По следам пропавших родственников

8-05-2018, 14:22, --- [просмотров 130] [версия для печати]
  • Нравится
  • 1
По следам пропавших родственников

В далеком 1939 году, из села Цинубан Боржомского района, который на тот момент густо был заселен осетинами, на срочную службу в ряды Красной Армии был призван восемнадцатилетний Яков Майорович Джигкаев – сын Майора Джигкаева и Саломе Плиевой. В это время он был студентом Сталинирского педагогического техникума.

Во время прохождения действительной службы его и настигла Великая Отечественная война. Связь с ним прервалась в самом начале немецкого вторжения, родные знали только то, что он служит где-то в Белоруссии.

В далеком 1939 году, из села Цинубан Боржомского района, который на тот момент густо был заселен осетинами, на срочную службу в ряды Красной Армии был призван восемнадцатилетний Яков Майорович Джигкаев – сын Майора Джигкаева и Саломе Плиевой. В это время он был студентом Сталинирского педагогического техникума.

Во время прохождения действительной службы его и настигла Великая Отечественная война. Связь с ним прервалась в самом начале немецкого вторжения, родные знали только то, что он служит где-то в Белоруссии.

Все послевоенные годы родственники красноармейца ждали хоть какую-то весточку о нем, и свято верили, что с ним ничего не могло произойти. Брат Якова Тузар и сестра Александра (Шура) никогда не говорили о нем в прошедшем времени. Но шли годы, а Яков с войны не возвращался...

С самого раннего детства я помню, что фотография красивого юноши с большими черными глазами, одетого в военную форму, всегда висела на стене в комнате моей бабушки. На мои расспросы о своем брате, она всегда с охотой рассказывала, что «он был весельчаком, насвистывал мелодии популярных в то время песен, и очень любил свою родню».

Племянница Якова Тина Джигкаева вспоминает, что в 60-е годы прошлого столетия, в местной газете была опубликована статья о дяде и его боевых товарищах. За давностью лет газету сохранить не удалось, но ей запомнилась цитата из статьи о том, что «Яков был красивым и свободолюбивым, и в первые месяцы службы ему было сложно в армейской обстановке...».

Век интернета принес возможность начать поиски. Минобороны РФ рассекретило сведения о погибших, которые содержались в учетных карточках военнопленных. У миллионов семей появилась возможность найти пропавших в войну родственников. Повезло, если так можно сказать, и мне...

Но признаться, смотрю копию пожелтевших документов, и меня бросает в дрожь от скрупулезности фашистской бюрократии. Каллиграфическим почерком тщательно выведены сведения о военнопленных: фамилия, имя, отчество, возраст и место рождения, сняты отпечатки пальцев, указаны место пленения и причина смерти...

На учетной карточке красноармейца Якова Майоровича Джигкаева, составленной в немецком концлагере, значится, что он попал в плен 18 июля 1941 года у города Могилев (Белоруссия). Содержался в шталаге (лагере) №316, это у города Волковыск (Белоруссия). Умер в плену 26 июня 1942 года. Узник шталага №316 К.И.Игошев, которому удалось выжить, оставил воспоминания о тех жутких днях в плену:

«Лагерь №316 для военнопленных был создан фашистами в Волковыске в июне 1941 года, сразу после оккупации Белоруссии. Местом для него послужил плац, в воинской части. На первых порах сюда гнали военнопленных. У многих из них гноились раны, все были измучены, голод был их постоянным спутником.

Пленных размещали под открытым небом в блоках по 2-5 тысяч человек, без всякого убежища от дождя и снега. Издевательство, холод и голод, непрекращающиеся побои – все это я почувствовал на себе. Еду давали один раз в сутки, и получал ее тот, кто имел посуду. Люди, у которых не было этого, подставляли свои пилотки. Взамен обуви давали деревянные колодки. Хлеба давали 250-300 граммов в сутки – это был концентрат из опилок, мякиша, костной муки. Самым трудным периодом в лагере была зима 1941-42 гг. Вспыхнула эпидемия тифа и лагерь был закрыт на карантин. Зимой умерло около 10 000 тысяч человек. Весной 1942 года в лагере осталось около 500 человек».

Судя по данным из карточки учета Яков оставался в живых одним из последних...

Давно уже нет в живых брата Якова Тузара и сестры Александры, но их потомки с трепетом восприняли открывшиеся сведения о трагической судьбе дяди: были слезы, была боль от безысходности, но было и некое душевное облегчение оттого, что Яков «вышел» из плена забвения.

В тех же архивах Минобороны я нашла сведения о своем дедушке по отцовской линии – Кима Кокоеве, 1897 года рождения, уроженце села Ход Сталинирского (Цхинвальского) района. Был он пленен 16 июля 1942 года под городом Миллерово (Ростовская область). Погиб в плену 29 октября 1942 года от энтероколита. Деду Кима было 44 года, когда началась война. Отец мне рассказывал, что его не призывали на фронт, но он ушел добровольцем, так как на войну забрали его старшего сына Алексея, и дед не смог отсиживаться дома. Алеша с войны вернулся, а его отец оставил сиротами шестерых детей...

Красноармейцы Яков Джигкаев и Кима Кокоев «освободились» из плена забвения, но есть еще тысячи пропавших без вести наших соотечественников, места захоронений которых должны быть найдены. Ведь война не закончится до тех пор, пока не будет похоронен последний ее солдат...

Мзия Кокоева-Ванеева

По следам пропавших родственниковК сведению читателей!

По вопросам без вести пропавших в годы Великой Отечественной войны можно обращаться в Штаб «Бессмертного полка», который расположен на первом этаже Республиканской Национальной библиотеки им. Анахарсиса.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости

«    Август 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 

Популярно