Нæхи Тимур

28-06-2013, 09:37, Культура [просмотров 1517] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

 

Нæхи ТимурО таких людях, без преувеличения особенных и великих, личностях легендарных и одновременно знакомых каждому из тех, кому посчастливилось жить с ними в одну эпоху, каждый раз писать непросто и вдвойне ответственно. Во-первых, есть боязнь не затронуть пусть даже поверхностно все грани их величия, ибо охватить в одном газетном материале фактически необъятный объем мощного пласта, неразрывно связанного с их именем просто невозможно. Во-вторых, кажется, что о таких людях сказано уже все и их жизненный путь представлен как на ладони. А потому новое слово о таких величинах сказать весьма сложно. 

О Тимуре Харебове, успехе и феномене этой легендарной личности впору писать объемную книгу, которая позволит не просто со всей полнотой узнать одного из самых изысканных и ярких представителей современной осетинской культуры, но и заведомо может претендовать на звание учебника, обучающего достижению высот, которых добился этот воистину легендарный и уникальный человек. В то же время заведомо понятно, что таких высот – личностных и профессиональных, добиваются единицы – люди, звезда которых, кажется, зажигается вместе с их приходом в этот мир. Тимур Владимирович – автор более двухсот произведений, созданных в различных музыкальных жанрах, многие из которых стали поистине народными. В каждом из них – его душа, его неповторимый почерк, глубина отношения к Осетии и ее народу. Он стал Народным артистом задолго до получения этого высокого звания официально. Он заслужил зрительское признание, стремительно ворвавшись в национальную культуру, фактически заложив основу новому направлению музыки в национальной культуре – жанру эстрадной песни. Стал же всенародным композитором Тимур Харебов еще в далеком 1983 году, когда достоянием  всего  народа стал неофициальный гимн Осетии «Мæ Ирыстон». Булат Газданов, выдающийся осетинский композитор современности, когда-то сказал: «Если бы Тимур не написал ничего, кроме «Мæ Ирыстон», он все равно был бы одним из выдающихся композиторов Осетии». Этому высказыванию в унисон вторит и «живучесть» песни. В этом году песня отмечает свой 30 летний юбилей, но она по-прежнему звучит в обоих частях Осетии – на концертах, различных торжествах,  по  телевидению  и  радио.  Многие из  произведений  Тимура  Харебова стали поистине народными, но все же именно песня «Мæ Ирыстон», по признанию  самого  автора,  стала  его  главной песней. История у этой культовой песни  весьма  обычна    такой  результат  предсказуем,  когда  поэт  и  композитор близки по духу и восприятию окружающего. «Проникновенные, преисполненные любовью к своему Отечеству стихи поэтессы Людмилы Галавановой всегда воспринимались современными композиторами по особенному, – говорит Тимур Владимирович, – в них совершенно искренне звучат звуки, близкие по духу каждому осетину, в них – безграничный патриотизм и душевная лирика, в них – наша боль и наша радость. Каждый раз, сотрудничая с Людмилой Графовной, я, можно сказать, переживал вместе с ней всю эмоциональную нагрузку каждого ее произведения. Стихотворение «Мæ Ирыстон», можно сказать, «зацепило» меня сразу, – вспоминает Тимур Владимирович, – я слушал Люду, а в голове уже складывалась мелодия. Тем же вечером, сев за рояль, за несколько часов музыка к стихам была уже готова. Это был именно тот случай, когда на одном дыхании родилась мелодия, более не нуждавшаяся в совершенствовании. Впервые на сцене «Мæ Ирыстон» я исполнил лично, потом ее спел Валера Сагкаев. При этом он настолько с ней сроднился, что каждый свой концерт и в составе «Бонварон»-а, и позднее, как сольный исполнитель, Валера начинал именно с исполнения этой песни.

