Когда появятся в Южной Осетии монументы идеологического значения?

5-02-2016, 19:43, Аналитика [просмотров 768] [версия для печати]
  • Нравится
  • 0

Когда появятся в Южной Осетии монументы идеологического значения?В Москве узнаваемым, знаковым символом является монумент Минину и Пожарскому, в Петербурге не раз воспетый поэтами памятник медному всаднику – Петру I, в Уфе национальному герою Салавату Юлаеву, в Ереване монумент Давиду Сасунскому, в Тбилиси – Вахтангу Горгасалу… Все эти памятники помимо всего являются брендами своих городов, их визуальным олицетворением. У нас, южных осетин, такого уровня монументов пока нет. Имеющиеся на сегодня памятники Коста Хетагурову, Васо Абаеву, архангелу Михаилу не дотягивают до того, чтобы быть лицом страны, связующим олицетворением с нашим славным и героическим историческим прошлым. Хотя, безусловно, эти памятники очень дороги нашему сердцу. Между тем, наличие подобного рода монумента – серьезный и действенный элемент идеологии, которая в стране на сегодня фактически отсутствует. Наша газета неоднократно поднимала данную тему с рядом конкретных предложений. При этом, принятие и восприятие предложенных идей руководством всегда было, однако время идет, а реальных подвижек пока нет. Понятно, что Республика все эти годы справляется с рядом других текущих насущных и неотложных проблем, но откладывать при этом вопросы идеологии на потом, также опрометчиво. Поэтому мы решили снова поговорить о необходимости создания монументов идеологического содержания в Республике. Монументов, которые стали бы к тому же узнаваемыми символами страны.

Все мы живем в окружении материальных объектов, созданных людьми прошлых поколений. Совокупность этих объектов составляют материальную культуру, частью которой являются и объекты архитектуры. Но памятники – это не только информация о прошлом, они несут в себе смыслы, которые воспринимаются той или иной эпохой по-разному.

В древности прообразами памятников в современном понимании этого слова были древние погребальные комплексы (например, пирамиды, мавзолеи и надгробные памятники). Однако у таких сооружений мемориальная функция еще не превалировала над культовой и погребальной. В осетинской исторической традиции также был этот этап. В роли пирамид выступали их стилизованные аналоги в виде каменных многоступенчатых башенок; мавзолеи были представлены каменными одно- и двух ярусными склепами; надгробные памятники варьировались разнообразными стелами.

Вообще, памятники, по сути своей, являются совокупностью знаковых символов, посредством которых происходит трансляция социальной памяти. И именно памятник порой является связующим (и иногда единственным) звеном между цивилизациями, общественными структурами и непосредственно поколениями людей.

Однако вернемся в наше время. На социальное значение памятника указывает и одно из его названий – монумент (от латинского monere «внушать, напоминать, воодушевлять»). И здесь возникает серьезный вопрос, что у нас в Южной Осетии может быть отнесено к понятию памятник в контексте внушения, напоминания и воодушевления? Ведь создание визуальных образов для передачи информации о том или ином событии или личности – тысячелетняя традиция, действенность которой не утрачена и сегодня.

Как пример, мы уже брали Монголию, одну из бедных стран мира. Однако здесь непоскупились, понимая всю важность идеологии, и возвели памятник высотой с десятиэтажный дом. Он посвящен главному герою степной страны – Чингисхану. Надо ли говорить, что монумент в одночасье стал главной достопримечательностью страны. Посмотреть на статую едут и многочисленные туристы, и местные жители. Причем, последними движет не только праздный интерес.

Понятно, что строительство монумента оказалось затратным. Чтобы собрать деньги, авторы проекта выпустили даже акции, которые продавали на бирже. И монголы их активно раскупали. Прибыли акции пока не приносят, но в цене уже выросли – в два раза по сравнению с первоначальной стоимостью. Что касается самого памятника, то высота его составляет 40 метров, из которого основание – десять метров. И это неслучайно. Здесь разместились ресторан и кинотеатр, конференц-зал, музей эпохи хунну, художественная галерея, словом все, чтобы многочисленные отдыхающие могли провести время. При этом по окрестностям степи туристы могут передвигаться и на лошадях – как во времена Чингисхана.

