Снова к вопросу целесообразности празднования 20 сентября

Снова к вопросу целесообразности празднования 20 сентябряВсе последние годы главным праздником новой Южной Осетии, вне всякого сомнения, является День Республики, который отмечается каждый раз 20 сентября. Вот и в этом году на новой неделе его собираются праздновать уже в 29-й раз. Уже начались репетиции парада.

Всегда этот день отмечается с особой торжественностью: трибуна с первыми лицами государства, прохождение военных расчетов, демонстрация трудящихся, многочисленные гости... Все население на улицах города, концерты, фейерверки, поздравления, награждения. Словом, все как должно быть, все как положено. Но вот насколько это правильно, и насколько он главный, этот День Республики – наша газета ставит этот вопрос уже далеко не первый раз, но пока все еще без ответа.

Напомним, что 20 сентября 1990 года решением четырнадцатой сессии Юго-Осетинского Совета народных депутатов двенадцатого созыва, Юго-Осетинская автономная область была преобразована в Юго-Осетинскую Советскую Демократическую Республику. Помимо решения о становлении Республики, в документе содержится еще два важных пункта. Во-первых, ставится вопрос об обращении в Верховный Совет СССР о включении в состав СССР в качестве самостоятельного субъекта федерации ЮОСДР. И, во-вторых, об обращении к республикам СССР с просьбой о заключении с ЮОСДР договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Иными словами, речь идет об образовании советской Республики в составе все еще действующего СССР.

В тот день сессия приняла документ абсолютно созвучный тому моменту. Союз разваливался, бывшим советским республикам не терпелось пуститься в свободное плавание. Сначала «безболезненно» ушли страны Балтии. За ними потянулась Грузия… Понятно, что в этих условиях Южной Осетии надо было принимать решение. Понятно, что оставаться в составе «малой империи» означало исход населения, его ассимиляцию, с ликвидацией какой-либо политической самостоятельности, национальной определенности. Поэтому было решено повысить свой статус с автономной области до республики, к тому же советской демократической.

На той же сессии были приняты еще два важных документа. Это, в первую очередь, Декларация о государственном суверенитете – довольно обширный и разноплановый свод. В разделе, который касается самоопределения, дается расшифровка решения сессии о преобразовании области в республику: «Суверенная Юго-Осетинская Советская Демократическая Республика развивается в существующих границах Юго-Осетинской автономной области в соответствии с волеизъявлением народа Южной Осетии. Естественным и необходимым условием дальнейшего развития Юго-Осетинской Советской Демократической Республики, как формы государственности осетинского народа, является полная независимость в решении всех политических, социально-экономических вопросов, за исключением тех, которые она добровольно передает в ведение Союза ССР после ее принятия в свой состав Верховным Советом СССР». Второе решение сессии касалось действующих на территории Южной Осетии законов: «Признать Конституцию СССР и другие законодательные акты СССР как единственно действующие на территории Южной Осетии». Из этих толкований видно, что о реальной независимости Южной Осетии речь пока не идет.

Грузинские власти среагировали тогда мгновенно. Уже на следующий день был созван Верховный Совет Грузии, который постановил: 1. Решение Совета народных депутатов ЮОАО от 20 сентября 1990 года «О суверенитете и статусе Юго-Осетии» объявить недействительным и не имеющим юридической силы. 2. Поручить Совету народных депутатов ЮОАО, принять надлежащие меры к неукоснительному выполнению на территории ЮОАО требований Конституции СССР и Конституции Грузинской ССР… Тут следует напомнить, что еще ранее, до принятия решения по образованию ЮОСДР Южная Осетия предложила поднять свой статус до республики в рамках ГССР(!), однако и тогда ответ из Тбилиси последовал категоричный.

Но вернемся в сентябрь 1990 года. Исходя из сложившихся реалий и нарастающей агрессии Грузии на XV сессии народных депутатов ЮОСДР, состоявшейся 16 ноября 1990 года, было еще раз подтверждено решение XIV сессии и отмечено, что решение о преобразовании было принято в соответствии с Конституцией СССР и Законом СССР о разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами Федерации.

Следующий ход был за Грузией. 22 ноября того же года, ВС Грузии вынес свое постановление. В документе отмечается, что в Южной Осетии наблюдаются сепаратистские движения, которые угрожают территориальной целостности и суверенитету Грузии. Грузинских депутатов возмутило, что, несмотря на их решение об отмене постановления о создании ЮОСДР, юго-осетинские законодатели еще раз подтвердили свое решение. Более того, они еще и назначили выборы в местные Советы народных депутатов на 2 декабря. В связи с этим ВС Грузии отменил в одностороннем порядке все решения юго-осетинского законодательного собрания. Кроме того, обратились к населению Южной Осетии с призывами проявить «благоразумие, политическую бдительность и дать правильную оценку опасным действиям сепаратистских сил, ведущих к общей дестабилизации и исключительно тяжелым, непредсказуемым последствиям».

