Полезные ископаемые в Южной Осетии. Люди, судьбы, истории, интриги…

Полезные ископаемые в Южной Осетии. Люди, судьбы, истории, интриги…В последнее время, в связи с событиями у селения Цънелис Знаурского района снова стала актуальной тема полезных ископаемых. Как известно, у этого населенного пункта расположены карьеры бывшего предприятия «Югостальк», которые стали объектом посягательств со стороны Грузии. В 90-е годы, по причине военно-политических катаклизмов в Республике, промышленная разработка горнорудных недр, понятное дело, прекратилась. А ведь Южная Осетия считается настоящей кладовой полезных ископаемых.

На днях нам удалось познакомиться с любопытным историческим документом, имеющим отношение к данной теме. Называется он – «О некоторых полезных ископаемых Южной Осетии» и подготовлен в 1934 году Александром (Алеки) Дзасоховым. Этот документ дает понимание ситуации с геологоразведкой на заре образования автономии Южной Осетии. И о тех интригах, которые существовали вокруг этого вопроса.

В начале обзора указывается, что по инициативе и по приглашению ЦИК (Правительства) Южной Осетии в лице его председателя А.М. Джатиева в 1923-1924 гг. Закавказской научной Ассоциацией был организован ряд научных экспедиций в Южную Осетию. В их числе была и геологоразведочная экспедиция во главе с известным инженером-геологом О.Карапетяном. Перед геологической партией была поставлена задача – «рекогносцированными исследованиями выяснить вопрос о возможности нахождения в пределах автономной области каких-либо полезных ископаемых, имеющих промышленное значение или вообще представляющих какой-либо практический интерес».

А.Дзасохов пишет, что члены экспедиции объехали на лошадях всю территорию юго-осетинской автономии по заранее намеченным маршрутам, побывали на горных вершинах и в ущельях, проверили имеющиеся в литературе материалы и показания местных старожилов. Впечатления руководства и членов изыскательской партии были положительными. Однако в своем отчете главой геологоразведочной партии, после отъезда в Тифлис были сделаны совершенно противоположные выводы. «Эта экспедиция, в лице возглавлявшего ее геолога О.Карапетяна, дала убийственные показания. К счастью, впоследствии оказавшиеся совершенно необоснованными», – так характеризовал автор нашего документа, опубликованные в печати результаты экспедиции членов Закавказской научной Ассоциации.

И действительно, главный итог результатов обследования Южной Осетии по версии О.Карапетяна звучал как приговор: «Юго-Осетия лишена полезных ископаемых». Однако, вскоре был озвучен другой итог других специалистов. Вот как об этом пишет А.Дзасохов: «Спустя несколько лет, а именно в 1925 году, по счастию, в Юго-Осетии случайно пришлось работать известному минерологу А.А.Флоренскому, который на основании рекогносцировочного изучения страны, проявив к вопросу более вдумчивое и добросовестное отношение, решительно заключил, что в смысле полезных ископаемых недра юго-осетинских гор, несомненно, представляют большой практический интерес. При этом он конкретно указал на присутствие в этих недрах целого ряда объектов, имеющих частью местное (туф, глины, андезит), частью всесоюзное (цинк, свинец) и частью даже мировое значение (мрамор, тальк, нефрит)». «А.А.Флоренский особенное внимание обратил на месторождения свинцово-цинковой руды в Кударском ущелье, в местности Квайса и на месторождение мрамора и талька в местности Хæзнадур (по старому Цънелис)» – указывается в рассматриваемом нами документе.

Здесь мы хотели бы сделать небольшое отступление, связанное с упоминанием названия «Хæзнадур». В 1926 году при Обществе краеведения (ныне юго-осетинский НИИ) начала работать специальная терминологическая комиссия, которая разрабатывала вопросы топонимики и научной терминологии. В процессе работы многим населенным пунктам были возвращены их прежние имена, в том числе и Хæзнадур (Цънелис), что в дословном переводе с осетинского означает «каменная кладовая».