Юбилей песни «Мæ Ирыстон» – один из трех значимых юбилейных дат, которые, по совпадению, в этом году отмечает Маэстро. Самому Тимуру Владимировичу в этом году исполняется 65 лет, из которых он ровно 50 (!) выступает на сцене. Он вышел на сцену в далеком 1963 году, когда Ленгиор Гусов, его бывший учитель по музыке, принес ему эстрадную трубу, с ходу показал пальцировку и пообещал, что если он за пару месяцев освоит игру на инструменте, возьмет его  в  свой оркестр. «Не совсем надеясь на удачу, я, тем не менее, с настойчивостью и упорством взялся за «покорение» инструмента, – Маэстро вспоминает события пятидесятилетней давности с особенной теплотой. – И он мне поддался. Ленгиор Георгиевич сдержал свое слово. Меня взяли в оркестр, который Ленгиор Гусов и Константин Ковалевский создали при Юго-Осетинском Госпединституте. Все в оркестре, который именовался «Биг-Бэндом», были взрослые, а мне было всего 15 лет. Меня буквально распирало от гордости, что в серьезном музыкальном коллективе, где каждый из музыкантов казался мне на тот момент фактически недосягаемой величиной, для меня была отведена своя роль. Золотое было время, благостное для развития культуры в целом и творчества каждого отдельного человека, жаждущего личного роста и желающего привнести частичку новизны в представление зрителя о песенной культуре народа. Каждый концерт «Биг-Бэнда» был определенного рода событием в музыкальной жизни Южной Осетии. Песни, в основном, мы исполняли осетинские, но в джазовой импровизации. А это было что-то совершенно новое в осетинской эстрадной музыке. Помню, когда состоялся наш первый большой концерт, зрители в зале не сразу признали в нас местных исполнителей, думая, что перед ними иностранные музыканты».

«Биг-Бэнд» стремительно ворвался в культурную жизнь Цхинвала и так же скоропалительно… из нее ушел. «Джаз воспринимался тогда правящей партийной верхушкой как некое влияние Запада, а в те годы любое иностранное веяние в музыке, мягко говоря, не приветствовалось, – Тимур Владимирович с грустью вспоминает, как коллектив под давлением тогдашних партийных боссов распался. – Однако с распадом оркестра мой роман со сценой не завершился. Видимо, трудно один раз выйти на сцену и потом о ней забыть. Ее уже невозможно покинуть навсегда. «Биг-Бэнд» за короткое время настолько сроднил меня со сценой, что дальнейшую свою жизнь без нее мне было крайне трудно представить».  

Вскоре Тимура Харебова ждал новый виток развития творчества. При местном Госпединституте группа молодых ребят создают вокально-инструментальный ансамбль «Айзæлд». В числе той молодежи был и Тимур Харебов. «Айзæлд» быстро завоевывает популярность. Коллектив выступал на заводах, в трудовых коллективах и т.д. Амбициозной молодежи захотелось еще большего успеха и в один прекрасный день они укатили на гастроли в знойный Сочи.

«Гастроли – это громко сказано, – улыбается Тимур Владимирович, – мы давали концерты в одном из санаториев Сочи, где работал родственник одного из участников нашего ансамбля. Правда, за подобную «самодеятельность» мы вскоре, после возвращения в Цхинвал, понесли серьезное наказание – на время всех нас исключили из института, а коллективу запретили выступать. Но этот ансамбль тоже стал в моей профессиональной карьере знаковым. Именно на одном из его концертов я впервые вышел на сцену в качестве сольного исполнителя. Именно с этой поры и следует отсчитывать мою творческую деятельность как исполнителя».

И все же кульминацией творчества Тимура Харебова негласно принято считать его участие в легендарном «Бонварон»-е. Трудно найти в Осетии человека старшего и среднего поколения, который не был и не остается почитателем творчества этого коллектива. Расцвет «Бонварон»-а пришелся на 70-ые годы прошлого века – время, которое стало особенным в истории осетинской эстрады. Это был период, который спустя годы история будет характеризовать как эпоху брежневского «застоя». В те годы, вспоминает Тимур Владимирович, молодёжь проникалась творчеством западных рок-коллективов, таких как «TheBeatles» «LedZeppelin», «DeepPurple» и др. Идеологи от культуры всё ещё противились «влиянию Запада» на умы советской молодёжи, но такие ансамбли и группы, как «Машина времени», «Самоцветы», «Орэра», «Песняры» и др. вовсю использовали западный модный стиль в своём творчестве. В самый разгар «музыкальной революции» композитор Тимур Харебов и его брат Вадим (Бужук) Харебов, Гога Гучмазов, Ахсар Джигкаев, Тимур Тедеев, Шота Дарбуашвили и Ахмат Кокоев организовали собственную группу под названием «Бонвæрон». Примечательно, что «Бонвæрон» стал третьим ансамблем, после грузинского ВИА «Орэра» и белорусского «Песняры», получившим статус государственного. «Мы гастролировали по Осетии, России, Грузии и Украине, – рассказывает маэстро, – песни преимущественно исполняли на осетинском языке. В основном, это были песни, написанные нами на стихи осетинских поэтов. Но в репертуар нами включались также песни на русском и грузинском языках, чтобы публика за пределами Осетии наше творчество воспринимала теплее. Однако любая наша песня, каждый наш выход на сцену, вне зависимости от того, на каком языке мы исполняли, воспринимались одинаково благосклонно со стороны зрителей разных национальностей».

