Реорганизация партийной системы как конец партийной вольницы?

30-09-2017, 18:46, Аналитика [просмотров 137] [версия для печати]
  • Нравится
  • 1

Реорганизация партийной системы как конец партийной вольницы?Сентябрь месяц отметился неожиданной инициативой руководства республиканского Парламента. Глава законодательного органа власти Петр Гассиев высказался за то, чтобы на политическом поле страны остались одна-две партии. Эта инициатива вызвала неоднозначную реакцию в обществе, особенно, в его политически активном сегменте. Но перед тем как поговорить о положении дел в партийной жизни страны, немного из истории партийного строительства в Южной Осетии.

Первые политические объединения в стране возникли более ста лет назад. В начале 1903 года в Цхинвале было создано юго-осетинское отделение Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). В том же году школьным учителем Георгием Гаглоевым в селении Мсхлеб (Дзауский район РЮО) было организованно еще одно отделение РСДРП. А в 1904 году региональное представительство социал-демократической партии создается в селении Ванат (Цхинвальский район РЮО). Юго-осетинские социал-демократы, как и каждая серьезная партия, имели и свой печатный листок. Он издавался в Цхинвале в доме местного купца Тикуна Карсанова и назывался «Цы фестут?» (букв. «Куда вы пропали?»). Здесь же печатались и революционные прокламации.

Параллельно осетины вносили свой вклад и в укрепление социал-демократического движения в Грузии. Известно, что в доме жителя Тифлиса Давида Гаглоева регулярно собирались местные социал-демократы: Филипп Махарадзе, Симон Тер-Петросян (Камо), Иосиф Сталин и др. Еще один осетин, Александр Кабулов, проживавший в Тифлисе, даже заведовал мастерской по изготовлению бомб. Именно здесь была изготовлена «адская машинка», которой в январе 1906 года был взорван генерал Федор Грязнов.

После свержения российского самодержавия на просторах бывшей империи стали утверждаться политические партии. В Южной Осетии это были большевики, меньшевики и эсеры. С установлением советской власти влияние меньшевиков сошло на нет, и не только по причине конкуренции с большевиками, но и в связи с неблаговидной ролью, которую эта партия сыграла в потворстве грузинским властям в организации геноцида южных осетин.

В первые годы советской власти на территории Южной Осетии, как и по всей Стране Советов, наряду с большевиками некоторое время действовали и эсеры. Но после 1937 года в стране воцарилась абсолютная диктатура Коммунистической партии, которая закончилась лишь с общественно-политическими переменами в 90-х годах. Послабления в политической жизни вызвали всплеск политической активности в СССР.

После того как ослаб контроль над политической жизнью и в СССР была разрешена многопартийность, ростки альтернативного партстроительства стали пробиваться и в Южной Осетии. Компартия Республики уже не была направляющей силой, хотя и жила своей параллельной жизнью: проводились пленумы, сменялись первые секретари. Однако реальная власть долгое время находилась у представителей национального форума «Адамон Ныхас».

Нельзя сказать, что партии у нас не создавались, ведь наши граждане не могли оставаться в стороне от новых веяний. Просто их названия давно уже ушли в историю. Например, в сентябре 1992 года в стране была создана политическая партия – «Народная партия Свободная Южная Осетия». В числе ее основателей первый заместитель председателя Правительства Герасим Хугаев, зам.министра науки и образования Коста Дзугаев, депутаты Верховного Совета Тарзан Кокойты, Казбек Челехсаты и Эдуард Кокойты. Были и другие политические объединения. Но сквозь вихри перемен прошли до сегодняшнего дня всего две партии: Коммунистическая партия РЮО и партия «Фыдыбæстæ», выросшая в общественно-политическое движение.

В Республике партии существенно разнятся: по своему весу в обществе, по времени обретения в истории и по количеству членов. Самой ранней из них является Коммунистическая партия РЮО. Партия эта зарегистрирована в феврале 1993 года и является правопреемницей КПСС, вернее ее дочки – областного комитета Компартии ЮОАО. Эта преемственность дает как право на поддержку старшего поколения, так и на возможность пользоваться недвижимостью КПСС, имеющейся на территории Южной Осетии. Звание же самого многочисленного политического объединения в новейшей истории РЮО кочевало – сначала это была соответственно Компартия, затем по количеству членов заметно выделялась партия «Единство», а в последние годы лидирующие позиции у «Единой Осетии».

Настоящий бум партийного строительства в РЮО начался в период 2012-13 годов. Ускорение «партиализации» общества было связано, прежде всего, с намеченными на 2014 год парламентскими выборами. В результате, в преддверии выборов в законодательный орган власти страны было создано десять (!) новых партий. Большинство партийных организаций, как известно, не смогли пройти в Парламент, но члены трех партий нового времени сумели обрести заветные депутатские корочки – «Единая Осетия», «Единство народа» и «Ныхас». Четвертой парламентской партией стала Народная партия, которая в этом перечне стоит особняком, поскольку единственная, кто уже имел к этому времени опыт парламентской работы. В настоящее время в реестре Минюста значится 14 партий: «Аланы», «Достоинство и справедливость», «Единая Осетия», «Единство», «Единство народа», «Ирыстон – сæрибары фæзуат», «КомпартияРЮО», «Народная партия», «Ныхас», «Новая Осетия», «Родина», «Справедливость. Труд. Развитие», «Фидæн», «Фыдыбæстæ».

