Закон о местном самоуправлении. Конституционная норма, так и не ставшая реальностью

Закон о местном самоуправлении. Конституционная норма, так и не ставшая реальностьюВ следующем году суверенитету нашей страны исполняется 30 лет. 29 мая 1992 года Верховный Совет РЮО принял Акт о государственной независимости Республики Южная Осетия. Однако парадокс – за три десятилетия в нашем государстве все еще нет полноценной законодательной базы, не реализуются прописанные в Конституции положения. И это не может не беспокоить.

Тридцать лет назад была провозглашена независимость Республики, были организованы органы власти молодого государства. Но некоторые вещи остались неизменны, и не в лучшую сторону.

29 января 1992 года было принято Постановление о применении российской законодательной базы на территории РЮО. «В связи с возникшим дефицитом законодательных актов, регулирующих отношения в сфере различных норм права, и впредь до введения в действие законов РЮО, Верховный Совет РЮО постановил правоохранительным органам, предприятиям, организациям применять на практике нормы права России», – так указано в Постановлении. Действительно, тогда национальное законотворчество в стране было на стадии зарождения и использование российских законов могло закрыть пробелы в законодательном уложении страны.

Однако и сегодня, спустя три десятилетия, эти лакуны не заполнены. Как пример, тот факт, что на сегодняшний день нет национального Уголовного кодекса, и в правовом поле приходится пользоваться положениями УК Российской Федерации. Российским законодательством мы пользуемся и в пенсионной сфере...

Безусловно, за годы суверенности удалось сделать многое. Но многое еще предстоит сделать для выстраивания прочного фундамента независимости. И отсутствие полноценной национальной законодательной базы только одна из проблем. Необходимо с сожалением констатировать, что порой даже те законы, которые имеют национальную «прописку» остаются на бумаге.

Так, в Конституции РЮО при всех пертурбациях с ее положениями оставалась норма, согласно которой «в Республике Южная Осетия признается и гарантируется местное самоуправление». Однако эта норма на всем протяжении существования Основного закона страны так и осталась декларацией.

В соответствии с Конституцией местное самоуправление обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения. Это право осуществляется гражданами путем референдума, выборов, сходов, других форм прямого волеизъявления через выборные и другие органы местного самоуправления. Органы местного самоуправления самостоятельно управляют муниципальной собственностью, формируют и исполняют местный бюджет.

Долгие годы положение о местном самоуправлении оставалось нереализованной статьей Конституции. Этот закон не отменялся, но и не реализовывался, становясь причиной правовой коллизии. Пока, наконец, депутаты не решили отложить в долгий ящик обсуждение этой темы уже на законном основании – 30 января 2013 года, Парламент РЮО наложил мораторий на исполнение закона о местном самоуправлении. Это решение депутаты обосновали существующими противоречиями между Конституцией и сложившимися реалиями. А конкретно тем, что в настоящей редакции закон противоречит действующей Конституции, где говорится о том, что государственную власть в административно-территориальных единицах Республики осуществляют местные органы государственной власти. Согласно же ныне действующему законодательству местное самоуправление должно осуществляться на уровне административно-территориальных единиц. Еще одно противоречие состоит в том, что в настоящее время глав районов назначает Президент, а в конституционном законе прописано, что они избираются всеобщим голосованием.

В настоящее время причина, которая также препятствует реализации закона о местном самоуправлении – финансовая. Ведь каждая административная единица должна иметь свой независимый бюджет, который в основном будет формироваться за счет государственных средств. А это дополнительная нагрузка на казну.

Надо сказать, что государственное управление в Южной Осетии в новейшей истории формировалось на широком народном представительстве, которое реализовывалось через Парламент. И это понимание является сутью мировоззрения южной ветви осетинского народа. Неудивительно поэтому, что из своей среды южные осетины не допустили «вырасти» алдарам-князьям. Хотя такие попытки были. Не позволяли они устанавливать власть «немногих над многими» и со стороны. Все старания пока грузинских царей, а после представителей имперской администрации навязать южным осетинам верховенство грузинских помещиков и князей-моуравов имели лишь кратковременный успех. Эти эксперименты едва не привели к прерыванию по мужской линии рода князей Мачабели и Херхеулидзе, которых последовательно отстреливали непокорные горцы.

Поэтому вполне закономерно, что первым органом управления нашим государством стало именно народное представительство – Верховный Совет. Здесь все были равны, а первого среди равных выбирали сами народные избранники. Эта осовремененная форма традиционного народного вече какое-то время была отражена и в наименовании юго-осетинского Парламента – «Государственный Ныхас».

В 1996 году произошел демонтаж истинного народного представительства, была введена новая форма правления – Президентская республика. Таким образом, матрица нашей государственности была переформатирована.

История парламентской формы организации государства в новейший период была непродолжительной – с 1990 по 1996 годы. Но для Южной Осетии в исторической перспективе это был не первый опыт. Так, после падения Российской империи на юге Осетии народное представительство формировалось в форме национальных советов. В эпоху СССР депутаты избирались в состав Советов всех уровней… Надо сказать, что парламентская форма организации власти существует во многих странах с устойчивой демократической традицией – ФРГ, Швейцария, Австрия, Италия и др. Опыт этих стран показывает, как преимущества, так и недостатки парламентского правления.

К чему весь этот разговор? Если бы на сегодняшний день в стране существовала парламентская форма правления, за что давно уже выступает наша редакция, то проблема реализации народного представительства на местах была бы легче решаема. В этом случае главы районов были бы не назначаемы, а избираемы. Достигалась бы и экономия средств – выборы в местные органы самоуправления и избрание глав местных управ можно было бы проводить одновременно с выборами в Большой Парламент. Как говорится, два мероприятия за одну цену.

Кстати, в сентябре 2017 года по предложению Президента А.Бибилова в Квайса прошло голосование по выборам главы города. Такая форма не предусмотрена законом, поэтому можно считать это общественной инициативой, но, однозначно, доброй инициативой. Ну и если возвращение к парламентской форме правления в стране пока не просматривается, то со следующими выборами в Парламент можно, продумав организационные моменты, провести параллельно и выборы руководителей районов. Иначе получается, что мы доверяем народу выбирать Президента и депутатов, но не можем доверить ему выбор главы местной администрации.

С. Остаев


Опубликованно: 22-02-2021, 17:05
Документ: Аналитика > http://respublikarso.org/analytics/3524-zakon-o-mestnom-samoupravlenii-konstitucionnaya-norma-tak-i-ne-stavshaya-realnostyu.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.

Вернуться назад