Трудно сказать, на что рассчитывали грузинские народные избранники, делая подобные заявления, но на Южную Осетию эти декларации впечатления не произвели. Выборы, как и планировалось, прошли, а Торез Кулумбегов был избран председателем Верховного Совета ЮОСДР.

Возмущению Тбилиси по поводу такого самоуправства не было предела. Уже через два дня после выборов Звиад Гамсахурдиа издает закон «Об упразднении Юго-Осетинской Автономной области». В преамбуле этого примечательного документа Южной Осетии припомнили все, начиная от простого гражданского неповиновения и заканчивая нарушениями грузинской Конституции. Вспомнили и то, что еще в 1922 году Юго-Осетинскую Автономную область большевики создали вопреки мнению местного грузинского населения (!).

В постановительной части закона, помимо упразднения Юго-Осетинской автономии, ликвидируется и Совет народных депутатов ЮОАО, отменяются все его решения, итоги выборов, поставлен вопрос о внесении соответствующих изменений в Конституцию Грузии, Совмину дается поручение представить предложения по административно-территориальному устройству Южной Осетии (ее распилили на части и разбросали по грузинским регионам – прим. ред.), а прокуратуре приказано разобраться с бузотерами, сепаратистами и нарушителями законов Грузии.

Надо ли говорить, что «революционное» решение убрать из Конституции Грузии любое упоминание о Южной Осетии отдает средневековьем. Кроме того, пришло время навешивания различных ярлыков на древнюю родину южных осетин. Но ни одно из этих надуманных названий, конечно же, не прижилось, да и прижиться не могло – ни «Самачабло», ни «Шида Картли», ни «Цхинвальский регион»... С тех пор, если Грузии приходилось вспоминать о Южной Осетии, то непременно с эпитетами «непризнанная», «самопровозглашенная», но после долгих экспериментов официальному Тбилиси пришлось называть Южную Осетию как и положено. Ну а после 26 августа 2008 года пришел конец и ярлыку «непризнанная». Именно в тот день, через две недели после завершения операции «по принуждению к миру», президент России Д. Медведев подписал Указ о признании независимости Республики Южная Осетия. Таким образом, в календаре праздничных дат Южной Осетии появился День признания независимости, к которому мы шли очень долго, перенеся неимоверные тяготы и неся невосполнимые потери…

После долгого и необходимого подобного предисловия, мы, наконец, подошли к главной цели повествования. Иногда у нас 20 сентября или 26 августа ошибочно называют Днем независимости. Между тем, есть в нашем календаре памятных дат День независимости, который следует праздновать 29 мая. Именно тог-

да в 1992 году сессия Верховного Совета РЮО одобрила и приняла Акт о независимости Республики Южная Осетия. И тут, чтобы понимать в каких условиях это происходило, следует привести сам текст:

«Исходя из смертельной опасности, которая нависла над Республикой Южная Осетия, в связи со злодеяниями, поставившими на грань вымирания ее народ и культуру, геноцидом осетин, с жестокостью и вероломством осуществляемым Республикой Грузия в процессе распада СССР в 1989-1992 гг.

- основываясь на праве на самоопределение, предусмотренным Статусом ООН и другими международно-правовыми документами;

- учитывая итоги выборов в Верховный Совет Республики Южная Осетия от 9 декабря 1990 года и волеизъявления народа, выраженное на референдуме от 19 января 1992 года;

- осуществляя Декларацию о государственном суверенитете Республики Южная Осетия, Верховный Совет торжественно провозглашает Независимость Южной Осетии и создание самостоятельного государства Южная Осетия.

Территория Южной Осетии является неделимой и отныне на территории Южной Осетии имеет силу исключительно Конституция и законы РЮО».

Текст этого документа кто-то может назвать несовершенным. Но главное – его суть. Впервые в нем отмечена твердая позиция на суверенитет и подчинение своим, и только своим законам, принятие Конституции, ориентированной только на свой национальный интерес.

По словам экс-депутата Парламента РЮО Геннадия Кокоева: «Этот документ юридически закрепил стремление народа РЮО к независимости, демократическому развитию, основанному на праве народа на самоопределение… Акт провозглашения независимости, был принят после того, как в Южной Осетии ни у кого не осталось иллюзий в подлинных планах грузинских властей по отношению к народу Южной Осетии».