Однако вернемся к заявлению Председателя Парламента РЮО П.Гассиева. Чтобы избежать разночтения приведем полностью его высказывание в отношении партийного спектра страны. «Мое личное мнение, возможно, оно несколько революционное, я бы хотел, чтобы у нас было минимальное количество партий. Количество тех партий, которые сейчас зарегистрированы, превосходит все разумные границы. То есть, на такое количество населения 15 партий – это просто безобразие. Даже без вмешательства в эти дела министерства юстиции, понятно, что эти партии не могут существовать, у нас нет столько населения. Тем не менее, они существуют на бумаге, и в определенных ситуациях даже выступают в поддержку тех или иных инициатив или политиков. Что мы и наблюдали при подписании большого договора между Россией и Южной Осетией, когда активизировались «бумажные» партии. Если подписывается какое-то письмо или протест, то 14 или 15 партий кажется для стороннего наблюдателя солидным, в то время как численность таких партий едва соответствует количеству их учредителей. Пытаются, я не побоюсь этого слова, подороже продать себя другим партиям, чтобы потом потребовать от них каких-то благ», – отметил П.Гассиев.

С этим мнением спикера Парламента, думается, многие согласятся. Куда более дискуссионным выглядит представление главы Парламента о многопартийности. «Возможно, у меня с Советского Союза остались предубеждения, но я считаю, партий должно быть немного, может одна или две. Потому что, вольно или невольно, в нашем маленьком социуме, когда практически все друг друга знают, это партийное разделение очень болезненно сказывается на отношениях между людьми. Я очень надеюсь, что когда-нибудь найдется такая партия, которая будет действительно помогать людям, которой поверят люди, будут верить в результаты ее работы. Может быть, когда-нибудь такая партия одна и останется, ну пусть даже две, но никак не 15», – делится своим видением партстроительства П.Гассиев.

Инструмент приведения в соответствие с реалиями партийного пространства страны спикер Парламента видит в деятельности Минюста: «Министерство юстиции сейчас разбирается, какие партии действительно существуют, поэтому, наверно, их число будет сокращаться, и это правильно».

Нельзя не согласиться с мнением о том, что политический мейнстрим в Южной Осетии давно сузился до размеров маленькой цирковой арены, а представительная демократия функционировала за счет иллюзии выбора. Нужно признать и то, что всегда фактически лишь две-три партии реально работали, остальные являлись виртуальными.

Подобного мнения придерживается и Госсоветник Президента по внутренней политике С.Кокоев. «Они (партии) так и не доказали свою необходимость обществу и, кроме того, что сделали комичной политическую систему Южной Осетии, ничем особенным не отметились. Это партии двух-трех человек, одной улицы, одного микрорайона, в лучшем случае», – полагает он.

То, что в стране непропорционально большое количество политических объединений, понимают все. Ну а получилась у нас такая картина в результате утверждения несколько лет назад чисто пропорциональной системы выборов, когда в Парламент могли попасть только партийцы. Поэтому многие и стали в какой-то мере вынужденно создавать партии. Сейчас, когда уже возвращена смешанная мажоритарно-пропорциональная система выборов, многие партии из-за ненужности сами сойдут на нет. Со временем. Изменить эту ситуацию одномоментно и разом представить, честно говоря, очень сложно.

То, что многие на сегодня не до конца поняли о свершившемся долгожданном изменении в избирательном законодательстве, когда наличие партии уже не обязательное и единственное условие для попадания в законодательный орган, и что можно бороться «за место под солнцем» и как мажоритарий, понятно, поскольку уже сегодня разогреваются партийные локомотивы, на которых политики намерены двигаться к станции «Парламентские выборы – 2019». И это не только существующие партии, но и перспективные. Любопытно, но практически одновременно с указанным заявлением П.Гассиева об оптимизации партийного списка страны было сообщено о намерении создания еще одного политического объединения, о чем заявил экс-кандидат в президенты А. Гаглоев.

Сегодня на Минюст страны возложена задача провести прополку политического поля Республики. Однако сделать это будет непросто. Во всяком случае, если это делать только через проверку соответствия деятельности политических объединений требований закону о политических партиях. Такие попытки уже предпринимались и закончились они без особого успеха. С другой стороны при беспристрастном отношении к анализу деятельности большинства партий обоснованные претензии найдутся. Слишком вольно в некоторых партийных штабах относятся к соблюдению юридических тонкостей. Но в политической обойме все равно останутся несколько партий и заветного количества «одна-две» получить будет достаточно проблематично.

Ряд наблюдателей в Республике полагают, что желание сузить число участников политического процесса связано с парламентскими выборами 2019 года. Мол, с одной партией-конкурентом будет легче работать. Это мнение имеет право на существование. Хотя именно политическая раздробленность позволит проще достигнуть победных результатов. Ведь многие партии фактически отбирают голоса друг друга. С другой стороны, при минимизировании партий до озвученного количества в те же две партии есть опасность, что в единственной партии-конкуренте может аккумулироваться весь протестный электорат. Это так, размышления вслух. Желание ограничить количество партий до минимума неизбежно станет поводом для консолидации политических объединений в один оппозиционный лагерь. Даже тех, которые состоят в отношении друг к другу в непримиримой оппозиции. Поэтому вопрос с партиями неоднозначен и не прост.

Как бы то ни было, реорганизация партийной системы в Южной Осетии, тем более с переходом на смешанную систему выборов, назрела. Политическая деятельность должна перестать быть средством самопиара и извлечения выгоды для группы лиц. У партий, как это было в начале прошлого века, несмотря на разные «вывески» должно быть одно направление и одно стремление – укрепление и развитие Южной Осетии, а не свое за ее счет…

Л.Джиоев

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Популярно