Масштабы монумента Чингисхану соответствуют масштабу этой исторической личности. Но и в Осетии есть представители славной эпохи, достойные быть «отлитыми в граните». Прежде всего, это осетинский полководец Ос-Багатыр, который боролся за воссоздание средневековой Алании в Закавказье (оставшееся в памяти народа понятие Алании до Мцхета включительно – это как раз из эпохи Ос-Багатыра). Понятно, что создание подобных памятников дело будущего, но важна сама концепция исторической преемственности.

В этом плане важное место имеет расположение памятника. По логике он должен возвышаться над городом и виден издалека. Как пример, можно рассмотреть, скажем, площадку бывшего ресторана над городом, называемого в народе Цъуцъуйы ресторан.

В Южной Осетии, конечно же, есть свои важные визуализированные символы эпох и людей. Памятники Коста Хетагурову и Васо Абаеву знаменуют национальное культурное наследие; десяток бюстов Ленину и Сталину, разбросанные по районам Республики – ушедшую эпоху нивелирования всего национального; памятники Знауру Айдарову и Раздену Козаеву отсылают нас к периоду национально-освободительной борьбы прошлого века, скульптурная композиция в Зар и Музей сожженных душ – как напоминание о жертвах грузинских националистов нового времени; скромные мемориалы в селах, вдоль дорог и улиц остаются свидетельством памяти погибших защитников Отечества... При всем немалом количестве эти архитектурные формы не имеют необходимой монументальности, которая бы отражала значимость произошедших событий.

Отдельный разговор заслуживает нерукотворный символ нашей Победы в августе 2008-го года – башня грузинского танка, буквально, воткнутая событиями тех дней при входе в здание Совпрофа. Сегодня, на фоне сверкающего нового фасада, заключенный в хромированную ограду, этот артефакт войны практически не заметен и выражает собой кричащее несоответствие содержания и представленности. А ведь в свое время при этом рукотворном памятнике на входе, была идея организовать в этом же здании Музей новейшей истории Южной Осетии. Надеемся, к этой идее руководство еще вернется, поскольку башня подбитого вражеского танка, является своего рода знаковым символом Победы в августе 2008 года.

Следующий момент. Геноцид 1920 года, который очень важен для восприятия грузино-осетинских отношений в исторической плоскости. Ведь без этого трагического события невозможно понять все последующие этапы «взаимоотношений» Грузии и Южной Осетии в общественном и культурном разрезе. Но есть ли у нас зримые напоминания об этом кровавом эпизоде нашей истории? На территории городского кладбища среди других могил затеряно захоронение 13 повстанцев-осетин, расстрелянных грузинскими меньшевиками. Раз в год сюда поднимается небольшая группа школьников, чтобы расчистить его территорию, и, благодаря телевизионным и фото- репортажам с мест события, люди вспоминают о существовании этого памятника. Еще одно скромное свидетельство тех событий в названии небольшой улицы имени 13 коммунаров. Ну, а одноименное полотно кисти выдающегося Махарбека Туганова бесследно исчезло, причем соответствующие органы странным образом молчат по этому поводу, будто бы надеясь, что со временем эта пропажа сотрется из памяти журналистов. Не понимая, что в отсутствие подобных виртуальных «привязок» постепенно стирается и историческая память. А ведь о геноциде 1920 года у нас из зримых напоминаний больше ничего и нет.

На закате советской эпохи, в 1970 году, в 50-ю годовщину геноцида осетинского народа, на месте небольшого сквера в районе Храма Рождества Пресвятой Богородицы, было запланировано возведение мемориала в память жертв геноцида 1920 года. Был даже установлен блок из белого мрамора, на котором прикрепили табличку с изложением этого намерения. Памятный камень и сейчас валяется у входа в сквер, правда перевернутый так, чтобы надпись не была видна. Впрочем, сегодня это место, конечно же, уже не подходит для создания чего-то монументального. Мы просто отмечаем, что еще в советское время, несмотря на «тотальную дружбу народов», в обществе понимали значимость и необходимость возведения памятника геноцида 1920 года. А ведь с тех пор прошло почти еще 50 лет…

Между тем, создание памятника или небольшого комплекса, напоминающего о геноциде 1920 года просто необходимо. О чем мы уже также не раз писали. Памятник мог бы стать непременным местом посещения туристов и гостей столицы, официальных делегаций, кроме того здесь могли бы проводиться открытые уроки истории для школьников, что имело бы большое значение, да и просто подобного рода памятник необходим нам самим, для нашей исторической памяти, которая порой серьезно хромает…