Однако вернемся к нашей теме. Несмотря на то, что А.А. Флоренский авторитетно доказывал наличие в Южной Осетии значительных природных ресурсов, реализация планов добычи руды и минералов всячески саботировалась. Делалось все как в Тифлисе, так и в среде грузинского лобби в Москве, чтобы регион оставался аграрным придатком Грузинкой ССР – без развитой промышленности. «Очень «видные» геологи Грузии и некоторых центральных организаций долго и упорно доказывали несерьезность и даже вздорность результатов исследований А.А. Флоренского. Один из авторитетных закавказских геологов окрестил инициатора и защитника проекта организации разработок на Кваисинских месторождениях А.А.Флоренского сумасшедшим», – передает всю остроту обсуждаемого вопроса А.Дзассохов. «Только настойчивость исследователя и твердое убеждение в правильности его изысканий преодолели упорство противников и закулисные интрижки недругов трудящихся масс советской Юго-Осетии», – указывается в документе. Впрочем, вскоре результаты исследования А.А. Флоренского подтверждают и другие геологоразведочные экспедиции, присланные из Москвы.

8 августа 1928 года на имя председателя ЦИК ЮОАО была представлена записка академика Ф.Левинсон-Лесинга по итогам разведки на территории Южной Осетии полезных ископаемых. В ней известный российский ученый дал развернутую информацию о наличии строительного туфа в районе сел Уанат, Прис, Уанел, мрамора – у села Лопан и Ленингора, мышьяка – у села Ацрисхев. Практически одновременно с этой запиской были представлены и новые изыскания А.Флоренского по той же теме, но с большей детализацией. Он оценил запасы строительного туфа только у села Уанат в 2 млн кубометров, запасы отделочного материала серпентина в районе сел Цънелис и Гвиргвина – в 10 млн кубометров, мрамора – в 50 тыс. кубометров.

В отчете Ф.Левинсона-Лесинга относительно месторождений в Хæзнадур (Цънелис) говорится: «Месторождение мрамора в долине Лопан-дон пред­ставляет собой весьма мощный выход мрамора, начинающийся на уровне речки и поднимающийся в гору на высоту не менее 200 м, с непрерывными обнажениями мелкими карьерами, тя­нущимися на 250 м, с мощностью в среднем около 20 м. До детальных разведок точные запасы его являются недостаточно выясненными, но, несомненно, весьма велики (не менее 50 ты­сяч кубометров). Мрамор тонкого зерна, приятной расцветки, с нежными желтыми и сероватыми жилками. При правильной постановке обычных работ его можно иметь в монолитах большой площади. Техническая пригодность установлена соответ­ствующими лабораториями. Что касается геологии данного района, то, как известно, она представляется весьма слож­ной, и возраст окружающих пород и самого мрамора не уста­новлен. Весьма интересна полоса контактовых явлений между мраморами и змеевиками, представляющая породы типа лиственитов и состоящая из карбонатов, частью сильно охристых с многочисленными выделениями зеленых хромовых соедине­ний, с прожилками кварца и нефритизированного змеевика. Второе месторождение мрамора совершенно иного происхождения и представляет собой из­вестняки, в которыеинтрудирована габбровая порода. Эта интрузия чрезвычайно сильно нарушила первоначальную структуру, придав ему слоистость и образовав многочисленные живописныескладки сложного рисунка и раскраски.

Мрамор декоративного типа исключительной красоты и с этой точкизрения представляет собою большую ценность. Добываемые монолиты не должны быть большой величи­ны (могут быть не более 100 х 50 см) и при правильной распиловкепозволяют компоновать рисунок удивительной кра­соты. Месторождение представляет собой непрерывный ряд выходов мрамора, прослеженных разведкой на 140 метров, с видимой мощностью до 100 метров. Оно требует детальной разведки».