Пять лет, вплоть до 1976 года Тимур Харебов оставался бессменным руководителем коллектива. Но и потом, в последующие годы он принимал самое активное и непосредственное участие в обогащении репертуара группы. В 1978-м году в Тбилиси проходил рок-фестиваль всесоюзного значения, на котором ребята из ВИА «Бонвæрон» заняли второе место, уступив легендарной «Машине времени». Казалось бы, с тем феноменальным успехом, который пришелся на деятельность этого коллектива, может прийти и значительное материальное благополучие. Но «бонвароновцы» никогда не были ориентированы на достижение финансового благополучия, коллектив просто занимался любимым делом, а все деньги, которые они по тем временам неплохо зарабатывали, направлялись, в основном, на приобретение  новой аппаратуры и сценических костюмов, редко что перепадало на личные нужды участников.

Еще одним важным направлением деятельности Тимура Харебова является создание оркестра народных инструментов при отделе культуры администрации города Цхинвал, начальником которого он проработал около двадцати лет. Оркестр и сегодня с успехом выступает на различных концертах, проходящих в Республике, но мало кто знает, что у истоков его образования в тяжелые 90-ые годы прошлого столетия стоял именно Тимур Харебов. Только ему самому известно, каких трудностей стоило ему собрать большой коллектив музыкантов и направить их работу в нужное русло в тот период, когда фактически вся национальная культура пребывала в тяжелейшей кризисной ситуации. Впрочем, о заслугах и успехах легендарной личности Тимура Харебова можно говорить бесконечно. Его влияние на осетинскую эстрадную музыку переоценке не поддается – это гигантский айсберг величия и изысканного тонкого вкуса. Каждое его появление на сцене сравнимо с событием, однако как говорит сам Маэстро, зритель уже не тот, что был раньше, он изменился, изменились вкусы, изменилось отношение к культуре. И то, что национальная культура в настоящее время находится в коматозном состоянии, во многом обусловлено некоторым поверхностным отношением именно зрителя, слушателя. Из кризисной ситуации национальную культуру в ее обширном понимании необходимо срочно выводить. «Конечно, есть подвижки, есть желание что-то изменить, – считает композитор, – и очень отрадно, что в хореографии в последнее время такие подвижки наблюдаются.  А  вот песенное искусство находится в упадке. С детьми надо работать и это обязательно даст свои плоды. Как говорит мой друг Булат Газданов, осетины юга на порядок талантливее своих северных братьев, но надо им дать все возможности для того, чтобы эти таланты раскрывались во всем своем великолепии». По мнению Тимура Владимировича, в Южной Осетии необходимо открыть свой Театр эстрады, где с талантливыми детьми и молодежью будет проводиться вся необходимая для развития творчества работа. «У нас уникальные дети, – делится своими мыслями Маэстро. – Как пример, можно привести самородка из Кударского ущелья Коста Джиоева. Безоговорочный талант, но его надо развивать, иначе он может угаснуть, так и не успев озарить небосклон осетинской культуры».

Переступив 65-летний рубеж, Маэстро по прежнему полон планов: «Дел непочатый край. В прошлом году я завершил работу над симфонией под рабочим названием «Цхинвал. 08.08.08.». Теперь эту симфонию нужно оркестровать, аранжировать, сыграть, а для этого требуется очень много сил и средств и, главное, времени. Ну, а самая большая мечта Народного артиста Южной и Северной Осетии Тимура Харебова – написать оперу по мотивам Нартского эпоса. Это уникальный материал, который значительно обогатит музыкальный и культурный фонд нации. Но это все Маэстро планирует осуществить позднее, этот год же он хочет провести под знаком празднования своих юбилейных дат, которых у него, как было сказано выше, целых три…

 

Нæхи Тимур Нæхи Тимур   

 

Рада Дзагоева

 

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 

Популярно