Понятно, что для реализации данной идеи потребуется немало затрат, но это именно тот случай, когда подобный комплекс исторически просто необходим. Нельзя так безалаберно относиться к своему прошлому. Память о геноциде должна быть воплощена монументально в том числе и для всего мира, как это сделано в других странах, переживших геноцид, скажем в Израиле, Армении…, поскольку геноцид не знает сроков давности. А ведь через четыре года нам отмечать уже 100-летие геноцида…

Другой необходимый монумент, о котором мы повторяем с завидным упорством уже второе десятилетие, это сооружение памятного комплекса на въезде в город с юга (со стороны ТЭКа), олицетворяющего стойкость и непоколебимость нашего народа. Увековечивание бесстрашного подвига наших ребят, грудью вставших холодной осенью 1989 года на защиту своей Родины, если хотите, обязанность нынешнего поколения. Надо понимать, что рано или поздно, пусть и через пятьдесят лет, дорога с нашим южным соседом будет открыта. И въезжающих с той стороны, по нашему замыслу, должны обязательно встречать, скажем, семь десятиметровых осетинских парней-гигантов, сцепившись руками в локтях в неразрывную непоколебимую цепь. Чтобы и десятилетия спустя наш южный сосед испытывал внутреннее неудобство перед возвышающимися над дорогой осетинскими парнями-исполинами, вставшими грудью на защиту своей Родины. Ну а как пример будущего памятника мы специально в начале материала привели произвольную композицию советского периода, который надо модернизовать в более масштабных пропорциях и с большим количеством персонажей… Напомним, что несколько лет назад здесь, наконец, был установлен мемориальный камень с соответствующей надписью. Однако впоследствии идея памятника снова повисла в воздухе.

Нет до сих пор определенности и с Мемориалом, посвященным жертвам грузинской агрессии 1989-2008 гг. Как известно, его планируют возвести на западной возвышенности у города Цхинвал. Место определено, основание мемориала в торжественной обстановке заложено. Но вот судьба проекта вызывает вопросы. Между тем данный проект, автором которого, как известно, являлся художник Инал Джуссоев, это на наш взгляд идеальное решение монументальности и памяти. Не уступающее, а скорее превосходящее центральный мемориальный комплекс геноцида армянского народа. И реализация данного проекта (в основании которого должен находиться Музей геноцида) это наша обязанность перед будущими поколениями. Искать и выдумывать что-то другое – попросту не стоит.

…Говоря о будущих памятниках не стоит забывать и о символах национального восприятия. Тот же Нартский эпос во многом формирует наше мировоззрение. Но его элементы, герои, сюжеты фактически отсутствуют в скульптурном изложении. Изваяние нарта Батрадза в композиции фонтана перед Домом Правительства, из-за своей нелогичности не в счет. В этом плане надежда на будущий фонтан перед восстанавливаемым зданием Госдрамтеатра, хочется надеяться, что он будет исполнен именно в национальном стиле, с элементами и фрагментами мотивов героического Нартского эпоса.

Думается, рано или поздно наш голос будет услышан и с идеей установления памятника выдающемуся художнику Осетии Махарбеку Туганову, создавшему большее количество своих шедевров именно в Южной Осетии. По нашему мнению эта скульптурная композиция может занять на месте сожженного в августе 2008-го года детского сада, что находится по одноименной улице М. Туганова, напротив здания Прокуратуры. Требует своего воплощения и идея установления бюстов во дворе школы №6 одноклассникам В. Богиеву и К. Кахиашвили, ставших на одной Олимпиаде олимпийскими чемпионами. Такого мировая история еще не знает и это еще один момент лишний раз показать всему миру, что отождествлять Южную Осетию исключительно с войной в корне неверно. У нас богатые национальные традиции во многих областях. И спорт эта только небольшая грань заложенного потенциала нашего народа. Кроме того этот небольшой скульптурный комплекс носил бы, безусловно, еще и воспитательное значение для подрастающего поколения... Словом, идей не мало, было бы принципиальное желание их реализации.

…Безусловно, памятник должен нести, прежде всего, монументальную нагрузку. Чтобы выражать свое истинное предназначение – внушение, напоминание и воодушевление! Высказанные примеры лишь небольшая часть предложенных нашей редакцией в разные годы идей. Которые, по нашему мнению, давно уже требуют своей реализации. Поскольку каждая из них имеет свою особую идеологическую направленность. А без конкретной идеологии и визуальных примеров нация обречена…

Л.Джиоев

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Октябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 

Популярно