Во всей этой истории странным кажется, что Ованес Карапетян не смог увидеть то, что увидели его российские коллеги. А ведь он был геолог с мировым именем. В 1912 году заканчивает Высшее геологическое училище в Монсе (Бельгия, 1912), в 1923-1930 гг. работал над созданием геологических служб в Закавказье. И вдруг оказался не в состоянии оценить перспективу месторождений талька и свинца?! Значит, эта близорукость была кому-то на руку.

Необходимо отметить, что геологоразведка в Южной Осетии получила поддержку в лице и местных кадров. В стране начался настоящий бум, вызванный интересом к геологии. Вот как пишет об этом автор рассматриваемого нами документа: «Молодые геологи – энтузиасты советской Юго-Осетии за последние два-три года в пределах автономной области организовали поиски и разведку полезных ископаемых, используя главным образом летний период. И надо подчеркнуть, что эта работа, несмотря на неблагоприятные условия, в которых она проходила (недостаточность и примитивность оборудования и инструментов, неудовлетворительное снабжение, отсутствие транспорта), несмотря на тяжелые условия, граничащие с непреодолимыми затруднениями, эта работа оказалась полезной и продуктивной». В отчете А.Дзасохова приводятся и результаты изысканий молодых геологов Юго-Осетии. Так, в окрестностях селения Ганахджын (Джалабет) были разведаны свинцово-цинковые руды с содержанием золота и серебра.

Справедливости ради необходимо отметить, что рядом с молодой порослью находились и люди с опытом. На Кваи-синском месторождении геологоразведочной партией руководил инженер-геолог Н.М. Гассиев. Разведкой полезных ископаемых в окрестностях селения Ганахджын (Джалабет) руководил его коллега А.Г. Дзассохов (автор нашего документа), он же обнаружил в окрестностях селения Раро Дзауского района выход никеля и меди…

В рассматриваемом материале, кстати, интерес представляют не только сведения о полезных ископаемых, Например, мы узнаем, что в 1934 году в Кударском ущелье существовало 27 населенных пунктов с населением в 10470 человек. Что по реке Стыр-дон сплавляли в Грузию буковый лес. В процессе работы геологи находили старые разработки, шахты, что говорит о том, что уже в древности люди занимались на территории Южной Осетии металлургией.

В заключение своего отчета, в котором приведены свидетельства о перспективах добычи полезных ископаемых в Южной Осетии, А.Г. Дзасохов с оптимизмом пишет: «Можно ли после всего изложенного согласиться с пессимизмом геолога О.Карапетяна и есть ли что-либо общее с той мрачной и безнадежной картиной, которую нарисовал он после своей рекогносцировочной поездки по Юго-Осетии?! Мы считаем, что новые результаты исследований нанесли сокрушительный удар по пессимизму квази-геологов, давших поверхностный, чтобы не сказать больше и в лучшем случае, необоснованные заключения. Сегодня открываются широкие горизонты и блестящие перспективы перед горной промышленностью молодой советской страны – Юго-Осетии».

Вместо послесловия

Пройдет немного времени и талантливые геологи, которые совмещали свою работу с политической и общественной деятельностью – Александр Дзасохов и Николай Гассиев – станут жертвами репрессий. В 1938 году был расстрелян и А.А.Флоренский. Причины более чем ясны – когда появилась возможность им отомстили. Но годы спустя дело их жизни будет воплощено в реальность – заработает Кваисинское рудоуправление и начнется добыча мрамора и талька в селении Хæзнадур.

А.Гаглоев

На фото: Члены геологической партии в горах Южной Осетии в 20-х годах прошлого столетия


Опубликованно: 07-10-2019, 11:29
Документ: Аналитика > http://respublikarso.org/analytics/2735-poleznye-iskopaemye-v-yuzhnoy-osetii-lyudi-sudby-istorii-intrigi.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.

Вернуться назад