпущенный во Франции гигант-диск с цветной обложкой, где он поет свои хиты в сопровождении симфонического оркестра. Я, помнится, попросил послушать запись, но Коля справедливо заявил, что пока не приобретет должного высокотехнического оборудования, прослушки такого раритета не будет.

…Владимир Высоцкий умер в дни Московской Олимпиады 1980 года. В те дни я снова находился в столице, понимая, что это моя первая и последняя возможность приобщиться к главному спортивному событию четырехлетия. В суматохе первых дней соревнований просквозило известие о смерти Владимира Высоцкого. Пока в это никто не поверил. Но вскоре сообщение о смерти было размещено в рядовом выпуске «Вечерней Москвы», на последней странице, в скромном квадратике с почтовую марку… Стало ясно, что свершилось самое страшное. Оставалось реагировать и воздать должное. В то время, помимо меня, на Игры в Москву прибыла целая группа из Цхинвала по линии Обкома комсомола в составе около пятнадцати человек. Мы, кто как мог, участвовали в памятных мероприятиях. К примеру, Толик Чехоев, мой одноклассник, бард и почитатель творчества Высоцкого, выступил на одном из импровизированных митингах, которые спонтанно организовывались по всему городу. Что касается меня, то я, купив букет гвоздик, поехал на «Таганскую», и выйдя из метро, фактически сразу оказался зажатым в толпе людей, которым предстояло еще протискиваться, таким образом, почти километр…

Батрадз Харебов

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Июль 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 

Популярно