Принятие данного документа большой исторической важности происходило на фоне воистину трагических событий – шел непрекращающийся обстрел города, совершались попытки штурма Цхинвала. Кроме того, 20 мая произошла варварская акция, предпринятая грузинскими властями – убийство мирных жителей, которая в мировой мартиролог вошла как Зарская трагедия.

Уже 25 мая Цхинвал подвергся очередному массированному обстрелу. В результате нападения погибло семь человек, среди них – всеобщий любимец – писатель Алеш Гучмазов. Обострение ситуации, гибель большого числа мирных жителей, способствовали ускорению процесса принятия Акта о независимости. Сама идея принятия документа исходила от Председателя ВС Южной Осетии Тореза Кулумбегова. Он торопил с подготовкой текста и его вступлением в силу. Поэтому вся работа уложилась в несколько дней. Была создана рабочая группа по составлению текста документа, в которую вошли ведущие юристы Республики – Петр Гатикоев, Айлар Тигиев, Арон Пухаев и Анатолий Хугаев, а также историк Алан Чочиев, писатель Хаджи-Мурат Дзуццаты, филолог Юрий Дзиццойты.

Принятие Акта о независимости не было самоцелью, какой-то демонстрацией, имеющей пропагандистскую подоплеку, оно укрепляло государственность, определяло стратегические цели, заявляло о намерениях. Кроме того, документ был нацелен на спасение населения от тотального геноцида, который, уже не особо маскируясь, грузинские власти взяли на вооружение в отношении южных осетин. Акт провозглашения независимости говорил о том, что Южная Осетия избрала свой путь, наметила ориентиры на будущее не из каких-то конъюнктурных соображений, а исходя из твердого стремления народа самому вершить свою судьбу.

Реакция на данное решение со стороны Тбилиси была предсказуемой. Грузинские власти осознали, что им предоставлен последний шанс и если вопрос взятия Цхинвала не будет решен, то все их действия по силовому решению можно считать провальными, а Южную Осетию для Грузии потерянной навсегда. Поэтому, буквально на следующий день после принятия Акта провозглашения независимости, Грузия бросила на Цхинвал всю наличную силу, к взятию стратегических высот были привлечены военспецы ВВ МВД СССР, которые выступали как наемники, вместе с разного рода «легионерами» с Украины и Прибалтики. Именно тогда были взяты высоты у поста ГАИ на юго-восточной окраине Цхинвала и село Прис. Но идти в атаку на Цхинвал агрессоры не решались, поэтому обстреливали город издалека из артиллерийских и танковых орудий, минометов, снайперских винтовок. Число жертв за последующие полтора месяца среди мирного населения Южной Осетии стало самым большим за все время противостояния… Ну а 24 июня, состоялось подписание Дагомысского соглашения по урегулированию грузино-осетинского конфликта, и 14 июля в Цхинвал вошли российские миротворцы…

В юго-осетинском обществе нередко возникал вопрос о праздновании Дня не-зависимости 29 мая. Те, кто выступал и выступает с этим предложением, и, в частности, наша газета, на полном основании доказывают, что этот день для Республики самый важный. Доводы вполне убедительны, поскольку 20 сентября 1990 года было принято решение просто о повышении статуса, а уже 29 мая 1992 года был объявлен непосредственно суверенитет. Более того, 20 сентября мы празднуем, по сути, День несуществующей Республики в несуществующей уже стране Советов, что является нонсенсом.

…Так сплелись эти исторические для нашей страны даты. Но мы, как и во всем мире, в тех же США или России, главенствующим праздником должны отмечать в первую очередь День Независимости. День нашей фактической идентификации. Свою историю надо знать и уважать. А 20 сентября, дабы оставить историческую память, можно отмечать как День города. Тем более, что подобного праздника в нашем государственном реестре памятных дат до сих пор нет. Хотя Цхинвал и является одним из старейших городов планеты.

Снова к вопросу целесообразности празднования 20 сентября

Батрадз Харебов

На фото: Первый руководитель независимой Республики Южная Осетия Торез Кулумбегов


Опубликованно: 16-09-2019, 11:38
Документ: Аналитика > http://respublikarso.org/analytics/2709-snova-k-voprosu-celesoobraznosti-prazdnovaniya-20-sentyabrya.html

Copyright © respublikarso.org
При копировании материалов, гиперссылка обязательна.

Вернуться назад